Читаем без скачивания Иди сквозь огонь - Евгений Филимонов

Похоже, все в сборе, и каждый получит причитающееся. Кайзер причмокнул от удовольствия – он снова выиграл.

Казалось, прошлое снова вернулось, уже не в воспоминаниях, а наяву.

Они все изменились, повзрослев и даже постарев. Они были вместе, и прошедшие года лишь сплотили их.

Но сегодня ватага собралась по приказу, а не ведомая велением сердец. Детдомовцы глядели на Кирилла и прибывшего Грая, откопавшего, неведомо где, близкого им всем Пал Палыча – и понимали, что сегодня будет кровь.

Чья – они не сомневались, взгляд Кайзера красноречиво указывал на виновников сбора. Но, Грай и Валет не могли предать, они же братья!

Сергей негромко окликнул вожака, совсем недавно бывшего ему родным существом:

– Кирилл… Ждал? Да, вижу, что ждал. Просчитал на три хода вперёд, как всегда? Или, посчитали за тебя? Кто ты, брат?

– Ты мне не брат. – Кайзер сплюнул на землю. – Ты выродок, променявший нас на какую-то мечту. Снюхавшийся с этими… – он мотнул головой в сторону Розы и Кати, к которым полз Валет. – С этими тварями.

И этот уродец, из-за которого всё началось. Вы оба – выродки. И я объявляю вас…

– Слышь, Буза. – Хрипло оборвал Кайзера Палыч. – Ты и впрямь кабан сделался. Посмотрел бы на себя, а? Ты не волк, ты даже не пёс – ты животное. А ведь Майка тебя просила – не будь кабаном.

– Ты… Ты! – Кайзер полыхнул гневом, и от него потянулась чернота, наполненная чем-то жутким. – Как ты смеешь её вспоминать. Ты! Да будь ты проклят со своей памятью, прошлого не вернёшь. Зато будущее уже рядом. Моё будущее, а вот у вас его уже нет!

Роза и Катя могли видеть, как наливается воздух чернотой, перемежаемой чем-то зеленоватым, словно из мёртвой земли проглядывала загнившая болотная грязь. За Кайзером разрасталась, вздымаясь выше и выше, стена невероятной гадости. И эта гадость желала получить их. Не Кирилл, а то, что пряталось за чернотой, желало поглотить, сожрать живьём и переварить их, выжимая знания и надежды, мечты и ожидания, любовь и смех. Всё то, что называлось жизнью.

Роза что-то закричала протяжно, но порождённый криком выплеск силы растворился в кляксе тьмы.

Она с мольбой посмотрела на Катю.

– Делай что-нибудь, Дева. Взывай, к кому хочешь, моли своих богов, но – делай! Или мы все умрем жуткой смертью!

Кайзер захохотал.

– Дешёвка! Я знал, что ты дешёвка, потому и не приходил за помощью никогда. И твоя монета была дешёвкой, на которую даже Крыса не польстилась. Купила пацана, за копейку, а он и повёлся. Но я уже не тот пацан, давно. И ты сегодня ответишь! Вы все – ответите!

Не выдержав, Грай кинулся на него, позади что-то пытался крикнуть Валерка, шумели остальные, но мир сузился, сойдясь в одну единственную точку – Кайзера, превратившегося в ожившее проклятие этого места. Серый хотел лишь добраться до монстра и запустить когти, выдирая вселившееся в брата Зло.

Но зверь с лицом Кирилла лишь ещё громче засмеялся, и Грая вдруг скрутило дикой болью, источником которой стала печать на плече. Казалось – волчья голова ожила, и теперь рвала тело своего носителя острыми клыками.

Серый упал на колени, не в силах двигаться дальше.

– Кайся. Кайся! – Кайзер хохотал, как безумный. Старые друзья с ужасом взирали на то, во что превратился вожак.

Они ощутили отголосок боли, раздирающей сейчас Грая, и невольно ухватились за плечи, где в плоть въелась эмблема стаи. Которая оказалась ещё и строгим ошейником для строптивцев.

А Катя лихорадочно думала, что может противопоставить этой горе злобы, окутанной тучами тьмы. Она не видела выхода, слишком незначительными казались её умения. Но, рядом хрипела Роза, отдавая последние силы на их защиту от давления Зла, что-то пытался выкрикнуть Валет… И она бросилась вперёд.

Он поймал её, как ловят бабочек, одним змеиным движением руки. Катя словно уткнулась в бетонную стенку, сквозь которую невозможно пробиться. Кайзер умолк и удивлённо разглядывал свою жертву. Нависая над ней каменной глыбой, грозящей втоптать и растереть в порошок. Губы его искривила ухмылка, и он уже что-то хотел сказать, но в нежданно выпавшем мгновении тишины прозвучала мольба Валерки:

– Кирилл… Это же Майка, Кирилл. Она вернулась за мной. Посмотри и увидь, Кирилл… – дальше он уже смог ничего говорить, задыхаясь от перенапряжения. Но сказанного хватило.

Кайзер покачнулся, неверяще отдёрнув руки от Кати. А затем заревел разъярённо:

– Нет! Майя со мной! Я храню её душу. Лжецы! Вы все лжецы! Ты сдохнешь первым!

