Читаем без скачивания Земли меча и магии (СИ) - Ярослав Георгиевич

Маг же, видимо дождавшись рассвета, уже давно пылил прямо в сторону серной шахты — не иначе, знал, где она. И, кстати, оставалось ему совсем чуть — чуть, буквально час — другой… Его отряд пасли издалека конные и кентавры — медлительные големы и гремлины не могли тягаться в скорости ни с кем из моих разведчиков, а джинн далеко не улетал — не иначе, колдун перестраховывался, опасаясь засад. Ведь при высоком уроне, эти сказочные порождения восточной мифологии сами весьма уязвимы и очень быстро сливаются, при наличии, разумеется, хоть чего‑то, наносящего по ним урон магически… Аграил, оставшийся в живых вор и вся моя авиация, кроме Птицы, уже давно отдыхали за баррикадами, поджидая надвигающееся войско. Я не боялся за них — гидры и несколько минотавров вполне способны были драться на равных, или, во всяком случае, не сильно уступая, со старшими големами. К ним в помощь полурослики, имеющие повышенный урон по особо крупным целям — пусть даже и не элитные пращники, обычные воины, они всё равно своими камнями должны были порядком проредить вражеские ряды, прежде чем те переберутся через баррикады. И в довесок, воздушная поддержка, не дающая магу колдовать издалека, чувствуя себя в безопасности… Да ещё при поддежке демона — его сила в сорок четыре единицы и здоровье в тысячу двадцать, помноженные на врождённые и неплохо развитые демонические умения — Чешуйчатую Шкуру и Острые Когти, делали Аграила настоящей машиной для убийства. В последней схватке он дрался наравне с большим големом…

И всё равно — для подстраховки, хотелось присутствовать там самому. Поэтому, после быстрого ополаскивания в ледяной воде и наспех проглоченного завтрака, я вытащил на свет божий всё своё лучшее снаряжение, и отправился на крышу, ждать Птицу. Дракон летел неспешно, будто нехотя — видимо, тоже немного замотался за прошедшие дни. Приземлился без обычного приветствия, просто молча. Я подошёл и похлопал его по чешуйчатой шее — мол, потерпи, немного осталось. Взобрался наверх, окинул взглядом кипящие внизу работы — где‑то на одну пятую был построен земляной вал и ров, довольно скромные, к сожалению, а с краю прямо из земляной насыпи набухала и росла первая стрелковая башня, из собственных Замковых укреплений.

Ветер в лицо, плывущая под ногами земля… Полёт на волшебном существе, что ещё недавно казалось мне чем‑то невероятным, теперь воспринимался как нечто обыденное. Всё‑таки, как быстро человек ко всему привыкает… Всё меняется кардинально в долю мгновения, прошлое навсегда остаётся прошлым, в которое уже никогда не вернуться, а ты живёшь какой‑то новой реальностью, которую раньше и вообразить не мог. Сообщают о начале войны — и вот, ты уже не представляешь, какова она была, мирная жизнь, сводки о продвижении войск и захвате или утрате городов воспринимаешь как данность. Умирает кто‑то — и ты видишь перед собой, в дурацком гробу, навсегда замершее неподвижной восковой маской лицо, когда‑то бывшее полным жизни, ты знаешь и понимаешь, что больше никогда не встретишь этого человека — и это нормально. Наконец, несколько слов, прощальный поцелуй, вы расходитесь с некогда любимой женщиной — и, опять же, всё меняется. Приходится привыкать к тому, что больше не надо звонить и писать по нескольку раз на дню, никто не ждёт и некого ждать дома, не о ком заботится и никто не будет заботиться о тебе… Всё это, пусть предпосылки и накапливаются долго, но случается всегда в один момент — вот, оно было, а вот, его нету больше. И некоторые после таких резких перемен слетают с резьбы, либо временно, либо, в некоторых случаях, навсегда…

Мы еле — еле успевали, дракона гнал с форсажем — целых сто тридцать пять единиц маны ушло на пять ускорений… Хотя, с другой стороны — потратить всё это богатство во время боя были все шансы не успеть, а вот доставить наши с драконом драгоценные тушки вовремя — было очень крутым подспорьем для наших войск. Как‑никак, хотя бы даже действие моих пассивных аур — Защиты и Атаки, да плюс к ним мощь Птицы — дорогого стоили.

