В общем, удар где-то в сотню единиц болезнен и определенно ощутим, в отличие от более мощных, которые могут повергнуть в отруб без предисловий. А слабый укус той же второй модели мало что ощущается с нюансами, так еще и аукается с продолжением. И это – у тех, чья структура легко восстанавливается, а не пользуется первым же шансом разлететься наподобие карточного домика.
Конечно, портит всю идею предположение о том, что таких излучателей здесь быть не должно... Впрочем, здесь вообще не должно быть оружия. И если в городе за этим следят, то здесь, похоже, пустили на самотек все, что только можно было. Ну, я бабуле вломлю... по административной линии. Пусть уберет из реальности все, что помогает материалу самоликвидироваться...
Хотя в этом может иметься смысл. Материал можно было спокойно сложить в остановленное время, и целая реальность не понадобилась бы. Значит, все вольногуляющие товарищи играют роль генного бассейна, так сказать. Естественный отбор, естественное скрещивание, поиск интересных результатов... ладно, не буду учить бабушку работать.
Тем более, тут без бабушки проблем хватает. Своих подопечных я скинула Норе, пусть разбирается и устраивает остроухим и круглоухим личную жизнь – чувствую, ей это понравится, не зря же именно в ее доме я скопировала ту книжечку с веселым шахматным названием... А вот с демонами посложнее будет.
Я осторожно скользнула взглядом по структуре Рингила. Мдясь, как говорится, причем полный. Если мне не изменяет мой склероз, такой картины в принципе быть не должно – во всяком случае, не у демона...
Но у Рингила все может быть. В том числе и странные, словно чужие кусочки связей и переходов, вплавленные в общую сеть, встроенные на те места, где и должны проходить – в нормальной для него структуре, если так можно выразиться. Пересадка структуры – товарищи, это сильно и технологически, по-моему, недостижимо... Если не вспоминать, как плохо я знаю своих подчиненных.
«Ангмарская! – просигналила я. – Хватит терзаться. Может, это наши сделали...»
«Что?» – немедленно прилетел вопрос с интонацией полного офигения. Я прислала в ответ картинку.
«Может быть, его вылечили таким образом, – добавила я. – Добавили самостоятельно активизирующиеся связи, чтобы укрепить структуру. Я у бабушки подробностей не спрашивала, ты знаешь...»
«Пси, обрадовала, – от Сулмор повеяло холодом. – Вот и иди к своей бабушке...»
«Разрешаешь? – я неподдельно обрадовалась, хоть и понимала, что в данном идиоматическом посыле мной заменили то ли общедепартаментский отрицательный символ, то ли особо нелюбимых Ангмарской валаров. – Ангмарская, учти, я не могу это классифицировать, знаний не хватит, но вреда от такой надстройки не будет. Ухом чую. Средним...»
«Хоть пятой точкой, – огрызнулась хейтерша. – Мэлис, я понимаю, тебе неприятно, когда я лезу в твою стройную схему мировоззрения...»
«Раз понимаешь – будь любезна не трогать мою бабушку, – когда у хейтеров наступает просветление, нужно ловить момент. – Ни руками, ни мыслями. И не так, чтобы я это замечала. У меня больше родственников, достойных уважения, нет. Так что при мне, пожалуйста, воздержись...»
«Ладно, если ты одобряешь ее методы, – хейтеры умирали, но не сдавались... Правда, эта поговорка относится к идейным. – И, кстати, Рингил с тобой уже в третий раз соглашается. Хоть следи за тем, что несешь для маскировки...»
Я слегка обиделась. Все-таки не каждый может своей интертрепацией хейтерского кодекса прикрываться во время беседы, причем делать это почти сознательно... Я – опытный демон, я привыкла одновременно отвечать преподу и мысленно подсказывать совсем другую тему проплатившим помощь пишущим...
А что со мной соглашаются – так это нормально. Я чушь по определению нести не умею, такой уж родилась (и если бы мать Рингила не порылась зачем-то в моих мозгах, с рождения была бы в этом уверена, но с личности, пока валяющейся в отрубе, взятки гладки).
–Я хочу умереть именно за этот мир, – просветленности лица и тона мог позавидовать любой этернист, почтенный правом беседовать с живым кумиром. Договорились, называется. В смысле, достукались... Меня сейчас Сулмор пристукнет и будет права, лишний раз слушать планы Рингила ей явно противно...
–Желаю удачи, – с языка сорвалось, все-таки я маскируюсь под хейтершу... Ангмарская медленно побледнела до недосягаемых высот ультрафиолета. Я сочла необходимым ретироваться – но в процессе реализации плана стратегического (или тактического?) отступления налетела на Нору. У той было такое выражение лица, как будто она только что проводила взглядом влюбленную парочку, уходящую в сторону восходящего солнца... Ну да, я не так уж и глубоко влезла в память хейтерши, просто подцепила красивый кадр... А солнце действительно поднималось. И, следя за медленно расцветавшим небом, я как-то основательно послала все окружающее. Не потому, что запутанные отношения в любовном параллелограмме не стоили ни Контера по сравнению с величием природы, конечно же. Скорее – из-за того, что я не считала себя вправе вообще лезть в эти дрязги, пока меня не приглашали специалистом. Пока что Ангмарская в моей помощи не нуждалась, не говоря уже о двух других девчонках – хейтер скорее применит в качестве жилетки кодекс, чем другого хейтера...
И вообще, во всем виноват Рингил. Так что я буду в упор любоваться на несравнимое с ним восходящее солнце и мысленно клясть ту модель, которая стала его, Рингила, матерью. И даже не позаботилась о том, чтобы оградить его от возможных в будущем последствий. Не сразу же она отключилась, не так ли?
А ведь я так и не попробовала задать парочку естественных вопросов. Например, уточнить, какого неприличного слова беглой модели потребовалось лезть мне в голову... То есть, конечно, вполне возможно, что у этой беглой, которую я лечила, с моей матерью просто идентичные параметры. Так я пока что считаю, и тогда все начинает укладываться в схему. Мои родители отказались от меня, бабушка была вынуждена подчиниться Дэз, уверенной, что мне не место среди непредельщиков... Наверное, так, ведь я никогда не расспрашивала подробнее. А модель, которой было поручено меня сдать во «Врата», подстроила мне подлянку и сбежала к хейтерам... Вполне непротиворечивая история, даже незачем спрашивать бабушку, так ли все произошло. Она и так сделала все, чтобы я могла вернуться не по сценарию Сильвер, а во всем блеске славы...
Как вот сейчас восходит солнце. Здесь никто не двигает его по своей воле, не принуждает поворачиваться быстрее и маленький планетный шарик... Это никому не нужно...
Хотела бы я быть никому не нужной. Если бы от меня ничего не зависело, я могла бы жить и умирать, когда захочу. Я могла бы вымыться в вихре Хаоса и стать бессмертной, как все демоны. Я могла бы не думать о своих друзьях – потому что у меня их не было бы, ни одного...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
