Валентине показалось хорошим предзнаменованием, что ее корабль назывался» Архангел «, а два сопровождавших его корабля —» Королева Бесс»и «Возвращающийся».
Капитаном «Архангела» был старший брат Патрика, Мурроу О'Флахерти. Из всех детей леди де Мариско Мурроу единственный, у кого был вкус к морю. На «Королеве Бесс» капитаном был Майкл Смолл, подкидыш, который еще ребенком был спасен сэром Робертом Смоллом, торговым партнером де Мариско. Сэр Роберт вырастил его. На «Возвращающемся» капитаном был Рори Мак-Гвайр, внучатый племянник давно умершего первого старшего капитана леди де Мариско, Шона Мак-Гвайра. Скай не хотела рисковать, когда дело касалось безопасности ее племянницы и сына. Корабли были прочными, новыми и обладали хорошими мореходными качествами. Их команды были составлены из самых опытных моряков торгового флота компании О'Малли — Смолл.
У пристани их ожидала барка из Гринвуда. На ней они быстро спустились вниз по течению реки к лондонскому Пулу34, где стояли на якоре их корабли.
Прилив быстро прибывал, а они едва успели проскочить под мостом, прежде чем на несколько часов это станет невозможным. Карабкаясь по веревочной лестнице с барки на палубу корабля, Валентина впервые поняла, что она действительно отправляется в рискованное путешествие, какое не часто выпадало на долю женщин ее положения. На мгновение она задалась вопросом, правильно ли она поступает.
— В самый раз, девочка! — сказал Мурроу О'Флахерти, помогая своей кузине подняться на палубу. Он был красивым мужчиной, который больше всех детей Скай был похож на мать. Его глаза были такими же голубыми, как и вода у берегов Керри, а густые кудрявые волосы и красиво подстриженная короткая бородка были того же черного с синим отливом цвета, что и волосы Скай.
— У нас осталось в запасе всего пять минут! Приветствую тебя на борту! Тебя также, милорд Патрик! Молодой Джеф проводит вас в кают-компанию, пока мы будем отчаливать.
Капитан О'Флахерти повернулся и начал отдавать приказы своему первому помощнику Питеру Уайту.
Джеф О'Флахерти, третий сын Мурроу, которому было пятнадцать лет, вежливо поклонился пассажирам и увел их с палубы.
— Служанка уже все подготовила для вас, кузина Валентина, — застенчиво сказал он.
— Ты не говорила, что с тобой кто-то едет, — сказал Патрик. — И Тому, и мне мать сказала, что мы не можем взять с собой слуг, потому что это сократит команду на два человека.
— Вы оба вполне можете позаботиться о самих себе, — сказала Валентина. — Разве вы не принимали участие в походах вместе с Эссексом и Рэлеем? Вы наверняка путешествовали без слуг, милорды. Я же всего лишь беспомощная женщина, мне нужна служанка моего пола не только для того, чтобы она помогала мне, но чтобы мне было веселей.
— Хо, мадам, вы просто вертите нами! — поддразнил ее граф.
— Неужели, сэр?
Джеф привел их в большую каюту с широким окном, которая занимала всю корму корабля. Хорошенькая девушка с блестящими черными глазами и темными волосами, заплетенными в две аккуратные косички, вышла к ним навстречу и поклонилась.
— Приветствую вас, миледи. Я распаковала все, как сказала мать. Надеюсь, что вы будете довольны.
— Спасибо, Нельда, — сказала Валентина. — Это лорд Бурк, Нельда, а этот джентльмен — граф Кемп. Нельда поклонилась.
— Где Нен? — спросил Патрик. — И кто эта красивая девчонка?
— Нен боится моря и качки. Это ее младшая дочь Нельда, которая будет служить мне вместо Нен, — ответила Валентина. Она сбросила подбитую мехом накидку и отдала ее служанке.
— Почисть ее хорошенько, — приказала она, и девушка торопливо ушла.
Юный Джеф проводил Нельду восхищенным взглядом. Потом, внезапно вспомнив о своих обязанностях, с усилием сглотнул и сказал:
— Это каюта, которую мы используем днем. Обычно ее занимает капитан, и он, и его офицеры обедают здесь. Капитан говорит, что вы можете считать ее своей, пока вы находитесь на борту «Архангела», хотя он и его офицеры по необходимости будут есть здесь. Вы, конечно, приглашаетесь к обеду каждый вечер. — Остановившись, чтобы перевести дыхание, Джеф слегка покраснел, потому что никогда раньше ему не поручалось такого важного дела. — «Архангел» совершенно особый корабль, — продолжил он. — Он был построен для перевозки как пассажиров, так и груза. Поэтому вы разместитесь с удобствами. Кузина Валентина… миледи… ваша спальня находится за той дверью. Ваша служанка будет спать на переносной кровати рядом с вами. Милорд граф, ваша каюта вот на этой стороне, а вы, дядя Патрик, поселитесь рядом с графом. Мой отец, капитан, надеется, что вам будет вполне удобно. — Он вежливо поклонился. — Я должен выполнять свои обязанности. До тех пор, пока мы не пройдем Пул, вам лучше оставаться здесь. — Он торопливо вышел.
Для января день был ясным, небо голубым и чистым, солнце почти теплым. Поднялся довольно сильный ветер, от которого тихонько дребезжали мелкие стекла в большом полукруглом окне. Джентльмены немедленно поднялись на палубу, но Валентина предпочла уютно устроиться на сиденье у окна, накинув для тепла меховой плед. Она смотрела, как за кормой исчезает Лондон, река начала расширяться, когда они проходили мимо Гринвича. Она оставляла Англию и все, что было ей знакомо и близко. Валентина неожиданно четко поняла, как невероятно рискует. Явид-хан и султан Мюрад умерли. Кто из оставшихся в живых мог бы сказать ей, действительно ли она дочь одного из этих двух мужчин, при том что она может быть похожа на одного из них или на кого-нибудь из их родственников? Как они могут это узнать? Узнает ли она когда-нибудь правду? Да! Узнает. Должен же быть кто-то, кто поможет ей разгадать тайну, которая не дает ей покоя.
По крайней мере одна забота свалилась с ее плеч. У нее дважды были месячные после того замечательного вечера с Патриком. Сейчас она каждый день принимала тщательно отмеренную дозу теткиного снадобья. У нее был большой его запас, а у Нельды рецепт и травы, необходимые для его приготовления. Валентина не собиралась вновь попадаться в ловушку! Сказать по правде, поведение Патрика после того случая было самое почтительное, но тем не менее. Она улыбнулась про себя. Она благодарна ему! Хотя ему она никогда об этом не скажет! Если бы он не взял ее в тот вечер, она никогда бы не узнала, какой замечательной может быть любовь.
Какой же она была глупой. Она так мучилась, оттого что не могла разбудить в себе любовь, и не верила, что может найти такую любовь. Почему она все время считала, что никогда не смогла бы увлечься мужчиной настолько, чтобы захотеть вступить с ним в близкие отношения? Какое замечательное открытие она сделала, побывав в объятиях и Патрика Бурка, и Тома Эшберна.
