Несколько раз в лесу Серегин замечал молодого паренька в свитере, то спешившего из своего села в Славское, то возвращавшегося оттуда домой. Открытое обветренное лицо, большие внимательные глаза. Как-то в поселке случайно встретился с ним.
— Откуда будешь?
— Вон из того села, что за горой.
— А в Славском что делаешь?
— Работаю в каменном карьере…
Оба внимательно присматривались друг к другу. Потом еще несколько раз встретились. Серегин уже успел узнать от людей: парень из бедняцкого рода, отец был солдатом Советской Армии, недавно вступил в колхоз. Семнадцать лет Андрею, пользуется авторитетом среди сверстников. Мечтает приобрести какую-нибудь профессию, а пока устроился чернорабочим на карьер.
А в беседах, которые все чаще завязывались в Славском, Андрей открывал Серегину самое сокровенное: построят в Карпатах электролинию… и как бы ему хотелось повести первый электропоезд. Только надо много и упорно учиться!
Иван Романович добавил:
— Учиться, конечно, нужно. Но за мечту надо бороться.
Андрей пристально глянул в глаза собеседнику.
— Как?
Серегин заговорил о том, что в жизни имеется много причин, которые срывают планы честных людей.
— Это вы о тех, которые в наших лесах прячутся, заскакивают в села, грабят и убивают. Так ведь?
Иван Романович одобряюще кивнул.
— А что бы ты сделал, если б повстречался с бандитом?
Андрей, не задумываясь, выпалил:
— То, что батька делал на фронте, — убил бы гада.
— А если бы их было двое-трое?
— Было бы оружие…
У чекиста созревал план. Надо было его обдумать, все взвесить. Через несколько дней спросил юношу:
— Хочешь научиться стрелять?
Андрей учился стрелять из пистолета и автомата. Влюбленными глазами смотрел на своего учителя.
— Эх, если бы мне пистолет, бандиты обходили бы наше село третьей дорогой! — произнес как-то Андрей.
А Серегин сразу посуровел, ответил:
— Враг хитер, в открытый бой не решится вступить. Ему нужно противопоставить двойную хитрость, сметку.
Серегин сказал.
— А пистолет я тебе подарю, да и несколько патронов. Только не для того, чтобы стрелять в бандитов. С ними разговор еще будет! Пока же сделай вот что…
Как-то вечерком во двор Андрейкиной хаты зашел незнакомец, постучал в окно, поманил хлопца пальцем: а ну, выйди, мол, во двор.
Когда он вышел, то увидел еще двух вооруженных людей.
— Что продают на рынке в Славском, какая цена на хлеб, картофель? — начал издалека разговор тот, который вызвал Андрея из хаты.
— Рынок как рынок, цены, как везде.
Один из незнакомцев вдруг принялся обыскивать Андрея. Быстро выхватил из кармана пистолет.
— Откуда взял?
— В лесу нашел.
Маленький трофейный пистолет был покрыт местами ржавчиной, поэтому слова хлопца не могли вызвать сомнения у непрошеных гостей.
— Для чего тебе пистолет?
— А вам к нему оружие?
Пришельцы ухмыльнулись. Пистолет отобрали, но парня не тронули. Явились через несколько дней. Приходили еще не раз. Все смотрели Андрею в глаза, всячески выведывали, выбывали на откровенность и вопросами, и рассказами о «соборной» Украине. Но не могли они и подумать о том, что содержание разговоров на второй же день становилось известным чекистам в райцентре.
Серегин предложил:
— Если что попросят для них сделать, соглашайся. Только не сразу, поторгуйся.
Бандиты предложили: достань масла для смазки оружия и солдатскую форму. Всегда смелый и решительный, Андрей сделал вид, что испугался:
— Что вы?! Узнают — не миновать Сибири. А я жить хочу.
— А я что — не хочу?! — возмутился бандит. — Не достанешь — доложим советам, что пистолет спрятал от них.
Вскоре Андрей возвращался из Славского со склянкой масла и солдатским обмундированием (на рынке его соседи видели, как покупал, об этом Серегин позаботился). И не только с этим шел домой. У самого сердца — небольшая книжечка с силуэтом Ильича. Он стал комсомольцем.
Бандиты считали хлопца своим. А он в душе называл Серегина старшим братом. Иван Романович не раз подолгу беседовал с добровольным разведчиком, открывал перед ним новый мир, снабжал интересными книгами. Помог поступить в вечернюю школу. Андрей уже видел себя у пульта управления электровозом. Он знал, что путь к счастью — в борьбе, сложной, быть может, кровавой, но открывающей дорогу в то завтра, о котором говорил его старший друг.
