неделю проплакала лежа в постели, но все же не отступила. И в день обретения своей силы, она убила мужчину, которого любила.
С последним вздохом своего возлюбленного ее пронзила магическая сила, которая была похожа на разряды электричества. Чтобы стать колдуньей, она должна была принести в жертву того, кого любила больше всего, но это того стоило. Сила вскружила ей голову… В общем, она ни разу не пожалела о своем решении.
С помощью темной магии она быстро возвысилась при дворе. Ангелия была красивой женщиной, а магия открывала перед ней все двери: она могла устранить любую соперницу и обольстить любого мужчину, которого хотела использовать, даже короля. Ее бедный покойный супруг, который так и не узнал, кем была Ангелия на самом деле. Много веков она устраивала заговоры, которые вели к падению и мраку в его королевстве, а он даже не понимал, что происходит. Демоны, с которыми она заключала сделки требовали все больше и больше боли и страданий в качестве пищи, и Ангелия с радостью давала им это. Она жила в роскоши и комфорте, в то время, как ее народ умирал от голода, отчаяния и страха. Ангелия блаженно вздохнула.
«То были золотые времена» — подумала она.
Пока не появилась эта мерзкая девка. Но она приготовила для нее самую изысканную месть, на которую только была способна. Много веков назад Ангелии очень повезло случайно узнать, что молодой грифон, которого они приютили у себя во дворце скоро войдет в свою силу веракса. Она благоразумно скрыла эту информацию ото всех и провела его через инициацию одна.
Пару веков она просто наблюдала за ним, давала ему время возмужать и набраться необходимых навыков на поле боя… и в постели. А когда поработила, заполучила себе самого лучшего слугу на свете, который помогал ей в ее самых темных делах, и в постели он был невероятен. Яростный и горячий. А то, что он ненавидел ее всем сердцем, придавало их отношениям даже некой пикантности. Ангелия представила то, как она вернет себе прежнюю жизнь и чуть не кончила. Она рассмеялась сама себе. Свою испорченность и порочность она холила и лелеяла, взращивала с помощью темных и мрачных ритуалов… и кайфовала от процесса. Конечно, она все же сомневалась в том, стоит ли порабощать своего родного сына, все же он ее родная кровь. А кровь Ангелия ценила больше всего на свете. Но, в конце концов, Фредрик предал ее ради этой блондинистой дешевки с развивающимися на ветру волосами, так что он заслужил своей учести. Усилившийся шепот демонов вернул ее из своих мыслей.
«Пора», «Торопись», — шептали ей голоса.
Ангелия взяла наполненную кровью животного чашу и поднесла ее к алтарю, который стоял на другом конце каплицы. Алтарь был уставлен горящими свечами.
Водрузив чашу на гладкую каменную поверхность алтаря Ангелия сделала ножом надрез на своей руке и подставила руку над чашей, проговаривая заклинание. Ее собственная кровь сильнее привяжет к ней Фредрика. На лице королевы была блаженная улыбка — она была в предвкушении.
Кровь в чаше смешалась и закружила по часовой стрелке. Ангелия добавила в чашу кусок засохшей плаценты Фредрика, которую она предусмотрительно сохранила… Да, это ее заклинание превзойдет все предыдущие. Она достигла по-настоящему высокого уровня мастерства в черной магии… Оставался последний, самый важный ингредиент — имя инициации ее сына. Ангелия подняла свои руки вымазанные кровью в воздух и проговорила:
— Фредрик Левиас. Слова слетевшие с ее губ с помощью магии материализовались в воздухе над чашей. Имя ее сына светилось золотым сиянием. От букв исходила сила и энергия могущественного веракса. «Я стану непобедимой» — подумала Ангелия. «Мы станем сильней» — прошептали голоса в комнате. Затем она сделала взмах руками и прочитала заклинание. Кровь в чаше забурлила и тонкими струйками, похожими на щупальца, стала подниматься из чащи. Эти кровяные щупальца ухватились за золотые буквы имени Фредрика и начали обвивать словно ядовитый плющ. Буквы начали постепенно терять свое свечение, пока кровь вовсе не обволокла каждую букву сакрального имени состоявшего из двух: одного данного при рождении, другого — во время инициации.
Фредрик Левиас — было начертано кровавыми буквами в воздухе.
Ангелия взяла пустую золотую чашу и подняла ее вверх, кровавые буквы стали стекать в нее. Когда чаша наполнилась, а в воздухе не осталось и следа крови, Ангелия поднесла чашу к губам и начала пить. Пока она пила, кровь стекала по ее подбородку и шее. Она поставила пустую чашу на алтарь и ощутила невероятный прилив жизненных сил и магической энергии. Она ощущала силу Фредрика и теперь он полностью был в ее власти. Ангелия могла приказывать ему силой своей мысли даже на расстоянии, и он исполнит любой ее приказ.
Так, Фредрик Левиас, сын Филиппа Глорианского, стал порабощенным вераксом.
Глава 32
Портал открылся в комнате Фредрика. Олив вышла первой и остановилась тревожно оглядываясь в поисках любимого мужчины. Кассандра почти врезалась в ее спину. Портал еще не успел закрыться окончательно, когда Олив бросилась в ванную и гардеробную. Не найдя нигде Фредрика она заметалась по комнате, нервно дергая себя за волосы. Кассандра наблюдала за переживаниями подруги и не могла ничего поделать. Вот, что было самое тяжело в ее даре: знать, как будут разворачиваться события и наблюдать, как ее близкие люди пребывают в агонии и сходят с ума от неведения.
— Олив, — тихо позвала Каси.
Но Олив будто бы не слышала ее. Тогда Кассандра позвала громче.
— Олив! Олив остановилась и посмотрела на Каси, в ее глазах читался страх.
— Кас, что-то происходит. Надо найти Фредрика.
Кас, кивнула.
— Пойдем, дорогая, к Ноа и Арье. Мы должны держаться вместе сейчас. — Кассандра постаралась говорить с Олив спокойным и ровным тоном. — Да, ты права. Пойдем. И девушки стремительно вышли из комнаты. Олив даже не стала стучать в дверь, она просто ворвалась к Ноа и Арье, которые, кстати говоря, выглядели потрепанными, но очень довольными. Ноа лениво развалившийся на кровати в одних джинсах наблюдал за Арьей, которая делала себе прическу у зеркала. На лице его была порочная улыбочка, которая сразу же исчезла, когда он увидел Олив с Кассандрой.
— Что случилось, — он сразу же вскочил с кровати. За много лет, они хорошо узнали друг друга. И когда Ноа увидел тревогу на лице Олив и Каси, он сразу же пришел в боевую готовность. — Фредрик не заходил?
— Нет, — ответил он. Арья встала со стула, взяла со спинки дивана футболку
