— И далеко не раз. Нам пришлось идти на такие ухищрения и безумные пассажи, о которых, наверное, не сумели до сих пор догадаться сами ар-серейцы. Да им, в сущности, и некогда было отслеживать местонахождение наших запасных резервов и медблоков. Очень сложно обороняться, как и совершать собственные атаки, когда буквально потерян в пространстве и не можешь различить физическое тело от астрального.
Как ни странно, но я прекрасно понимала, о чём именно говорил Лиан. Потому что тоже это видела, то как нам помогала не меньшая армия из «потустороннего» мира, благодаря которой нам удалось вывести из строя большую часть военной техники Иных. Это был воистину какой-то безумно невероятный марш-бросок запредельного мега уровня. Во всяком случае, ничего подобного раньше на Земле точно не происходило. И было бы странно, если бы мы после всего этого не победили.
— А ты? — убедившись окончательно, что со мной даже более, чем всё в порядке, я начала теперь с нескрываемым беспокойством рассматривать тело Лиана. Хотя выглядел он абсолютно целым и невредимым, без единого намёка на тяжёлое ранение или хотя бы малейшую царапину. — Тебя не ранили? Ничего случаем… не оттяпали?
Мужчина натянуто рассмеялся и не стал отстраняться, когда я схватила его за руку, проверяя на самом ли деле это он, а не его астральное, как у Ноэла, тело.
— Все жизненно важные органы на месте. Можешь не переживать. Хотя Велдору удалось всадить в мой живот целую обойму своего плазменного бластера.
— Там был и Велдор? — я невольно ахнула, снова пытаясь напрячь память, чтобы вспомнить самые яркие моменты из недавней бойни. И в который раз мне пришлось осознать, насколько всё это было далёким от реальных воспоминаний, не отличающихся щадящей анестезией от последних.
— И он, и многие другие, кого я хорошо знал все эти тысячелетия… Правда, сражались они недолго. Многих, как Велдора, например, мы без особого труда взяли в плен. Теперь большая их часть ожидает своей очереди по высылке с Земли на ближайшую для них тюремную колонию.
— Серьёзно? Вы ещё и успели создать для них где-то… тюрьму?
— У них всё равно нет выбора. Либо сохранить свой вид и расу через колонизацию выбранной для них планеты, либо…
— Смерть и забвение?..
Не знаю, откуда я черпала эту информацию, но она будто сама по себе всплывала в моей голове, стоило мне только об этом подумать.
— Думаю, он готов был выбрать последнее, если бы не его мать. К тому же… он так и не смог тебя забыть.
— И когда его отправят в ссылку? — не то, чтобы я так уж сильно переживала за своего бывшего владельца, но… если так подумать, ничего плохого он мне тоже не сделал. И даже, в какой-то степени, сумел к себе привязать. Может поэтому мне была небезразлична его дальнейшая судьба?
— Буквально на днях. Отправится туда вместе с Зеллой. Не переживай. Плохо с ними обращаться там никто не будет, хотя они этого и не заслужили.
— А Ноэл? А ты сам? Что будет со всеми нами дальше и с Землёй тоже?..
Эпилог
Не скажу, что на Земле буквально сразу же наступила тишь, да благодать, поскольку для этого теперь требовалось не ахти сколько титанического труда и того же времени. Ведь мир снова, в прямом смысле этого слова, перевернулся с ног на голову. Людям вернули не только их планету, но и редчайшую для них возможность начать всё заново — едва не с нуля. Стать хозяевами и своей жизни, и совершенно неведомого теперь для всех будущего. По сути, их поставили перед полной неизвестностью, вверив в их руки ключи от собственной судьбы.
Думаю, перед ними открылись воистину захватывающие перспективы и возможности. Если только они поступят со столь редчайшим даром правильно — по уму и по велению чистых сердец. Хотя… когда я увидела этот новый и пока ещё только-только зарождающийся мир, должного ажиотажа я почему-то не испытала.
