Читаем без скачивания Галактическая разведка - Сергей Снегов

Мы побеждали, это было ясно! Угол на Угрожающую увеличивался, она уже не неслась навстречу, а отходила в сторону. Я готов был закричать «ура!», но в этот момент МУМ передала о бурно нарастающей кривизне. С каждой минутой кривизна увеличивалась. Звездолет по-прежнему уничтожал миллионы кубических километров пустоты, сжигая ее в золу космического газа и пыли. Но все это совершалось внутри непонятной нам метрики, далекой от Евклидовой. Мы не вырывались наружу, а круто поворачивали по продиктованной нам кривой.

Угрожающая отходила назад, теперь она была перпендикулярна оси полета. Зато во вращение пришли другие светила, звездная сфера поворачивалась. Точка, куда мы устремились, вырываясь наружу, была уже не впереди, а позади. Мы описали около Угрожающей гигантскую полуокружность и ворвались обратно в центр скопления.

Леонид ударил кулаком по креслу. Лицо его дико перекосилось.

— Они сильнее! — рычал он. — Они сильнее нас!

Ольга схватила его за плечо.

— Стыд! Немедленно прекрати истерику! Они не сильнее нас, но мы безрассудны!

23

Ее окрик подействовал отрезвляюще не на одного Леонида. Почти у всех нас сдали нервы. Еще никогда мы так не форсировали мощности, а нас даже не отшвырнуло — просто повернуло.

— Я требую спокойствия! — властно сказала Ольга. МУМ донесла ее настояние до экипажа. — Положение осложнилось, но не безнадежно. То, что не удалось около Угрожающей, может удаться в другом районе. У нас есть последняя возможность — прорываться с боем!

Звездолет, завернув вокруг Угрожающей, вторично несся в созвездие Недоброе, откуда мы поспешно удирали. Между созвездием Недобрым и развернувшей нас обратно Угрожающей густо пылали рассеянные звезды — такой представилась нам картина этого участка сферы.

Вскоре обнаружилось, что нас вовлекали не все звезды. От некоторых вырывался гигантский конус аннигилирующего пространства, засасывающего звездолет. Мы поспешно уходили от этих активных светил. Недоверие к ним превратилось в боязнь, когда вокруг одного мы обнаружили систему таких же металлических планет, как вокруг Угрожающей, а на планетах — крейсеры. Нас подтягивали поближе для нанесения удара по звездолету — сомнений не было.

Зато встречались и другие светила. Они не стремились засосать нас к себе. У этих светил тоже встречались планетные системы, но планеты походили на наши солнечные, а не металлические шары. Мне показалось, что на одной из них я вижу города.

— Надо прорываться в районе неактивной звезды, — решила Ольга. — Нам будут мешать, и придется действовать похитрее.

Враги не хуже нас соображали, чего мы хотим. Они поймали нас в звездную мышеловку и не собирались выпускать. Они меняли кривизну межзвездных просторов с непостижимой легкостью и энергией. Нас даже не подпустили к неактивным светилам — к ним не было прохода в пространстве. Мы нацеливались на них, но пролетали мимо.

А когда нас выворачивало в сторону, впереди опять появлялась зловещая активная звезда и мы различали вокруг нее металлические планеты и флотилии космических крейсеров.

Ольга проанализировала тактику противника:

— К неактивным звездам они закрывают дорогу весьма решительно — очевидно, здесь существует реальная возможность выхода наружу. Но к активным светилам присасывают, в общем, без особой энергии. Очевидно, они поджидают, когда мы выдохнемся. Нам надо сыграть на их ожидании и повернуть их план против них.

— Что ты придумала, Ольга?

— Скоро увидишь, Эли.

Приемники продолжали ловить возмущения пространства, одну передачу удалось частично расшифровать: «Продолжайте… Не безграничны заслоны… единственный…»

Удалившись от кучки Недоброй, мы штурмовали серию неактивных звезд неподалеку. Атаки не усиливались, а слабели. Мне вообразилось, что запасы активного вещества на исходе, но Ольга успокоила меня:

— Пусть и у врагов создастся то же впечатление. Не возражаю, если они порадуются, что мы выдыхаемся.

Вскоре звездолет стал сбрасывать скорость. Если кривизну мы штурмовали на пяти тысячах единиц, в скоплении двигались на сотнях, то теперь скорость превышала световую всего в десятки раз. И тогда Ольга объявила свой замысел. Враги искривляют пространство, когда мы пытаемся проскочить мимо активных звезд, но не препятствуют сближению с ними. Значит, надо идти на присасывающую звезду, а потом, вблизи, ударить по ее планетам боевыми аннигиляторами. Превратить планету в гигантскую яму пространства и вырваться сквозь новосотворенную пустоту наружу!

Я знал, что Ольга задумала что-то смелое. Я предполагал, что она собирается навязать бой крейсерам врагов. То все же было испытанное дело, Леонид с Алланом уничтожили уже четыре вражеских корабля, удастся справиться и с сорока.

Но уничтожать планеты!.. У человечества имелся опыт создания планет, на одну Ору потратили труд двух поколений. Но ударить по шарику, раз в пять превышающему Землю по объему, в тысячи раз — по массе! По металлической планете, защищенной собственными механизмами, флотилией галактических кораблей и, быть может, коллективной поддержкой других мощно вооруженных космических тел!

Ольга спокойно опровергла посыпавшиеся возражения.

Расчеты пока в нашу пользу. Запасов активного вещества хватит на поражение любой планеты, какова бы ни была ее масса, мощность одновременного удара аннигиляторов обеспечивает практически мгновенный распад объекта, нужно лишь подойти на достаточную дистанцию. Об этом позаботятся сами враги. Пусть они подтягивают нас к себе — на свою голову!

— Других шансов вырваться нет! Еще десяток кругов в звездном скоплении, еще два десятка ударов о заборы их кривизны — и, обессиленные, мы станем добычей разбойников.

Ольга получила затребованные полномочия на космическое сражение.

— Командование на время прорыва беру на себя, — закончила она. — Я не хочу обижать мужчин, но для битв вы малопригодны, друзья. Вы слишком темпераментны и неустойчивы. Отдохните, нам предстоят тяжкие испытания. Пусть каждый исполнит свой долг, как говорили предки.

Мне кажется, Леонид даже обрадовался, что не он будет командовать сражением. После неудачного прорыва мимо Угрожающей он в какой-то степени потерял уверенность в себе.

24

Каждый из нас мыслью и чувством ускорял сближение с врагами. Но Ольга не увеличивала, а сбрасывала скорость.

Мы уже не неслись, мощно сматывая пространство, но еле плелись на дне сверхсветовой области. Еще несколько торможений — и мы должны были перевалиться по ту сторону светового барьера, став видимыми для любого наблюдателя с телескопом. Со стороны наш звездолет, вероятно, казался материальным комком отчаяния и безволия, мечущимся почти без энергии то сюда, то туда. Но как бы мы ни метались и не меняли направление, появившаяся в пространстве кривизна сама задавала нам траекторию на Угрожающую. В третий раз нас несло на нее.