Двадцать метров вертикальной стены — это вообще мелочь. Если бы не приходилось прислушиваться и замирать при каждом шорохе, я бы взлетел на стену за пару минут. Ну, а так получилось минут за десять. Вообще, весь мой путь можно было описать несколькими словами в бесконечных повторах — двинул рукой — замер — прислушался — двинул ногой — прислушался — замер. Вот и добравшись до верха стены, снова замер, прислушиваясь. Встреча с часовым меня беспокоила только одним — он может поднять шум. Даже не крикнуть, у меня достаточно вихрей, чтобы мгновенно заткнуть ему рот, а просто фактом своего падения. Обвешанный железом, любой солдат, падая на каменный пол, однозначно поднимет тревогу грохотом своего доспеха. В ночной тишине это будет слышно на весь замок, а мне хотелось бы пройти по замку без лишнего шума и крови.
Верхняя галерея стены была под стать замку — метра три шириной, с высоким парапетом, широким зубцами и амбразурами для стрельбы. Несколько факелов, закреплённых в специальных держателях на внутренней стороне парапета, давали слабый, но достаточный свет, чтобы можно было спокойно двигаться и случайно не улететь со стены. Припав к полу, чтобы было лучше видно, вскоре заметил и часового, замершего метров в тридцати от меня. На своё счастье, он о чём-то задумался, глядя в темноту, и даже не заметил меня. Убить его я мог в любой момент, но не хотелось поднимать шум раньше времени. Нет уж, пока будет возможность, надо убирать часовых тихо, не привлекая чужого внимания. Только как отвлечь внимание конкретно этого часового? Он хоть и смотрит в темноту за стеной, но мои шаги может и услышать. А может помочь ему? Усмехнувшись, отправил за стену маленький вихрь и когда он достиг речушки, заставил его коротко блеснуть. Большего и не понадобилось — непонятный отблеск мгновенно привлёк внимание часового, и тот высунулся между зубцами стены, пытаясь понять что происходит. Оставалось только неслышно подойти. Легкий удар вихря в шлем, и часовой мягко опустился на пол, подхваченный моими заботливыми руками.
Избавив его от оружия и доспехов, я переоделся, став новым часовым. Теперь можно действовать более смело. Повторив движение часового, тоже посмотрел за стену, но с трудом различил даже берега речушки. Эх, знал бы, что сверху ни черта не видно, можно было бы действовать более смело.
Спешить было некуда, вся ночь впереди, так что я на время стал новым часовым. Это очень просто — идёшь не спеша, смотришь по сторонам, прислушиваешься к окружающей природе и ждёшь свою смену. Метров через сто нашёлся и второй часовой. Может здесь было принято встречаться для контроля, может ему было скучно и хотелось поговорить, но он подпустил меня почти вплотную. В последний момент что-то заподозрил, начал было «Анох, это...» и тут же получил вихрем в голову. Его я тоже успел подхватить и опустить на пол почти бесшумно. Как говорят в кино: «Минус два». Через полсотни метров уткнулся в угловую башню. Дверь в нарушение всех уставов была открыта, я спокойно вошёл и пара солдат, сидевших за столом, тут же уронили головы, получив свои «подарки». Минус четыре. Вторая стена и ещё одна угловая башня — ещё минус три.
Стена, обращённая к полю, была освещена гораздо лучше, и я засомневался, не зная, как теперь действовать. Потом присмотрелся и усмехнулся — трое часовых стояли метрах в тридцати друг от друга, и все трое очень внимательно наблюдали за нашим лагерем, припав к амбразурам. Я тоже глянул на поле и мысленно похвалил своих наёмников — у лагеря постоянно сновали люди, потом послышались возгласы, и из леса вытащили большое бревно. С криками и матами водрузили на две телеги, создав нечто вроде тележки для тарана. Полное впечатление, что вот — вот, и начнётся штурм. Уже не таясь, двинулся по стене. Часовые, напряженно наблюдавшие за наёмниками, оборачивались лишь когда я находился уже в нескольких метрах от них, и тут же заваливались от ударов моих вихрей. Если бы я действовал руками или железом, часовые обязательно успели бы среагировать, закричать, в конце концов, да и звук удара мечом солдат ни с чем не спутает. Я же действовал нагло, честно говоря. Шёл не спеша, не таясь, солдат только и успевал что обернуться, и тут же терял сознание от удара моего вихря в голову. Главное было не дать ему упасть с грохотом. Ещё минус три.
Двери надвратной башни были закрыты, но это остановило меня только на пару секунд, пока я прикидывал где может быть запор. Вихрь разрезал дерево за мгновение, удивлённые взгляды четырёх солдат, сидевших за столом, ещё минус четыре.
В комнате всё говорило о готовности к обороне — стеллажи со связками стрел, стойки с копьями, наваленные щиты. Была ещё лестница на второй этаж, но я туда не пошёл. Мысленно прикинул, сколько же солдат я уже вывел из строя — получалось вроде четырнадцать. Если предположить, что от неудачной засады барон увёл примерно двадцать солдат, да в замке ещё оставалось хотя бы пятеро для защиты ворот, то где-то гуляют ещё минимум десять человек. Человек пять — на остальных стенах, пятеро или хрен его знает сколько во внутреннем дворе и у ворот. Что теперь? Открывать ворота или сначала зачистить стены до конца? Наверное, лучше стены, а то если у ворот начнётся заваруха, то несколько стрелков с луками над головой — не самый хороший вариант для меня.
Уже не таясь, взял факел и отправился зачищать оставшиеся стены. Ещё большая наглость, но она снова сработала мне на руку. Часовых на стенах и в самом деле осталось всего пятеро, и с моими вихрями зачистка выглядела как избиение младенцев.
Вернувшись к надвратной башне, стал искать спуск во двор, и только теперь раздался вопль: «Тревога! К оружию!» Только никакого топота бегущих солдат, никакого бряцанья оружие не последовало, и одинокий крик заглох в пустом дворе. В принципе, теперь меня мог остановить только барон, да и то, если у него ещё осталась магия или амулеты, так что я не таясь стал спускаться по найденной лестнице.
Когда спустился, увидел во дворе только жалкую кучку из четырёх солдат. В кольчугах, шлёмах, со щитами, обнажёнными мечами, но даже в полумраке, едва разгоняемом факелами, было видно, что им страшно. Вполне верю, что они были хорошими солдатами, но одно дело биться с равным, и совсем другое оказаться лицом к лицу с непонятным существом, спокойно разгуливающим с факелом по вражескому замку.
Несколько мгновений мы рассматривали друг друга, а потом я поднял руки, показывая, что в них нет оружия.
— Мне не нужны ваши жизни, я пришёл за бароном Донава!
— Так возьми меня — раздалось откуда-то сбоку, и я резко повернулся, одновременно ставя свои «щиты».
Метрах в десяти от меня стоял мужчина лет тридцати. Шлём, кольчуга, меч на боку, всё как положено. Лицо мужчины было усталым, с чёрными кругами под глазами, но сами глаза сверкали такой ненавистью, что на меня словно холодом повеяло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
