Изнутри мы этого сделать не можем.
Большой фуркот тщательно исследовал выступ. Схватив ручку зубами, он повернул ее согласно инструкциям Борна.
Тот, однако, забыл сказать, что ручку надо поворачивать до упора, но не дальше. В темноте раздался громкий металлический звук.
— Она оторвалась, Борн, — сообщил Руума-Хум, выплевывая изо рта металл.
Лостинг встал и на пару шагов отступил в глубь комнаты.
— Все! С меня хватит. Пойдем, если хочешь. — И не давая Борну времени, чтобы опомниться, он приказал. — Ломай дверь, Джелливан, немедленно.
Джелливан встал на задние лапы, почти касаясь головой потолка коридора, и обрушился на дверь одновременно передними и средними лапами. Раздался стон, сопровождающийся скрежетом разрываемого металла — примерно такой звук, как от ручки, только на этот раз гораздо громче. Литая металлическая дверь согнулась посередине и рухнула в комнату, повиснув на искореженной нижней петле.
Борн и Лостинг перепрыгнули через барьер и последовали за фуркотами по системе пересекающихся, изогнутых коридоров, которую никто из них не помнил. Отовсюду стали доноситься отдаленные ругательства и выкрики, словно они попали в гнездо чуллакии.
Тут же в дальнем конце коридора, подобно дурному сну, возник человек. Он бросился к ним, по пути хватаясь за пояс. И несмотря на то, что челюсть у него отвисла от удивления, он начал вытаскивать что-то небольшое и блестящее. Руума-Хум походя двинул его лапой. Этот ловкий удар сбил человека с ног, и он осел вдоль стены. Когда они сворачивали в следующий коридор, он все еще корчился на полу.
Фуркот угрожающе прорычал:
— В этом месте просто не обойтись без убийства.
Он хотел было вернуться и прикончить стражника, но Борн запретил ему, и они побежали дальше.
— Только не сейчас, Руума-Хум. Эти твари убивают, не задумываясь.
Не стоит и нам перенимать у них это.
Руума-Хум еле слышно выругался, но ослушаться не посмел.
Вскоре они достигли широкого коридора, опоясывающего станцию. Борн и Лостинг уже держали топоры наготове, но никакой нужды в них не было.
Станция по-прежнему в основном спала, и здесь еще никто не знал, что это за отдаленный шум.
Еще через минуту они были у дыры, которую Руума-Хум и Джелливан проделали в полу станции. Первым в нее нырнул Руума-Хум, Борн прыгнул следом ногами вперед, за ним Лостинг, замыкал шествие Джелливан.
Подобно рою встревоженных пчел, вокруг станции замигали беспорядочные огни, зазвучали сирены. Во внешних башнях ленивые реплики сменились отчаянными проклятиями, а операторы пушек бросились к орудиям уничтожения. Бдительные, привычные глаза, человеческие и электронные, принялись обшаривать пространство вокруг станции, досконально обследовать неизменную стену леса. Но во всем этом насквозь просвещенном участке не было обнаружено ничего угрожающего, не появилось ничего неожиданного.
И тут что-то возникло на экранах мониторов, заполнив собой приличных размеров кусок в области обстрела северной башни.
Женщина-стрелок тут же включила электронный сенсорный прицел и дала залп. Этим залпом был успешно уничтожен рой насекомых, вылетевших из леса на манящие огни станции. Обитатели станции не находили себе места, пока центральные детекторы не сообщили, что именно было уничтожено.
Хансен, все еще с сонно моргающими глазами, путаясь в полах халата и приглаживая волосы, шел в сопровождении охранника к дыре в полу.
— Сантиметр дюраля, а под ним метровой толщины фундамент из армированного бетона, — удивленно сказал кто-то из немногочисленных собравшихся.
При виде Хансена все расступились. Увидев размеры лаза, он с трудом согнал с лица выражение полного недоверия.
— Я не думал, что у них есть такие совершенные орудия.
— А у них и нет.
Все повернулись, чтобы посмотреть, кто это ответил. Это была Логан.
Она присоединилась к собравшимся, и теперь, придерживая волосы, чтобы они не лезли в лицо, исследовала внутренность провала. Выражение лица у нее было сосредоточенное.
— Судя по всему, это сделали фуркоты, — заключила она.
— Все ясно, — произнес Хансен. — А что такое фуркот, Логан?
— Это подручные животные, с которыми живет народ Борна. Шестилапые всеядные. По крайней мере, мы решили, что они всеядные. — Логан снова посмотрела в дыру. — Когда наступила ночь, а их старшие товарищи не вернулись и не послали за ними, они, видимо, решили разузнать все сами.
— Интересно, — только и выдавил из себя шеф станции.
Подоспевали все новые люди и сообщения. Толпа разрасталась. Через некоторое время принесли оборудование, и назначенный шефом «доброволец» спустился в лаз. Чтобы подтвердить требуемую Хансеном информацию, ему долго ходить не пришлось. Напряженно слушая и кивая, Хансен внимал докладу исследователя. После того, как он закончил, Хансен похлопал человека по спине и вернулся на край дыры. Теперь вокруг нее толпились лишь главы отделов — люди типа Карбока и Бланшфорда.
— Ну, и кто-нибудь из вас имеет представление о том, куда ведет эта дыра? — потребовал Хансен. Повисла напряженная тишина. Горе тому работнику, который, высунувшись, даст не правильный ответ. — Так что, никто из вас не знает, где мы стоим? — Все озадаченно переглянулись. — Дыра уходит сквозь фундамент прямиком в один из трех стволов, на которых установлена наша станция. Судя по всему, это дерево не сплошное, — продолжил Хансен, выражения его лица и все нарастающего гнева хватило, чтобы его подчиненные сжались от страха. — Так вот, похоже на то, что есть какое-то местное животное, которое роет ходы в таких деревьях. И этим самым фуркотам достаточно было обнаружить один такой ход, ниже уровня, на котором мы расчистили лес, и прямиком по этому ходу они прошли прямо под дно нашей станции и сделали подкоп.
Прямо у нас под ногами, леди и джентльмены. — Голос его немного упал.
— И плевать они хотели на наши мониторы и наши пушки, плевать они хотели на защитные экраны высокого напряжения, которыми окружены эти стволы. Это мне понятно. Но вот, что меня озадачивает: как они узнали, что на все это им можно плевать?
Тут к собравшимся присоединился Кохома.
— Это не совсем животные, сэр. Они умеют немного говорить, достаточно для того, чтобы поддержать разговор. Я сам с ними разговаривал. Правда, они говорить не очень любят, насколько я понима…
— Заткнись, идиот, — сказал начальник станции очень тихо, и это было хуже, чем если бы он крикнул. И после этого он прошипел:
— А еще хотят, чтобы я вел нашу подпольную деятельность в этом враждебном мире. Да еще с таким экипажем, как вот эти.
— Извините, шеф, — тихо произнес глава инженерного отдела. — Не угодно ли вам, чтобы я привел людей заделать эту штуковину, — и он указал на лаз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