Бандиты дали Андрею новое поручение — достать плащ-палатку. Теперь уже не отказывался, только жаловался, что, вероятно, трудно такую вещь раздобыть.
Сообщая Серегину о новом поручении, Андрей увидел на его столе какие-то фотографии. Заприметил на одной из них человека с бородкой, злым и выразительным лицом. Иван Романович был чем-то обеспокоен. Все же внимательно выслушал своего юного друга. Помог достать плащ-палатку. На прощание вручил ему боевой пистолет с двумя обоймами, показал, как получше спрятать оружие, чтобы и незаметно было, и удобно выхватить при необходимости. Предупредил:
— Сегодня поосторожнее будь.
Андрей удивился:
— Почему?
Серегин не ответил. Только крепко пожал руку и несколько минут смотрел вслед пареньку, быстрыми шагами удалявшемуся в сторону родного села. Потом пригласил к себе в кабинет оперуполномоченных. Слова звучали отрывисто, как команда:
— Все готово?
— Так точно.
— Связь с боевыми постами?
— Установлена, действует безотказно…
В это время Андрей шагал привычной дорогой. Но на полпути к селу его остановил окрик:
— Стой!
Остановился. Увидел за кустами двоих: первый с бородкой, в кожаных штанах и в куртке, казался точно сошедшим с недавно виденной у Ивана Романовича фотографии. То же злое, словно ястребиное, лицо хищника, холодный взгляд. Второй — здоровенный, со шрамами на лице. У каждого автомат, пистолет и гранаты.
— Что несешь?
Андрей покосился на свою руку, на которую была намотана плащ-палатка, завернутая в тряпье.
— Одежонку.
— Какую одежонку?
Промолчал. А в голове билась мысль: почему Иван Романович сказал, чтобы сегодня был особенно осторожным? Вероятно, он знал об этой встрече. Что делать?
Незнакомцы тихо о чем-то говорили между собой. Парень услышал свое имя (вероятно, оно известно им от тех, которым доставлял оружейное масло и солдатское обмундирование). Наконец тот, который был в кожанке, миролюбиво сказал:
— Садись с нами, закусим.
Андрей твердо решил: «Откладывать нельзя, буду стрелять».
— Мы тебя знаем, хлопче. Не бойся нас, мы свои. Знаем, что у тебя на руке плащ-палатка. Это для нас. Давай ее сюда.
Бандит в кожанке, взяв плащ-палатку, стал ее рассматривать, повернувшись к Андрею спиной, В мгновение юноша выхватил пистолет, и двумя пулями свалил обоих.
…Спрятав оружие, Андрей шагал своей дорогой. Но не успел пройти и нескольких метров, как почувствовал на плече чью-то руку.
— Стой, парень!
Отшатнулся. Но тут же увидел взволнованного, тяжело дышавшего Серегина. Видно, тот бежал.
— Не ранен?
— Нет.
— Вот хорошо. Я сильно волновался из-за тебя. — Он обнял юношу, — Молодец ты, честное слово, молодец.
Андрей ничего не понимал. Думал, что Иван Романович будет очень сердиться. А он — «молодец». Серегин в это время говорил:
— Ты убил Карпа и его охранника. Понимаешь — Карпа?! Страшного бандита, на совести которого десятки невинных жертв. Да какая там у него совесть была! Собаке — собачья смерть…
К Ивану Романовичу подбегали со всех сторон оперативники, солдаты. Когда все собрались, Серегин объявил:
— Операция закончена досрочно. Делать нам здесь больше нечего — за нас поработал Андрей. Хорошо поработал!
У чекистов на очереди была новая задача — ликвидировать последнюю в районе банду, руководимую Буруном, которую до сих пор не удавалось обезвредить.
Стоял апрель 1951 года. Утром Серегин направился в райотдел. В нескольких шагах перед домом увидел знакомого «ястребка» из Долголук.
— Иван Романович, у нас в селе бандиты!
Рассказал, что пришли поздно вечером к соседу, привели раненого. Злые, усталые — еле на ногах держатся. Говорят: давай есть, давай лекарства. Хлеб и кисляк хозяин дал. А о лекарствах сказал: за ними надо идти в Славское, в селе не найдешь. Посоветовал послать меня. Конечно, они не знают, что я «ястребок». Долго совещались бандиты, потом решили: пусть идет, только помнит: выдаст — всех родных до последнего колена вырежем. Но угроз этих выродков мы нынче не боимся. Вот я и пришел к вам за помощью, Иван Романович. Идемте скорее, пока бандюги не удрали.
Через несколько минут машины с чекистами мчались к Долголукам.
В то утро банда Буруна, последняя вооруженная группа в Славском районе, была обезврежена.
