контузии и ушибов внутренних органов. Единственное, что я мог, валяясь в луже чужой крови, так это дотянуться до целебного зелья и поднести его ко рту дрожащими руками.
Уж и не знаю, сколько раз за свои жизни я сталкивался с контузией. Но где-то после двадцатого научился сохранять рассудок. В то время, когда неподготовленный боец может в горячке вылезти из окопа и начать бесцельно оглядываться по сторонам, мне удавалось контролировать своё поведение.
Это, кстати, куда сложнее, чем сдерживать гормональную бурю, то и дело возникающую в молодом организме. Здесь тебе доступна лишь десятая часть базовых функций организма. То же зрение сворачивается в крошечную точку, а мысли настолько медлительны, что начинаешь чувствовать, как «шевелятся» извилины.
Целебное зелье первого уровня было способно разве что остановить кровотечение и немного восстановить функции организма, а потому не стоило надеяться на волшебное исцеление. Принять сидячее положение я мог только при помощи руки. Вторая, кстати, на которой крепился протез, от удара получила серьёзные повреждения. Не знаю, что конкретно с ней случилось, но я не мог пошевелить обрубком.
Сев на задницу, потянулся к автомату, но быстро понял, что его посекла шрапнель от осколочной гранаты. Стрелять он больше не будет. А ещё мой новенький комплект одежды даже бомжи надевать не станут, его теперь только сжечь. Даже страшно представить, от какого количества смертельных ран меня спасло защитное зелье.
Пока поднимался на ноги, ко мне подбежала Сэн и помогла, протиснувшись под больным плечом. Она потащила меня назад к туалету, ведь изначальный план был именно таким: если что-то пойдёт не по плану, возвращаемся в карманную реальность.
Прежде чем мы преодолели половину пути, у полуразрушенного входа с улицы вновь показались люди. Благо у этих не нашлось гранатомётов, но зато нашлись пистолеты-пулемёты. Они не могли нас убить, но делали ой как больно.
Сэн закрыла меня спиной, пока я активировал свою самую сложную гранату. Кинул её прямо нам под ноги. Из пола выросла металлическая полусфера, которая полностью перекрыла коридор. В тот же миг стало темно — свет с улицы перестал поступать, многие из ламп уже были разбиты. На нашей стороне оставались только две: одна в туалете, другая в комнате с ошпаренными мужиками.
Враги безуспешно пытались прострелить преграду, но обычным стрелковым оружием сделать это невозможно, толщина металла слишком велика. Правда, стена будет стоять всего две минуты.
Блин, и почему везде это долбанное ограничение по времени? Да ещё и такое короткое!
Ковыляя в сторону туалета, я вдруг осознал, что ни в коем случае нельзя оставлять на полу деформированный протез. Если его найдут полицейские, то выйти на меня им не составит никакого труда. Такие штуки сами по себе редкость, а мой сделан из металла, так ещё и размер детский. Тут даже самый глупый следователь сможет связать дело о контрабанде оружия с натуральной бойней во внутреннем радиусе.
Только я вернулся по коридору назад и подобрал протез, как почувствовал удар в спину. Вряд ли это сделала Сэн, да и зачем ей бить меня? И всё бы ничего, но по эту сторону стены мы всех уже убили.
Повернулся и увидел бугая, который и врезал мне прикладом, но тот лишь треснул. Недруг попытался схватить меня за шею и поднять, но мой вес под действием зелий превышал полтонны. В итоге мне хватило одного тычка, чтобы кулаком пробить ему грудину насквозь.
Сэн в это время боролась за автомат с двумя другими, почему-то решившими вступить с нами в ближний бой. Казалось, будто они напали со спины, но как такое возможно? Я сам проверил все комнаты, живых там не было.
Но думать некогда, просто вскинул автомат и застрелил обоих, дважды попав Сэн в живот. Всё-таки стрельба из автомата одной рукой — дело не из простых. Спасибо она мне за это не сказала, но ничего страшного не случилось, ибо зелье до сих пор действовало.
Правда, секунд через десять его эффект закончится, а пить третье можно только во время стычки, когда шанс выжить отсутствует. Вообще, мы договорились, что если дойдёт до третьего тридцатисекундного зелья, то мы потратим его на открытие портала. Поэтому теперь надо быть предельно аккуратными, дабы не словить шальную пулю.
А ещё нужно выяснить, откуда взялись эти трое хитрецов. Все они были в чёрном, что указывало на принадлежность к банде Интеллигента. И если предположить, что и здание тоже, а остальные бандиты просто пришли на сходку, то можно сделать один интересный вывод…
Пока враги продолжали стрелять в мою преграду, я по-быстрому осмотрел обе комнаты, расположенные по нашу сторону коридора. В «парилке» ничего не изменилось, а вот в «игровой» были заметны следы. Кто-то из нападавших наступил в лужу крови и неосознанно дал нам шанс на побег.
Когда знаешь, что нужно искать, процесс заметно упрощается. Буквально за полминуты я обнаружил слегка выделяющуюся стену, на полу под которой была характерная потёртость. Стоило лишь надавить на неё, как замок потайного прохода отщёлкнулся и позволил открыть «дверь».
За ней был узкий и низкий проход, подсвеченный тусклыми лампочками, висевшими на стене. Зато здесь никого не было. Туннель просматривался метров на двести, а в конце виднелась винтовая лестница. Риски велики, но у нас будет преимущество, ведь враг и не догадывается, что мы воспользуемся именно этим путём.
Я подозвал Сэн, пропустив её вперёд, и закрыл за нами проход, предварительно бросив в коридор магмовую гранату, чтобы устроить пожар. Затем мы побежали к лестнице. Мне всё это время приходилось держать протез подмышкой.
Мелькали мысли, что можно спрятаться в карманную реальность прямо здесь, но каков шанс, что полиция не найдёт потайной проход? Около нулевой. А когда найдут, оцепят оба выхода. Тогда нам придётся высиживать не один день, а столько времени терять было никак нельзя.
Поэтому мы продолжили бежать. Сэн целилась вперёд, а я каждые три секунды поглядывал через плечо, не открыли ли бандиты потайную дверь.
Весёлое выдалось приключение, конечно. Это уже не банальное нападение разбойников на дороге, а настоящий рейд в их логово…
Добравшись до лестницы без эксцессов, мы медленно и неслышно начали по ней подниматься, держа наготове зелья. Сэн шла первой, ибо у неё было две руки. А мне осталось лишь прикрывать и в случае необходимости откидываться гранатами. Ей их я пока не доверил, и, видимо, зря. Если бы не нападение со спины, то её заслуги можно было бы оценить на пять с плюсом.
Поднявшись на самый верх, мы уткнулись
