вперёд.
— Я не могу быть уверена, что вы не предатели, — помотала Тина головой. — Также не могу быть уверена, что вы и не предавали. А пока я ни в чём не уверена, я не хочу подпускать вас к отцу.
— Но… позвольте… госпожа… Нас очень многое связывает с нашим господином! С этим местом! Мы всю жизнь здесь прожили! — возмутился он.
— И для чего? — усмехнулась девушка. — Для того, чтобы в конечном итоге отплатить предательством?
— Мы не предатели! — вскинулся старик.
— А сможете это доказать…? — голос Тины стал тише.
— Доказать? Я готов поклясться всем, чем угодно! Госпожа! — старик упал на колени, а вместе с ним и остальные. — Мы верны Роду! Прошу вас поверить нам!
— Сергей, — всё также тихо произнесла девушка. — Поможешь, пожалуйста…?
Я покачал головой и на миг прикрыл глаза.
Это не шутка и такое применяют только к врагам, но… если найдётся доброволец сам…
— Хорошо, — кивнул и открыл глаза. — Предупреждаю сразу, — окинул их взглядом. — Будет больно. Очень больно. Я не могу проверить вас иначе, но, хочу отметить, что истинный слуга Рода не испугается боли, чтобы доказать свою правоту.
Люди зашептали, а старик опустил взгляд, но потом поднял его и произнёс:
— Я… готов. Я пройду это испытание во имя Рода!
Кивнул ему, и он на негнущихся и слегка дрожа пошёл вперёд.
Боится. Бояться боли — это нормально. Главное, что в нём есть решимость.
Старик подошёл, и я положил руку ему на плечо, а через мгновение он начал заваливаться, но его подхватил один из бойцов, аккуратно ложа на траву.
Пытки — это плохо и именно поэтому я применяю этот метод только к врагам. После этого «испытания» старик уже не сможет соврать. Да, он не будет больше испытывать боль, но запомнит её и не захочет пережить вновь, поэтому точно скажет правду.
Наконец его отпустило и он пополз от меня по траве подальше, смотря бешено вращающимися глазами.
Мы стояли и не двигались, наблюдая за ним. Наконец старик очухался и вдруг заревел.
— Госпожа! Простите! Простите меня! Я был не прав! Я не должен был соглашаться на это! Но! Они угрожали мне моими детьми! Я не могу позволить их убить! Прошу вас, не гневайтесь!
И всё же он оказался предателем. Наверняка ведь думал, что получится обмануть меня, а оно вон как всё вышло.
Старик подполз на коленях к Тине. Девушка с омерзением на лице смотрела на него. Через пару мгновений она достала жезл и активировала копьё. Занесла копьё, нанесла удар и… остановила его у шеи, а потом выдохнула.
— Не здесь… и не сейчас.
— Ч-что? Госпожа? — спросил сжавшийся старик.
— Не здесь и не сейчас! — добавила Тина громче. — Я не убью вас сегодня. Но и не прощу, — Она с яростным взглядом посмотрела на каждого сжавшегося бывшего слугу Рода. — Бегите. Бегите так далеко, как только можете! И не попадайтесь мне на глаза! Иначе… иначе ваши жизни оборвутся. Также не смейте приближаться к месту, где похоронен мой отец!
— Госпожа! — старик попытался обнять её за ноги, но один из бойцов действовал на опережение и быстрым, но не сильным ударом ноги откинул старика.
Всё же они хорошо обучены.
— Госпожа! — продолжил старик. — Поймите нас! Поймите! Мы не могли поступить иначе! Умоляю вас! Мы прожили здесь всю жизнь! Позвольте и дальше служить вам!
— Я вас предупредила, — произнесла Тина сухо и пошла вперёд, не задерживаясь.
Мы сели в автобус и поехали в замок. Тина ничего не говорила, приняв на себя всю ответственность за свои действия.
Когда приехали в замок, на улице никого не было. Тина пошла внутрь, но Гриша догнал и остановил её. Я поравнялся с ними, и мы уже вместе пошли внутрь.
А когда достигли главной столовой, я остановился и остановил их. Тина удивлённо посмотрела на меня, но я лишь улыбнулся и указал ей рукой внутрь.
Девушка вошла внутрь и замерла, смотря на накрытые столы, а также стоящих в ожидании людей Рода.
У неё остались только мы. А значит мы, как её Род, сделаем так, чтобы она не печалилась и проводим её отца со всеми почестями.
В этот момент ко мне подошла одна из горничных и прошептала на ухо, что Максим проснулся.
Что же. Пришло время узнать, кто же это такая, Эйкхирия.
* * *
Анна пламенем испепелила очередного чёрного муравья с неё размером, поставила щит, но её всё же облило чёрной жидкостью, что не прибавило радости в её и без того испорченное настроение.
Девушка оглянулась и вздохнула. Долго… Они здесь слишком долго. Она отгоняла от себя мысли о Сергее на время битв, но они всё равно накатывали на неё волнами. Аня никогда и не могла представить, что будет о ком-то волноваться также сильно, как и о дяде.
Увидев своего уже мужа в таком состоянии… она испытала страх и содрогнулась внутри. Внешне он не выглядел больным, однако, каждое прикосновение вызывало у него боль и даже в бессознательном состоянии Серёжа морщился от боли. И именно поэтому было решено не раздевать его.
Она тогда сильно запаниковала, но Эйр убедила её, что да, ему сейчас очень больно, но это не критично. У них с ней был долгий разговор на эту тему, да ещё и правда от мужа чуть позже расставила всё по своим местам.
Он не просто так рвёт жилы и мчится вперёд, несмотря на возможный вред для себя. Возможный враг… слишком силён. Да и эта жёлтая точка в небе. Всё это нужно остановить и так уж вышло, что она вышла замуж за человека, на плечах которого и лежит эта ноша.
— Идём дальше, — хмуро произнесла девушка.
Жалеет ли Аня теперь? Ни капли. Лучше мужчину ей не найти, да и она не стала бы искать. Именно он своими решительными действиями доказал, что любит и… она его не подведёт.
Серёжа словно яркий огонь ведущий всех по тьме. И даже это видит. Правда, спустя долгое время. Огонь, на который слетаются множество мотыльков и не только они, чтобы загасить пламя. Но он с каждым разом пылает всё ярче, чтобы освещать путь всем тем, кто идёт позади, потому что знает, что если он угаснет, то другие могут потеряться в этой тьме.
Шесть сотен лет… И за всё это время его огонь не затух, а стал лишь ярче. Возможно ли это? Какой же силой духа нужно обладать, чтобы не сломиться под теми обстоятельствами, которые каждый раз насылала на
