из семерых наемников, зачищающих острова для Хайва, — задумчиво произнесла Гюрза.
Джек кивнул:
— Верно. Это было много лет назад. Хайв ведь не на необитаемый остров пришел. С его появлением многим пришлось потесниться.
— Мяснику? — хмыкнула Гюрза, заранее зная ответ на свой вопрос.
— Не только. Здесь много кто обитает. Тогда удалось поделить территорию более — менее мирно. Сейчас, выходит, снова начали дележку. Что-то щас да начнется, когда прознают про смерть Меченого.
— Послушать тебя, так от этого Хайва все неприятности.
— Что правда, то правда.
— И сейчас мы идем прямо к нему в лапы, — проворчал Сол.
— Мы идем не к нему, а к твоему брату, — прорычал Джек, которого постоянное брюзжание Сола тоже уже порядком достало, — и еще не факт, что Хайв узнает о нашей с ним встрече.
— Если та вообще состоится, — завел коротышка свою любимую пластинку, — думаешь, так просто попасть к Батисте? Или ты решил прийти к нему на порог и постучаться в дверь?
— Стоп, — встряла Гюрза, — Батиста?
— Да, а что?
— Лысый тип, рост метр семьдесят, крепкий с татуировкой на левом плече?
— Прямо фоторобот, — съехидничал Сол.
— Он самый, — подтвердил Джек, — ты его знаешь?
Хотелось бы забыть.
— Так он и есть твой брат? — Гюрза вонзилась взглядом в коротышку, который даже остановился и обернулся, — мать твою, так вот из-за чего вся канитель, из-за мести?
Теперь она понимала, почему Меченый хотел замочить Батисту. За конкретную такую хорошую «свинью», которую тот ему подложил.
— Здесь все происходит из-за мести или бабок.
Она хмыкнула.
— На кой ты ему вообще сдался? Он бы и так до Батисты добрался.
— А на тот, что мой братец так же хитер, как и я, к тому же сейчас у него гораздо больше власти, чем у Меченого и его ребяток, ведь первый сейчас на хлебном местечке, которое раньше занимал Меченый, под крылышком у мистера Хайва.
— Какое самомнение, с ума сойти, — скривилась Гюрза, — мне Батиста запомнился как исключительный садист, желающий только одного: как бы получше навариться на несчастных заложниках.
— Прямо портрет Меченого, не находишь, — поддакнул Сол, — да они совершенно одинаковые, два хищника, которые грызут друг друга, что делать простым смертным, вроде нас? Только выживать. Хотя, если ты и впрямь замочила этого ублюдка, то моему братцу явно полегчает. Как камень с плеч. Правда мне по-прежнему что-то не верится… и нам снова придется выживать.
— Этим словом ты именуешь свои грязные делишки, когда посылаешь своих ребят брать в заложники семьи, с целью выкупа или шантажа и убийства? — спросила Гюрза, обращаюсь в спину коротышке, который не обернулся и, казалось, даже не услышал ее.
Спуск стал менее крутым, а атака мошкары более яростной. Они приближались к цели.
— Как ты, все-таки надеешься перебраться, а? Слышь, ты, умник? — не унимался Сол, — ай, блять!
Он все-таки споткнулся и вписался носом в землю.
— Сука-а-а-а…
Перешагнув через коротышку, Джек продрался через кустарник и скрылся за ним.
Гюрза вздернула Сола на ноги, несмотря на сопротивление последнего.
— Убери руки, сучка…
— Лучше закрой пасть.
— Я до тебя доберусь, попомни меня.
— Пшел, — она пихнула его вперед, в тот самый кустарник, который скрыл собой мальчишку. Пролезла следом. Не удержалась и присвистнула. Вот это вид.
Топи простирались насколько глаз хватало, занимая практически все дно долины, они представляли собой весьма впечатляющее зрелище.
— Эй, Маллиган, помоги-ка мне, — мальчишка возился с чем-то в прибрежном камыше, в пяти метрах от того места, где стояла Гюрза. Пристегнув Сола к стволу дерева, она подошла к Джеку, который, как оказалось, занимался припрятанной лодкой.
— Неплохо, — кивнула женщина, — откуда знаешь?
Ей стало интересно, скорее, из любопытства, чем из подозрения.
— Сабуа. Это начало их территории, — быстро ответил Джек, пыхтя над посудиной в камышах, — если порыскать по берегу, можно обнаружить еще
парочку. Ручей — тропа. Сабуа ею пользуются, логично предположить, что они припрятали лодку здесь, чтобы далеко не бегать.
— Это и был твой план? — она помогла ему вытащить лодку и принялась очищать от водорослей. Внутри обнаружилась пара весел.
— Ага. Не самый гениальный, но все же…
— А если бы лодок здесь не оказалось?
— Тогда, — мальчишка выпрямился и посмотрел на нее, чуть прищурив глаза, — мы были бы в полной заднице. Хотя, возможно, это еще впереди.
Спустя двадцать минут, они уже гребли от берега.
Солнце давно миновало зенит, но жара стояла ужасающая.
— Здесь не везде болото, нужно только держаться подальше от этих зеленых островков, — рассказывал Джек, гребя веслом и периодически утирая ладонью потный лоб. От своей форменной рубашки он избавился сразу же, надев более неприметную, мотивируя это тем, что любая принадлежность к клану Меченого будет означать смертный приговор — сабуа кровные враги Меченого и соответственно всех его людей.
— Твои познания безграничны, — улыбнулась Гюрза, налегая на свое весло.
Он пожал худенькими плечами:
— Просто опыт.
Сол сидел, заткнувшись и насупившись. Если из его уст, что-то и вылетало, то это проклятья и бубнеж вроде того, что «боги сильны, но джунгли, а теперь еще и трясина, сильнее и безжалостнее».
Гюрзе очень хотелось сбросить его за борт, но, к сожалению, как по техническим причинам, так и по личным, она не могла позволить себе такой роскоши. Все трое знали это.
— Давай, туда — Джек ткнул пальцем в небольшое углубление впереди по правому борту, — о, то, что надо.
Едва они причалили к берегу, Сол злобно выругался:
— Чертов мальчишка, гляди, куда ты нас завел?
— Самое то, здесь ни единой живой души нет.
Вскинув автомат, Гюрза осмотрелась и поняла, почему коротышка так занервничал.
На берегу стояли тотемы.
Четыре деревянных страшилища, которых, казалось, извергла сама преисподняя. Вокруг тотемов грудами лежали черепа, множество черепов, пожелтевших от времени и совсем новых.
— Что это? — коротко шепнула Гюрза.
— Кладбище. Сабуа бояться этого места также сильно, как и мы. Без веской на то причины, они ни за что сюда не придут.
Будем надеяться, что три чужака на их территории не такая веская причина. Неприятное зрелище, подумала Гюрза, как-то дико видеть подобное бок о бок с «продвинутыми» пиратами. От четырех истуканов разило непередаваемой жутью.
— Напомни-ка мне, Джек, как у вас тут с каннибализмом?
Выбравшись на берег, все трое схоронились в высокой траве.
— Грешили, каюсь, — шепнул в ответ парень. — Как сейчас, не знаю.
— А что? — прошипел по-гадючьи Сол, — что изменилось, по-твоему?
— Только то, что теперь вести тебе, мужик, — съерничал Джек, — и мы очень надеемся на то, что ты не подведешь свою команду, которая так в тебя верит.
— Я вам еще припомню, — ответил тот и, приподнявшись,