Да, я снова встретилась со своим приёмным отцом, которого все эти годы считала родным, и с большинством близких мне людей, оказавшихся даже не моими кровными родственниками. Я видела, каким воодушевлённым светом горели глаза многих людей, когда их освобождали от социальных ошейников и браслетов, обещая им возможности и право выбора, о которых они раньше и мечтать не смели. Я даже случайно столкнулась с Имани, когда проходила мимо какой-то очереди по гуманитарной помощи, и она меня окликнула, явно не поверив своим глазам и тому, что я жива и невредима.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И хотя, многие города и материки лежали сейчас буквально в руинах, многие выжившие люди ещё не до конца свыклись с осознанием произошедшего и вынужденным принятием пережитых потерь — невозможно было не ощущать в воздухе запах свободы. И того понимания, что очень скоро Земля возродится, природа возьмёт своё, а мы наконец-то научимся жить с ними в полной гармонии на равных, как истинные дети своей планеты, а не её владельцы или поработители…
***
Я не стала стучаться, поскольку никогда этого не делала раньше, когда входила в комнаты Лиана — в одном из длинных двухэтажных зданий оцеплённой зоны временного следственного лагеря для заключённых ар-серейцев, на чьей территории так же находился внушительный космопорт, с которого день и ночь (вот уже которые сутки подряд) то взлетали, то снова приземлялись огромные межзвёздные шатлы.
И мой отец, и Лиан всё пытались меня уговорить держаться от этого места как можно подальше, но мне, откровенно говоря, было плевать. Потому что меня тянуло сюда постоянно и буквально со страшной силой. И вместо того, чтобы помогать отцу и новообразованным организациям по предоставлению социальной и финансовой помощи освобождённым из-под гнёта Иных людям, я постоянно искала повод сбежать именно сюда. Что, впрочем, и делала едва не каждый божий день. И сегодня, к слову, тоже.
— Значит, это уже твоё окончательное решение?..
Обычно я всегда заставала Лиана одного, но этим вечером меня ждал небольшой сюрприз. И ни в одном лишь лице прекрасно мне знакомого Ноэла. В этот раз, в небольшой гостиной с панорамным видом из широкого окна на взлётную зону космопорта, находилось целых три «человека». Вернее, один из них — Лиан, сидящий на стуле и в незнакомом мне до этого облегающем костюме тёмно-серого цвета, и двое ар-серейца из астрального измерения, которых я тоже прекрасно знала. Правда, чего я совсем не ожидала, так это узнать в одном из них Адия!
— П-простите! Я не знала, что вы тут… все вместе… — я запнулась у входа, настороженно переводя взгляд то на Ноэла, то на Адия, то снова на Лиана и пытаясь по их поведению определить, что же тут не так.
После чего не выдержала и подняла руку, указывая пальцем на слегка ливитирующего в воздухе Дэя и излучающего такое же едва заметное глазу свечение, как и у его биологического отца.
— А он… что тут делает? Разве его не… прикончили?
— Я уничтожил его физическую оболочку, по просьбе Ноэла. Теперь он с ним занимается, как говорится, на той стороне, пытаясь сформировать из него полноценное астральное тело с правильно работающим чистым разумом.
— Пришлось пойти на столь жёсткие меры, дабы избежать более худшей для Адия участи. — Ноэл тоже вставил от себя несколько фраз с объяснением, которое, как я поняла, должно было оставаться в тайне ото всех всё это время. — Ар-серейцев ждёт самая тяжёлая ссылка. Вполне вероятно, что многие из них не смогут даже выжить. Мне пришлось принять самое сложное для любого отца решение. Но теперь мы всегда с ним рядом и вместе. Да и переход в новую форму существования не такой уж и лёгкий, и небыстрый. Один земной день в нашем измерении практически равен одному земному году. Зато предостаточно времени, чтобы осмыслить себя по-новому и научиться видеть жизнь уже не так, как воспринимал её раньше в физической оболочке.
— То есть… вы ведь всё равно не ангелы и не призраки, в том понимании, в каком их представляли люди?
— Нет, конечно. Но в двух словах это едва ли можно объяснить.
Ноэл мягко улыбнулся почти отеческой улыбкой и взглянул на стоящего рядом с ним Адия.
