вставить ему и слова. — И раз уж мы теперь связаны с вами этой смертельной тайной, я бы хотел попросить вас о небольшой ответной услуге.
Понимание того, что он влез в какие-то смертельные тайны, похоже, выбило толстяка из равновесия. Он грузно сел на стул и ошарашенно посмотрел на меня. Верю. Верю!!! Как играет! Или он действительно всю жизнь мечтал попасть в шпионские игры? Впрочем, такого не бывает. Это ведь не торговец пирожками, а руководитель отделения Гильдии Купцов. Если бы он был наивным чудаком, то давно бы уже разорился.
— Дело в том, что моя тайная миссия должна оставаться тайной. А значит, следует ввести окружающих в заблуждение. И тут мне поможете вы. Если кто-то спросит вас о причинах моего появления здесь, скажите им по большому секрету о том, что я должен проверить деятельность Гильдии Купцов и всю её бухгалтерскую отчётность.
— И-и-и вы действительно собираетесь её проверять? Но ведь согласно эдикту о торговых свободах, изданному ещё дедом нынешнего монарха, Гильдия Купцов находится все юрисдикции любых государственных структур, за исключением Министерства Финансов.
— Вот видите! Если бы я был государственным чиновником, я бы не имел права проверять вашу бухгалтерию. Но поскольку я являюсь тайным агентом, да ещё и не имею гражданства вашего королевства, то на меня данные ограничения не распространяются.
— Но… но… я не могу показать вам эти документы.
— И не надо. Вы лишь скажите всем любопытствующим, что моей задачей является их проверка. А уж чем мы будем заниматься в то время, пока я буду находиться в вашем офисе, им знать не обязательно.
— А чем мы будем заниматься?
— Не знаю. Придумайте что-нибудь. Можем поговорить о погоде, обсудить ваши проблемы с бандитами, есть же женщины, в конце концов. Можно поговорить о них.
— А смысл?
— Смысл в том, что пока мы будем заниматься этими пустяками, они будут думать о вашей бухгалтерии, а не о доставке лунного серебра.
— Они? А кто такие… они?
— Они — это враги короны, преступники, поставившие вашу гильдию в такое неудобное положение.
— В какое положение? — Похоже, мой собеседник полностью потерял ориентацию в пространстве и времени.
— Раком. Раком они вашу гильдию поставили, и теперь доят из вас деньги. На данный момент, удой составляет груз лунного серебра двух караванов. По-моему, неплохая прибыль.
Услышав слово «прибыль» мой собеседник неожиданно обрёл почву под ногами и задал вменяемый вопрос.
— То есть вы считаете, что это серебро не было уничтожено, а досталось врагам короны?
— Вполне вероятно. Уж за неделю с момента исчезновения второго каравана можно было разобрать сейф на мелкие кусочки и собрать обратно.
— А как это связано с нашей бухгалтерией? — Не унимался Добронрав.
— Я думаю, что в гильдии есть предатели или шпионы. И они наверняка не очень внимательно следили за сокрытием своих финансовых операций, зная, что королевские службы не будут проверять их. И потому они пустят все свои силы на сокрытие этих данных. А я, тем временем, займусь своей секретной миссией.
— То есть вы считаете, что в бухгалтерии могут быть следы оплаты услуг наших врагов или получения денег предателем? Но тогда нам действительно нужно проверить всю бухгалтерию.
— Вот и проверьте. И заметьте, этим вы будете заниматься сами для себя. Но окружающим скажете, что делаете это для меня, а сами такими вещами не интересуетесь. Это с одной стороны выведет из-под удара вас, а с другой, введёт врагов в заблуждение относительно моих истинных замыслов.
— И в чём состоят ваши истинные замыслы? — Всё, приехали. Это замкнутый круг. Я с сомнением посмотрел в наивные глаза моего собеседника.
— Они состоят в том, чтобы выполнить стоящую передо мной задачу.
— А, ну вы бы сразу так и сказали. — Успокоился Добронрав.
Я неожиданно почувствовал себя идиотом. Кто кому тут пытается задурить мозги?
— И когда вам понадобится первый отчёт по нашей бухгалтерии?
— Думаю, через неделю. Этого времени должно хватить, чтобы слухи разошлись и утвердились в умах врагов короны. — Похоже, упоминание этих неведомых врагов и их враждебности короне благотворно влияло на мыслительные способности моего собеседника. — А вас я попрошу уделить особое внимание попыткам как-то изменить бухгалтерские документы задним числом. Обо всех таких попытках вы можете сообщать господину Тайному Следователю Королевского Трибунала. Он не имеет права изучать информацию, содержащуюся в бухгалтерских документах, но имеет полномочия расследовать подмену этих документов как неких бумажных листов.
По-видимому, такое казуистическое толкование законов было внове для представителя Гильдии Купцов.
— И чем следователь трибунала лучше наших аудиторов?
— Тем, что, во-первых, он никак не связан с предателями, а во-вторых он направлен сюда личным приказом короля, и потому имеет более широкие полномочия, которые наверняка помогут вашему расследованию.
Мой собеседник на пару минут ушёл в себя, пытаясь переварить всё сказанное.
— Я правильно понял, что вашей задачей является проверка нашей бухгалтерской отчётности, даже если вы лично не будете принимать в ней участие?
Я как-то даже и не ожидал, что после всех этих глупых вопросов мой собеседник придёт к правильным выводам.
— Я бы сказал, что это является одним из необходимых условий для решения текущей проблемы с транспортировкой лунного серебра. Пусть это условие и работает довольно сложным образом.
Добронрав кивнул каким-то своим мыслям и внезапно опять превратился в добродушного и недалёкого толстяка.
— Спасибо за эту познавательную беседу. — Он сделал мне знак следовать за ним и когда мы оказались в общем зале, обратился ко мне с вопросом. — Значит, я жду вас через неделю для демонстрации моей коллекции бабочек?
— Да. Буду вам крайне признателен за эту возможность. Я как эльф очень ценю красоту природы.
— Желаю вам приятно провести вечер. Боюсь, что срочные дела требуют моего немедленного внимания, и я вынужден буду оставить вас.
— Всего хорошего, до свидания.
Мы вежливо расшаркались, и мой собеседник укатил в одну из дверей. Я мысленно смахнул пот со лба и начал улыбаться всем окружающим. Остаток мероприятия я ходил по залу и развлекал окружающих рассказами о нападении разбойников на отряд. Как оказалось, оба капитана уже покинули собрание и должны были уже через два часа отправиться в столицу вместе с добытым металлом. Их возвращение планировалось через три дня. Так что я был здесь единственным участником событий, видевшим нападение своими глазами, а не через узкие прорези в окне кареты. На все вопросы на прочие темы я аккуратно отделывался ничего не значащими или наоборот чересчур многозначительными фразами.
Часам к четырём вечера народ рассосался, и уже знакомый мне виртуальный житель пустыни проводил меня на выход.