Но наружу рвалось понимание истинности услышанного.

Глаза. Её глаза смотрели на него с Катиного лица, и не видеть этого мог только слепец. Убогий обрубок человека, лишённый любви и сострадания.

Кайзера повело. Он словно боролся с кем-то, пытаясь затолкать что-то назад, в себя, в каверны тёмной души.

Катя видела, как трясётся чёрная клякса над противостоящим ей – человеком ли? – и её рассекает тонкий индиговый лучик, рвущийся из груди Кайзера.

Но луч погас, а Кайзер снова навис над ней.

– Не-е-ет. Ты меня не обманешь. Ты ведьма, последыш Людей. Но я тебя не боюсь, и не верю тебе. Забей свою любовь куда подальше, её – нет!

Тьма за его плечами заклубилась, набирая глубину, и Катя услышала истошный крик Розы.

– Берегись!!

Она даже не поняла, что и как сделала. Вокруг неё вдруг вспыхнул нестерпимо яркий огонь, играющий всеми оттенками Солнца. И свет столкнулся с тьмой. Но теперь Катя знала – внутри Кайзера заключён свет его прошлого, кусочек души Майи, удержанный им при расставании с любимой. И она воззвала к ней – призывая, желая, надеясь…

Роза потрясённо наблюдала, как вокруг Кайзера и Кати сплелись в борьбе сгустки тьмы и света, словно древняя эмблема Мироздания.

В этой борьбе не было победителя – тьма поглощала свет, свет сжигал тьму. Огромная сфера, разделённая пополам, колыхалась вокруг фигур исполина и хрупкой девчушки, и ничто не могло нарушить равновесия. И вдруг, Роза ахнула, из Кайзера вырвался луч света, отличающегося от солнечного ветра Кати, и ворвался во тьму, съедая её, кусок за куском. Потом луч перетёк в сгусток, и превратился в призрачную фигурку девушки – все на поляне ахнули – очень похожей на Катю.

Кайзер смотрел в глаза любимой, склонившейся над ним, по его щекам текли слёзы.

– Майя? Ммммааайяяя…. – чернота скрутилась в жгут, нависла, угрожая ударом, и вдруг рассыпалась. А Кирилл упал на колени перед призраком той, чью душу заключил в себе много лет назад.

Заключил – и забыл об этом, согласившись с предложением Тьмы.

Они беззвучно разговаривали, слёзы всё бежали и бежали по его лицу, и оно светлело, наливаясь силой, что когда-то переполняла их обоих.

На поляне стояла мёртвая тишина. Призрак Майи увидели все, Катя поняла это по озарившимся печалью лицам детдомовцев, по яростной надежде, вдруг загоревшейся в глазах Грая, по радости, с которой Валет протянул руку к фигурке.

Все они смотрели, как Кирилл что-то спрашивает и получает ответы. И – понимали, что он просит.

Кирилл повернулся к ним и прошептал:

– Я ухожу. Она ждёт меня.

Дэн, или это был Гвоздь, Катя не поняла, дёрнулся к вожаку, но Грай пресёк дружеский порыв, мотнув головой.

– Отпустите его. Мы и так задолжали…

Глядя на прячущих глаза братьев, Серый улыбнулся грустно.

– Да, мы задолжали. И пора вернуть долг.

Кайзер уже не слушал никого, он встал, медленно пошёл к лесу, и рядом с ним плыла туманная фигура Майи. С каждым шагом она таяла, таяла… И исчезла. В тот же миг ноги Кирилла подогнулись, и безжизненное тело осело на землю.

Он улыбался. С лица сбежали все жёсткие чёрточки, и он снова стал похож на того Кирилла, что любил показывать Майе звёзды на крыше.

Грай закрыл ему глаза, не сдерживая слёзы. Только что ушёл старый друг, и вместе с ним ушла его любовь.

Роза подошла к Кате и тихо спросила:

– Ты видишь?

– Что? – Катя тоже плакала. Она ревела, как малолетка, не понимая даже – о чём плачет, но слёзы помогали, смывая и страх и потрясение от всего пережитого.

– Печати…

Катя, сглатывая слёзы, присмотрелась к детдомовцам и поняла, что имела в виду Роза. Зелень покинула их тела и души, уйдя вслед за хозяином.

Но в дальнем конце поляны всё ещё вспухал маленьким фонтанчиком источник тьмы.

– Он исчезнет? – Катя кивнула в его сторону.

Роза пожала плечами и ответила неуверенно:

– Не знаю, может да, а может – нет. Если и закроется, то всё равно – это место никуда не исчезнет.

К ним подошёл Пал Палыч, который еле-еле отбился от старых знакомых, желающих узнать, чем он занимался все эти годы, и где его нашёл Грай.

Старик отшучивался, но что-то подсказывало, что разговоры только начинаются. И, почему-то, Палыч радовался этому. Жизнь подмигнула с озорной ухмылкой, и, возможно, он ещё сумеет исправить ошибки прошлого.

Тело Кирилла бережно погрузили в джип, и они все вместе покинули проклятое место.