…Сигнал о нападении заставил вздрогнуть и отвлечься от размышлений где‑то на пол дороги до цели. Хоть я и ждал его — но всё равно, вышло как‑то неожиданно. Глянул на карту — там уже были открыты окрестности серной шахты, чтобы сразу начать управлять боем. И несколько секунд встыкал, не понимая — с виду всё было предельно мирно и спокойно, никто ни на кого не нападал и ничего непотребного не вытворял. В глубине души начало зарождаться очень нехорошее предчувствие. Дав команду перейти к источнику сигнала, я увидел… Свой Замок. Мужики и бабы, побросав лопаты, сломя голову неслись в сторону донжона, оставив позади недостроенный вал и не выросшую до конца башню. А за ними по пятам гналось около трёх десятков воинов, кое — кого из которых я даже узнал. Например, предводителя викингов, который сейчас своим излюбленным приёмом метнул две сулицы сразу — одна вонзилась в спину запутавшейся в юбках и замешкавшейся женщины, вторая — пробила навылет бородатого мужика, который с лопатой наперевес прикрывал улепётывающую за его спиной со всех ног детвору… Дьявол!!! Вот откуда они взялись там, были же далеко? И, главное, почему так не вовремя напали?.. Как раз, когда мы с Птицей улетели? И что теперь делать — маг вот — вот нападёт на войско Аграила, а в Замке остался совсем небольшой гарнизон, хоть и из ветеранов и при поддержке Ратмира и мага, но всё равно…

Колебался, как поступить, я недолго. В конце концов, Аграил может справиться и сам — пусть и не так просто и безболезненно. Если у мага не найдётся ещё джинна — другого в загашних, тьфу — тьфу — тьфу… А вот если мы потеряем Замок — беда. Отдал команду Птице разворачиваться. Вперился в карту, пытаясь понять, чем можно помочь — но там всё и без меня происходило оптимальным образом: все, кто успел, скрылись в Замке, кентавры — те, кто остался, то есть женщины, дети и старики — забрались повыше на скалы, достать их оттуда для кого‑то не летающего не представлялось возможным. Ратмир разумно и взвешенно командовал, в незваных гостей летели стрелы и камни, и им уже пришлось отступить подальше. Правда, там они смогли заняться любимым делом — грабежом. Кто‑то даже подпалил один из домов, но главарь заставил тушить его — видимо, планировал использовать в своих целях…

Несколько человек сгрудились вокруг растущей стрелковой башни — видимо, решая, как угробить поэффективнее. Блин, вот пришли бы чуть позже — она бы была уже достроена, а так, ждать ещё несколько часов, когда станет активна… До тех пор поломают же, твари… Хотя, пусть лучше её ломают, чем какие‑нибудь функциональные здания. До Пещеры Гаргулий и Грифоньего Гнезда ещё добраться нужно, конечно, но если залезть на сколу — вполне можно подгадить… Да ещё Чёрная Башня и болото на земле, кстати, интересно, как будет выглядеть процесс разрушения последнего — подойдут к берегу и будут бить по жиже? Как персы, которые когда‑то секли море, потопившее переправлявшихся через него воинов, и кидали в него цепи?

Всегда забавлял этот эпизод. С детства казалось — неудивительно, что греки тогда выиграли, если их противники были такими дурачками… Потом ещё долго смеялся над другими фактами из биографии почтенного царя Ксеркса, например, как он после подавления очередного восстания Вавилонян стащил из их храма статую бога Мардука (да — да, в честь которого названа одна известная в узких кругах музыкальная группа). Да не просто статую, а золотую, ещё и весом в двадцать талантов — это около шестисот килограмм… Или абсолютно типичная история — царю понравилась жена собственного брата, Масисты, но та, вот негодница, не ответила взаимностью. Тогда Ксеркс устроил свадьбу своего сына и дочери Масисты, надеясь, что после этого получится сблизиться с её матерью. И, в результате, влюбился в саму невестку, которая согласилась на сожительство… После чего обо всём прознала законная супруга царя, и на ежегодном пиру, что устраивался в честь дня рождения самодержца, на котором можно было просить у последнего любой подарок, потребовала себе жену Масисты. Считая её первопричиной всех неприятностей, жена царя жестоко расправилась с нею… После чего брат Ксеркса бежал, отказавшись от компенсации в виде царской дочери, с целью поднять восстание — но его догнали и убили. Наряду с постоянными отрубаниями голов и прочими радостями жизни — стандартные будни восточной империи…

Пискнул очередной сигнал о нападении. Взгляд на карту, дав команду перехода к источнику… Оказалось, это уже маг добрался до серной шахты. Големы, построившись «свиньёй», немногие выжившие гремлины, джинн и сам седобородый предводитель отряда медленно надвигались на наши импровизированные укрепления, осыпаемые камнями и стрелами… И кастанув в ответ огненный шар в самую гущу нашего построения. Аграил уже скомандовал перегруппировку, погибла только пара полуросликов — пращников и кентавр — лучник, да ещё несколько погорели. Но демон разумно командовал, ни отнять, ни прибавить — я бы лучше не смог, разве только с самого начала можно было рассредоточить войска, ну так кто знал, что маг имеет массовые заклинания.