впускают только тех, кто предъявит специальный значок.
— Да уж… — помотал я головой, — Вам что, трудно было такой значок раздобыть? Говорил же, мы должны пройти без проблем!
— Хозяин, но вы и так пройдете, значок у вас никто и не спросит, — растерянно проговорил ответственный за снабжение бес.
Тем временем мы с Катей подошли к охранникам, хотели что-то им сказать, но те просто поклонились и открыли турникеты. Разве что красную дорожку не расстелили, но это лишь потому, что подходящего ковра не было в наличии.
Мы молча прошли внутрь, тогда как охранники так и остались стоять, недоуменно глядя нам вслед.
— Нет, я всякие военные звания знаю. Ладно еще генерал-майор, генерал-полковник, это мне известно. Но разве у нас есть генерал-генерал? — недоуменно проговорил один из охранников.
— Так он не генерал-генерал, — пробубнил второй, — Ты разве не видел? Это генерал-генерал-генерал!
Вот так, значит. Бесы явно опять перестарались. Но зато будучи генерал-генерал-генералом нам не составило труда пройти к самим трибунам. Все оборачивались, видели мои погоны и сразу расступались, не пришлось даже толкаться.
— Кстати, а какое у нас задание? — поинтересовалась Катя, пока мы шли к своим местам. Оттуда уже выгнали каких-то двух генералов и посадили их подальше.
— Да обычное задание, — отмахнулся я, — Кардиналов лично придумал. Представляешь, как он хорошо ко мне относится? Постарался, составил задание, и всё это только для того, чтобы мне тут было не скучно!
— Ох я бы не стала брать от него задания… — скривилась девушка, — А то он как начал пить, так совсем не в себе стал…
— Так он же не начинал пить… — неужели она тоже поверила в эту легенду?
— Я знаю, но ведь ты зачем-то всем рассказываешь, что он бухает без остановки, — усмехнулась она. — Вот теперь Кардиналов и не в себе.
— Ничего, так надо, — важно заявил я, — Да и смотри, какое задание смог придумать! Это ж надо, устроить всенародный бунт в самом сердце столицы?
— А, ну действительно, что в этом такого? Теперь нас точно прибьют, поняла… — вздохнула Катя, — Ну пойдем пробовать, отказываться-то все равно не вариант.
Нас проводили к местам в первых рядах, положили на кресла подушечки, и вскоре началось собрание.
— А сейчас наш генерал сухопутных, блатных, непобедимых и великолепных войск расскажет, как у нас обстоят дела на фронте! — прокричал диктор, и за трибуны встал важный усатый дядька.
— Мы чертовски хороши! — воскликнул он, — Наши доблестные воины сражаются на всех фронтах! Наша страна велика, армия нерушима, а мы — прекрасны!
— Да-а-а! — толпа взорвалась радостными воплями.
Да-а… И как мне переворот устраивать? Места у нас зрительские, так что сильно тут не повоюешь. Кинуть ботинок в толпу? Вдруг кто-то начнет мстить, ударит ближнего, а тот еще кого-то толкнет и так по цепной реакции начнется драка все против всех?
Не, ерунда. Это не бунт, а просто локальная потасовка. Не тот размах…
Вот ведь, еще и император не пришел. Так было бы куда проще. Пальнуть в него пару раз, и всё, государственный переворот сразу начнется.
— А теперь о делах в небе вам расскажет генерал Парашютин!
— Да, в небе все хорошо! — только сейчас заметил, что этот генерал положил руку на специальный артефакт, сферу правды, которая вспыхнула зеленым светом. — Наши самолеты быстры, ракеты смертоносны, и в небе нам нет равных! — снова зеленая вспышка и радостные вопли собравшихся на площади людей.
Ну да, в чем-то он действительно прав. В небе им нет равных, тут все верно. Ведь если наши самолеты сильнее, то о каком равенстве может идти речь?
Ладно, это все ерунда. Пусть рассказывают что хотят, это совершенно неважно. Думай… Думай! Нужен переворот, иначе Кардиналов расстроится. А то и вовсе, напьется с горя!
— Товарищ генерал… — ко мне подошел кто-то сзади, — ой! Точнее генерал-генерал! — воскликнул он, — Что? Генерал-генерал-генерал? Простите, что обращаюсь к вам! Но один из выступающих ушел в запой и не может взять слово! Не могли бы вы выступить вместо него? Скажите, с какими войсками вы связаны, чтобы я мог вас представить?
— Да со всеми связан… — задумчиво проговорил я. — Хотя нет, кроме моряков. — и действительно, я успел надавать по шее вообще всем. И летчикам, и спецназу, и пехоте, даже инженерные войска пару раз успели познакомиться с моей тяжелой рукой. А вот моряков как-то не зацепило. По этой части у нас османы.
— Прошу вас! Вы же… — замялся тот, — Вы же не боитесь камер? А то генерал, который должен был выступать, хряпнул для смелости. Очень переживал, что его увидит вся страна.
— О как… — удивился я, — Прямо вся страна? В прямом эфире?
— Ну разумеется, а как иначе?
Как можно отказать такому вежливому молодому человеку? Тем более, когда есть возможность поговорить сразу со всей страной, пусть и под магическим полиграфом. Врать я и не собирался, честного рассказа тоже будет достаточно.
— Кхм… — я постучал по микрофону, — Всем слышно?
— Да! Расскажите нам, генерал-генерал-генерал, как вас зовут? — воскликнул ведущий.
— Константин.
На площади, да и во всей столице воцарилась тишина, но спустя пару секунд со стороны дворца завыли сирены. В воздух поднялись боевые вертолеты, началась эвакуация императора, улицы тут же перекрыли отряды спецназа. А Катя сидит, на руку показывает. Мол, время, надо бы поторопиться.
— А что рассказать? Нечего рассказывать, на самом-то деле, — пожал я плечами, не обращая никакого внимания на накаляющуюся обстановку вокруг.
— Ну как же нечего? Расскажите о победах! — ведущий сделал вывод, что я какой-то другой Константин.
— Каких еще победах? Нам дают по башке на всех фронтах, а дебилы из столицы каждый месяц урезают довольствие! А что насчет снабжения? Голодают солдаты! Сгущенки месяцами не видят! — на каждое мое слово сфера правды вспыхивала зеленым, и вся Новая империя это видела. Но ведь я действительно рассказываю чистую правду! Снабжение у них и правда такое себе, ведь бесы постоянно устраивают диверсии в тылу и портят продукты. — А техника? Она же прямо на ходу по винтикам рассыпается! — и это тоже правда! Бесы с отвертками не дадут соврать.
— Это, конечно, ваше личное мнение, —
