я спрошу тебя, с какой просьбой ты пожаловал к нам и хотел видеть меня?
— Мне… — так, вздох-выдох, взял себя в руки. — Мне нужно поднять на седьмой уровень трёх человек. Двое пятого и один шестого. Они уже являются последователями, но с дальних земель, где люди гораздо слабее, чем здесь.
Я выдал это очень быстро, чтобы не заржать, и со стороны, наверное, выглядело супер тупо, однако никто виду не подал. Ни мои провожатые, ни старик. Он вообще задумчиво посмотрел куда-то в бок, поглаживая свою бороду и о чём-то размышляя прежде, чем дать ответ.
— Твоя просьба… В любой другой ситуации я был бы вынужден отказать тебе, так как это требует очень много ресурсов…
Ой, да не звезди, набивает он себе тут цену. Мне нужен лишь источник, чтобы помочь им быстро проскочить уровни, да на пятый всяких микстур, пилюль и прочего побольше, чтобы не ждать по месяцу, а проскочить, как я тогда в городе обезьян.
Что же касается остального, то пилюли и ингредиенты у меня и так есть, пусть и не в полном составе, но для перехода с пятого на шестой точно остались, ещё с времён дикарей. С шестого на седьмой тоже есть одна вроде, тоже от дикарей. И ингредиенты с седьмой до восьмой тоже имеются.
И тем не менее я понимал, что это часть игры, показать, на какие жертвы ты идёшь ради другого, чтобы набить себе цену.
— Но тем не менее, — продолжил он. — Учитывая, какой вклад ты сделал в нашу секту, думается мне, мы сможем позволить себе такие траты.
— Благодарю вас, — поклонился чуть-чуть я старику, как более высокому по уровню и статусу.
И уже выйдя на улицу, где Золотой Карась нас видеть не мог, разве что чувствовать или с помощью какой-либо техники, я взорвался смехом, и всё, что я копил в себе, вышло наружу. Я ржал как ненормальный, аж до слёз под взгляды охранниц дворца и двух моих сопровождающих, которые, видимо, подумали, что у меня истерика.
Ржал ка сумасшедший, обняв и практически повиснув на девчонке, которая была шокирована и не знала, что делать, лишь слегка поглаживая меня по спине и поглядывая вопросительно на своего товарища.
— Может быть он просто растроган и рад щедрости нашего главы? — спросил он удивлённо. — Золотой Карась всегда был особенным человеком.
— Заткнись… Грустная Морось!.. — проржал я, выговаривая с трудом слова.
— Но я Заходящий Дождь…
— Да всем насрать, хоть золотой… Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха… Золотой Дождь, вот как тебя надо было назвать… Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…
— Но у нас уже есть Золотой Дождь.
— А-А-А-А-А-А-А!!! Просто заткнись, умоляю!!! Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…
Тут ещё и Люнь ржала, как ненормальная, лишь подливая масла в огонь.
И тем не менее несколько минут, и меня отпустило. Я выглядел как человек, у которого была истерика. Весь красный, с мокрыми глазами, слегка хрипя, я обвёл обоих взглядом, стараясь подавить отголоски смеха, который ещё немного, но прорывался.
— Всё, всё в порядке… — похлопал я девчонку по плечу, у которой теперь всё плечо было в моих соплях и слезах. — Меня отпустило…
— Эм… может тебе надо с чем-то помочь?
— Нет, Грустная Морось…
— Заходящий Дождь… — как-то уж совсем жалобно произнёс он.
— …мне не нужна помощь.
Сейчас надо было собрать своих и привести сюда, а там уже будет дело техники, что да как. Меня проводили обратно до самых ворот под взглядами остальных членов секты Огненной Змеи, где и попрощались на главной площади.
— Возьми этот амулет Огненной Змеи…
— У меня уже есть ваш один, — вытащил я его из сумки.
— Тогда лучше надень его себе на шею, — посоветовала Цзюнь, — и тогда тебя никто не остановит. А то уже некоторые последователи косо смотрят на тебя. Того глядишь, и затеют какую-нибудь пакость. Не все здесь столь добры и воспитаны, как мы или глава клана.
— И твой уровень, я бы посоветовал показать свою реальную силу, чтобы ни у кого не возникло желания даже косо смотреть на тебя, — кивнул Грустная Морось.
— Хорошо, буду иметь ввиду, — кивнул я.
Мы разошлись. Девчонка напоследок обернулась, улыбнулась и подмигнула мне, после чего поспешила нагнать своего товарища. Вроде мелочь, а на душе стало теплее, пусть я и не сильно уповал на то, что я мог кому-то понравиться.
— Ты ей понравился, — заметила Люнь.
— Люнь-писюн, с тобой у нас будет отдельный разговор, — тут же ответил я.
— А что я-то?
— А что я, — передразнил я её. — Ты что там устроила?! Смешила меня, блин. Смерти моей ищешь?!
— Так смешно же!
— А ты нашла место, когда это закидывать, да?! — рыкнул я. — Люнь, ты дура.
— Да ты сам ржал! Ну смешно же, Золотой Карась! Блин, ну ты чего!
Блин, меня до сих пор на хи-хи пробивает, но уже гораздо слабее.
— Место надо знать, — фыркнул я. — А что до девчонки, плевать на неё.
— Да ладно, разве тебе не приятно? Ты же ей понравился!
— Откуда ты это взяла?
— Ну… она тебе подмигнула и улыбнулась. Даже обернулась специально ради этого. Разве это не показатель?
— Да нифига. Вот сейчас она тебе подмигивает, улыбается, прижимается, делится секретами, шепчет что-то на ухо и даже дарит подарки, а потом выясняется, что она делала это для тебя как для друга!
— Я чувствую горький опыт в твоих словах, Юнксу…
— Ой, заткнись, Люнь… — отмахнулся я. — Тебе не понять боль настоящих мужчин.
— Ну ещё бы, меня ведь не зовут Золотым Карасём, — ответила она, заставив меня всё же улыбнуться.
Лисица ждала меня там же, где я её оставил — на площади. Заняла одну из скамеек около фонтана в окружении фанатов постарше, которые явно к ней подкатывали.
Шестеро последователей уже седьмого уровня и один даже восьмого стояли, испуская мягкую силу, которая должна была показать, какие они молодцы. Совсем молодые, как красующиеся петухи, грудь вперёд, плечи пошире. Но все, естественно, уступали первенство главному петуху восьмого уровня, который мог потом каждому из них припомнить дерзость.
А Чёрная Лисица… она будто смотрела сквозь них, не обращая совсем никакого внимания.
— Не только ты пользуешься здесь популярностью, — хмыкнула Люнь.
И это мне не
