Затем, поскольку до возвращения Джейса еще оставалось время, она решила проверить записи на автоответчике.
Была одна. От Долорес Уилсон.
— Алло, Джулия! Я в первый раз обращаюсь к вашему — или, точнее, к нашему автоответчику. Конечно, тебя нет дома, наверняка в Сиэтле чудный летний вечер. Сейчас у вас ярмарка, это настоящий праздник. Но вот какая ситуация. Чарлз и я решили остаться здесь навсегда. Дети стали патриотами восточного побережья. Не знаю, как это получилось, но факт остается фактом. В Виргинии очень славные места, много роскошной зелени. Поэтому мы хотели бы попросить вас, Джулия, хотя, может быть, не следовало это делать через автоответчик… А с другой стороны, у вас будет время все обдумать. Мы хотим, чтобы вы, как всегда, были честной. Словом, мы собираемся продать дом. Как говорит наш агент, мы должны выставить дом на продажу. Лето — лучшее время для этого. Правда, боюсь, что тем самым мы вторгаемся в вашу личную жизнь. Нам хотелось бы, чтобы вы оставались там и не убирали ваши рисунки всякий раз, когда дом будут осматривать, если, конечно, вы сами не захотите, чтобы их видели. Мы пришли к выводу, что на это потребуется целый год. Если это слишком много и вы хотите съехать, мы заплатим за снятый вами дом, где вы захотите, и… Впрочем, я думаю, вы поняли суть идеи. Пожалуйста, обдумайте, что вы намерены делать. И позвоните нам. Спасибо! Что-нибудь еще, Чарлз? Он говорит «нет», так что я заканчиваю. И не беспокойтесь, Джулия. Любое ваше решение нас устроит.
Джулия с трудом удержалась, чтобы тотчас же не ответить на звонок Уилсонов, несмотря на поздний час на восточном побережье. Ей очень хотелось сказать, что она уже знает, кто купит их симпатичный дом. Это будут Джози, Джейс и Джулия.
Улыбка погасла на лице Джулии, когда она услышала звонок дверного колокольчика. Ну да, у Джейса есть ключ. Но руки его заняты, к тому же они болят.
Она подлетела к двери. К Джейсу. Сейчас, совсем скоро, они окажутся вместе, в постели, предадутся мечтам.
— Мистер Логан!
— Называйте меня, пожалуйста, Трой.
— Трой. Что вы хоти…
— Джейс здесь?
— Джейс?
Трой Логан улыбнулся доброй, понимающей улыбкой.
— Я знаю, кто он, Джулия, — могу я вас так называть? — и что он в Сиэтле.
— Он невиновен.
Улыбка сбежала с лица Троя, и он произнес серьезным тоном:
— Я тоже это знаю. Я знал это еще двадцать два года назад. Но я могу доказать это и посадить настоящего убийцу за решетку только с помощью Джейса.
— Вы знаете, кто настоящий убийца?
— Да. Знаю. Я знал это всегда. Но поскольку самозванец по имени Сэм скрывается от правосудия, Роули всегда может сказать и всегда говорил, что убийца — Джейс.
— Но это в самом деле был Роули?
— Да, это так. И боюсь, что неистовый темперамент Роули Рамзи, результатом чего явилась смерть, проявился в тот роковой сочельник не впервые. Могу я войти, Джулия? И рассказать вам и Джейсу все, что я знаю.
Джейсу понадобилось совсем немного времени, чтобы собрать свои вещи в отеле «Серебряное облако». Он уже готов был уходить, когда раздался стук в дверь.
Джейс поставил на пол вещевой мешок и открыл дверь.
— Роули?!
— Сэм.
— Джейс.
— Убийца под другим именем.
— Я не убивал их, Роули.
— В самом деле?
— Да.
— У тебя есть идея, кто мог это сделать?
Джейс посмотрел на мужчину, который повалил его в ту ночь в снег, придавив своим телом, и который сейчас, спустя двадцать два года, был сильнее его. Да и кто не сильнее скелета с переломанными костями и с мышцами, съеденными собственным организмом? К тому же под голубой курткой с плеча свисала кобура с наверняка заряженным пистолетом.
— Да. У меня есть идея. Ты не хочешь зайти?
— Почему бы нет?
— Джейса здесь нет.
— Но он скоро вернется? — вежливо спросил Трой, поскольку Джулия уже широко открыла дверь, пропуская его в комнату.
— Да. Очень скоро.
— Ну что ж, я могу дополнить ту прошлую историю некоторыми подробностями, которые Джейс, вероятно, знает, а вы можете не знать. Или же, — негромко добавил Трой, подходя к окну, — мы можем поговорить об этом живописном пейзаже. Я так понимаю, это гора Рейнир?
— Я был на озере в ту ночь. Когда я услышал взрыв, я побежал к дому.
— А потом исчез.
— Ты сказал мне, что они мертвы, Роули. И если ты помнишь, ты не позволил мне умереть вместе с ними.
— Приношу извинения, Сэм. Джейс. В этом есть и положительный момент, иначе ты не встретил бы Джулию.
— Значит, вот каким образом ты меня нашел.
— Не понадобилось значительных усилий, чтобы засечь ее местопребывание в Лондоне — вместе с тобой.
— Но ты не заявил обо мне в государственный департамент.
— Нет. Как ничего не сказал и средствам массовой информации. Я хотел, чтобы ты благополучно приехал домой живой и здоровый. — Дюжий шеф логанвиллской полиции оценивающим взглядом посмотрел на скелетообразную фигуру Джейса.
— Да, я благополучно прибыл. Живой? Да. И намерен жить дальше. Надеюсь, ты не собираешься меня убить?..
— Да. Это гора Рейнир. И озеро Вашингтон. А дальше, за первым наплавным мостом, дом Билла Гейтса. Ой! — вскрикнула Джулия, почувствовав, как ее схватила могучая рука и холодное стальное дуло пистолета впилось ей в висок. — Вы?!
— Я.
— Но почему?
— Я расскажу вам, Джулия. Столько, сколько смогу до возвращения Джейса. Почему бы нет? Но давайте вначале сядем, ладно? Вот это кресло — где вы нашли такую противную обивку? — вполне подойдет.
Кресло было вовсе не противное, даже любимое. Противно было то, что он с такой легкостью взял ее в плен — пистолет у виска, — то, что он крепко сжимал одной рукой оба ее запястья.
Трою Логану нужны были две вещи: скотч и растворитель для краски, купленный Уилсонами уже давно, но еще не утративший своей силы.
Трой крепко привязал Джулию скотчем и шелковым шарфом к бабушкиному креслу, затем обрызгал ядовитым растворителем ее волосы и халат.
Бабушкино кресло. В котором душа Эдвины Энн Хейли мирно и тихо отлетела на небеса.
Старшую сестру ожидал не столь благостный уход в мир иной. Умирая, Джулия не сможет даже взлететь на хлопко-образном облаке над лазурным озером.
Трой повернул бабушкино кресло к двери. Джейс увидит ее и поймет весь ужас случившегося в ту же секунду, как только войдет.
Джулия погибнет в пламени, Джейса застрелит Трой и объяснит местной полиции с прочувствованным раскаянием, что хотя он и прикончил этого логанвиллского монстра, тем не менее он появился слишком поздно и не успел спасти последнюю жертву Джейса Коултона — Джулию.
Весь этот кошмар и его запоздалый героизм объясняются тем, признается Трой, что он вычислил убийство и самоубийство, этот кровавый сценарий, согласно которому Джейс, узнав, что его возлюбленной Джулии стала известна страшная правда Логанвилла, застрелил ее. Затем направил оружие против себя.
