важных, особенно когда человек стареет.
Когда я перевела взгляд с моих спутниц на лабиринт, на ум пришло кое-что из слов Лэйси.
– В среду, когда мы обследовали офис моей тети, Лэйси упомянула, что Финчи построили туннели по всей территории, – сказала я.
Я также вспомнила, как миссис Финч сказала нам в своих апартаментах, что она обыскала каждый сантиметр сада, сверху донизу, и это звучало бы странно, будь это просто сад. Но если под землей находится туннель, действительно имело бы смысл обыскать его весь, даже под тем местом, где мы стояли.
Не говоря больше ни слова, я направилась к зелени, а Джемма и Саммер последовали моему примеру.
Внутри лабиринта высокие шпалеры заслонили большую часть лунного света. Нас мгновенно окутал холодок, хотя ночной воздух оставался теплым. На один тревожный миг мой разум заполонил образ окровавленной Кэти Гилман, доктора Беллингема, стоящего над ее безжизненным телом в самом сердце лабиринта – или под ним. Я моргнула и сосредоточилась на слабо светящихся электрических свечках, вплетенных в листву.
Мы прошли несколько метров и уперлись сначала в один тупик, а затем в другой.
– Ты знаешь, куда идти? – спросила Саммер Джемму.
– Я никогда здесь не была, – покачала головой та.
– Серьезно? – Я искренне удивилась, что навигация по лабиринту не была какой-нибудь традицией для театральных представлений. – Ни разу за все эти годы?
– Я не ребенок, Дакота. Я не прохожу лабиринты.
Я могла лишь вообразить себе насмешливое выражение лица Джеммы, потому что чем дальше мы продвигались, тем меньше могли что-либо различать.
– Сложнее, чем я ожидала, – сказала Саммер, пока мы пробирались среди искусственной зелени. На мгновение мы разделились, разойдясь в разные стороны, но через минуту снова оказались вместе.
Еще несколько шагов, и я была готова поклясться, что мы очутились в центральной части лабиринта. Здесь изгородь возвышалась вокруг и над нами, заслоняя весь оставшийся свет. Так далеко вглубь лабиринта не забрались даже электрические светильники, поэтому мы едва видели собственные руки перед собой. Если бы я была одна, испугалась бы не на шутку.
В темноте я наткнулась на стену. Саммер потянулась, чтобы поймать меня, но, когда ее рука нашла мою, стена распахнулась, открыв крошечную комнату с одной-единственной лампочкой – к счастью, горящей – в самом центре лабиринта.
Я остановилась и уставилась на Саммер, прежде чем позвать Джемму, которая тоже была рядом. Я шагнула первой, Саммер следом, и когда Джемма замешкалась, мы схватили ее за руку и потянули за собой.
Дверь закрылась, и теперь мы втроем стояли на расстоянии вытянутой руки, изолированные и зажатые. Я подняла глаза и увидела решетчатый потолок, покрытый плющом. У наших ног был расстелен уличный ковер, который затем был отброшен в сторону и наполовину накинут на деревянную дверь в земле. Это напомнило мне о бункере на случай торнадо, который семья Лэйси установила у себя во дворе, когда мы были детьми.
Я стояла над запечатанной дверью. Радуясь, что надела свои сапоги вместо каблуков Лэйси, я отставила ногу, перекинула подол платья через плечо и наклонилась, чтобы дотянуться до металлической ручки.
Дверь легко открылась, скрипнув при движении. Наши глаза широко раскрылись, когда мы замерли. Из цементного отверстия под нами сиял свет.
Я заглянула через край входа, давая глазам привыкнуть. Тогда-то моему взору и предстала тонкая дорожка багряного цвета, засохшая на каменных ступенях, ведущих под землю.
Двадцать девять
Первым моим порывом было вернуться во дворец и найти шерифа, но кто знает, сколько времени это займет? А время может оказаться бесценным для Кэти Гилман. Лестница была крутой, и мы все трое старались, чтобы наши платья не касались засохшей крови.
Я заговорила первой.
– Кровь несвежая, так что, думаю, она принадлежит мистеру Финчу, а не Кэти Гилман.
Джемма не ответила, а Саммер либо позеленела от вида крови, либо причина была в плохом освещении. Когда она наклонилась вперед, ее вырвало. Видимо, все-таки первое.
– О боже, Саммер! Тебе нужно вернуться к себе! – воскликнула Джемма, положив руку на спину Саммер. Каким-то образом она прозвучала одновременно обеспокоенной и раздраженной.
Саммер вытерла уголки рта, прежде чем ответить.
– Нет. Со мной все в порядке. Нам нужно… нам нужно найти Кэти.
Стены, казалось, смыкались вокруг нас; из-под цемента не выглядывала ни грязь, ни корни деревьев, и Джемме, самой высокой из нас, пришлось пригнуться по мере того, как мы двигались дальше в замкнутом пространстве. Она пошла впереди, а Саммер сзади, так что я оказалась зажата между ними.
Тот, кто проектировал этот туннель, хорошо поработал, запечатав похожую на гробницу пещеру и оставив достаточно места, чтобы человек мог пройти в одиночку из сердца лабиринта из розовой изгороди… туда, куда выходил туннель. Должно быть, была и какая-то вентиляция, да и освещение, хоть и тусклое, казалось вполне достаточным. Тем не менее ни одного живого существа – ни мошки, ни паука, ни таракана – нигде не было видно. И это совсем не обнадеживало.
Узкая полоска света тянулась вдоль потолка, так что теперь мы могли отследить капли крови на земле на несколько метров вглубь туннеля. Когда мы достигли конца кровавого следа, на изгибе стены туннеля лежала туфля.
Я наклонилась, чтобы рассмотреть ее. Ряды блесток пробегали по золотой ткани.
– Как вы думаете, это… – начала я, присев возле обуви.
– Орудие убийства? – закончила за меня Джемма, огибая каблук и наклоняясь ближе. Кровь засохла по краям туфли, а на ткани запеклась грязь.
– Думаете, убийца был… была в ней? – голос Саммер звучали так, будто ее снова вот-вот стошнит.
– Очень надеюсь, что нет, потому что эта туфля мне знакома, – сказала я.
В этих туфлях была Савилла, когда я впервые встретила ее у входа в поместье, в среду вечером. Я огляделась в поисках второй туфельки, но ее не было.
– Савилла не убила бы собственного отца, правда?
Саммер закусила губу, но Джемма покачала головой.
– Все признаки указывают на доктора Беллингема, – сказала она. – Он мог легко раздобыть туфлю, привести сюда мистера Финча и убить его.
Пока я пыталась представить себе эту сцену, Джемма изучала пространство в паре метров от нас.
– Может быть, это что-то прояснит, – сказала она, наклоняясь, чтобы поднять листок бумаги, сложенный в плотный квадрат и брошенный на землю. Она осторожно развернула его и поднесла к свету, чтобы прочесть слабые каракули.
– Это список имен. – Джемма начала читать вслух: – Дакота, Джемма, Джина, Пэм…
Я забрала у нее листок. На странице был пронумерованный список из тридцати имен
