это придётся уже только утром…
— П-хх! — на полпути к дому ёжик вдруг злобно запыхтел и в следующую секунду вырвался из своего гнёздышка, устремившись куда-то в сторону частокола.
— Жожик! — вскрикнула Анна и побежала вслед за ним, а Николаю ничего не оставалось делать, кроме как рвануть за девушкой. Мало ли что там найдёт зверёк. Вдруг гоблины проникли или ещё какая пакость.
Петляя между удивлёнными людьми и домами, пробираясь сквозь оживлённые улицы и узкие переулки, зверёк быстро приближался к своей цели. Аня лишь мельком успевала замечать покрытую иголками спину, а парень ориентировался уже на неё.
Но вскоре забег закончился так же резко, как и начался.
— Пх-х-х! — ёжика удалось догнать только у самого частокола. Колючки у него встали дыбом, сам он увеличился в размерах и явно готовился к атаке. А как только подоспел его хозяин, Жожик рванул вперёд, прямо в тень частокола.
Глава 21
— Сучка! Да! Вот так! Я заставлю тебя визжать! Визжи!
Когда Николай с Анной прибыли к месту, куда их вёл Жожик, вместо монстров или гоблинов, проникших в деревню, они увидели Крысомордого. По крайней Николай так называет главаря шайки бандитов.
И сейчас этот гад со спущенными штанами с силой прижимал девушку лицом к частоколу и овладевал ею, причём весьма грубо.
— Пх-х-х! — напыжился ёж.
— Фас его! — выкрикнул Николай, и зверь тут же кинулся в атаку, вцепившись в ногу мужчины. Тот невольно дёрнулся и впоследствии упал.
— Отцепись! Отцепись от меня, тварь! — вопил мужчина, а злобный ёжик терзал его за штанину. Попытка же лягнуть зверя завершилась воплем, ступня наткнулась на колючки.
— И чем это ты тут занимаешься? — поинтересовался Николай, поднеся копьё в шее бандита. Тот сразу же замер, несмотря на хищного ёжика, рвущего его штанину.
— Лять, Николай, беспредельничаешь?! Что я тебе сделал?! И чем я занимаюсь? А не видно? Бабу е**! Или ты присоединиться хочешь? А что? Давай обменяемся, ты мою, а я тво… А-я-я-я-й! Отпусти, тварь!
Жожик больно вцепился в ногу бандита, и лишь это уберегло бандита от удара по почкам. Николай был, мягко говоря, рассержен словами этого «нехорошего человека».
— Ч-что происходит? Почему вы нападаете на нас? — искренне не понимала девушка, пятясь назад. Она была совершенно голая и не выглядела как жертва насилия.
— Это одна из последней сотни, — подсказала Анна, смотря на девушку.
Николай лишь мельком взглянул на неё и, ожидаемо, не узнал. Впрочем, он мог не узнать и кого-то из первой сотни, всё же людей в деревне довольно много и запоминать каждого попросту бессмысленно.
— Мы пришли на крики, думали, здесь кого-то насилуют, — уверенно заявил Николай, продолжая держать копьё перед бандитом.
— Ты дебил?! Я снял её! Снял! И на честно заработанные монеты! А ты тут беспредельничаешь! Зверя убери, блин, я так сдохну от кровотечения! — ругался и стонал от боли Крысомордый.
Николай кинул взгляд на девушку, и та кивнула, после чего объяснила.
— Я слабая и бесполезная… зато красивая! Беру лишь две монеты, — глаза девушки блеснули при взгляде на Николая. — Красавчикам скидки! А если приютишь, то всё это… — она провела ладонями по большой груди, изящной талии и пышным бедрам. — Бе-спла-тно!
— Могу бесплатно тебе стрелу подарить, — улыбнулась Аня, да так жутко… — Прямо в задницу, по самое оперение.
— Ой, а я и не заметила тебя. Тут темно, я подумала, что ты маленький мальчик. Хотя спутать не сложно. Мелкая, и груди нет, — девушка мило улыбнулась, а у Анны на висках вздулись вены. Даже рука дёрнулась пустить ей стрелу меж глаз.
— Отпусти его, они друг друга стоят, — Николай покачал головой и кинул взгляд на Анну. — Подлечишь его? Вдруг заражение или ещё что.
— Хорошо, но пусть сперва свой стручок прикроет, — Анна кинула на девушку презрительный взгляд, а потом взор, полный омерзения и на Крысомордого, который тут же натянул штаны из кроликов.
Жожику же так понравилось кусать, что отпустил он мужика далеко не сразу. Но пока Анна лечила раненного, смиренно охранял её, скалясь острыми зубами, пугая как девушку, так и её клиента.
Анна управилась быстро и вскоре с Николаем побрела домой, а за лечение даже спасибо не услышала… А ведь могла и не лечить после оскорбления.
И стоило им отойти, как навалилась усталость. День выдался напряжённый, плюс действие энергетика окончательно сошло на нет, и потому люди брели медленно и в полной тишине.
Разве что ёжик чувствовал себя отдохнувшим, полным сил и очень голодным. Так что иногда он отлучался и отбирал еду у неудачливых жителей деревни, что рискнули сесть ужинать прямо на улице. Когда в поселении есть такой монстр, еду лучше прятать максимально надёжно…
— Да нет же! Бред несёшь! — Николай с Анной как раз пробирались сквозь толпу, когда прямо перед ними послышался разгорающийся спор. — Подумай! Как мы тут оказались?
— По воле божьей! — без запинки ответил другой голос. Вскоре парень увидел двух спорщиков. Они очень активно жестикулировали, но драться, вроде, не собирались. И потому парень просто решил пройти мимо, ведь несли они оба какую-то ерунду.
— О-о-ох! — воскликнул первый. Николай сразу узнал его. Как раз один из тушконосцев. Они со своим товарищем ещё в лесу постоянно пытались спорить, но никак не могли найти подходящую тему. Зато теперь явно нашли… — При-шель-цы! — отчеканил он. — Их рук дело! Сразу ведь ясно. И доказательств дохрена!
— И разверзлись небеса, и перешёл род людской в мир новый, и получил он благословение. Качайтесь и станете сильны! Глава четвёртая, стих пятнадцать, послание к апостолам, — поднял палец к небу спорщик.
— Что ты, мать твою, такое несёшь вообще? Какое ещё послание? Что за стих? — схватился за голову тот, кто выступал за теорию о похищении пришельцами.
— Да я цифры плохо запоминаю, может, и ошибся немного… — сразу начал сдуваться второй, — О! Николай, ты, вроде, тут самый знающий. Как думаешь? Как мы все очутились в этом месте? И что это вообще за место?
— Место, где нас испытывают, — на автомате ответил сонный иуставший Николай и, не останавливаясь, продолжил свой путь.
Спор между парнями остановился как-то сам собой, и оба они так же погрузились в тяжёлые
