Помимо общения с начальниками управлений центрального аппарата военной разведки, начальниками подчиненных частей, Петр Иванович ввел в практику вызова и беседы с непосредственными исполнителями отдельных заданий, с офицерами, убывавшими в заграничные командировки.
Закономерным было также и общение начальника ГРУ с кураторами отдельных сфер государственного управления страной, советскими послами, особенно в странах НАТО и в других регионах с напряженной военно-политической обстановкой.
Говоря о многоплановой деятельности Петра Ивановича Ивашутина, нельзя не упомянуть и о начатом по его настоянию строительстве комплекса новых зданий для нужд ГРУ в Москве, которое оказалось крайне своевременным. Некоторую пикантность ситуации придавал тот факт, что этот объект располагался недалеко от Тушинского аэродрома, так хорошо знакомого военлету Ивашутину по его военной службе в Московском Военном округе.
Следует отметить и то, что параллельно Петр Иванович сумел решить вопрос об улучшении жилищных условий сотрудников управления, добившись также строительства ряда многоквартирных домов поблизости от нового объекта. Помимо всего прочего, это обстоятельство существенно повышало мобилизационную готовность личного состава управления.
Генерал Ивашутин был участником всех командных учений, проводившихся Генеральным штабом и министерством обороны, где он неизменно выступал как один из основных докладчиков в части, касающейся разведывательного обеспечения действий войск.
В качестве строгого и придирчивого аналитика он оценивал итоги этих учений, стремясь максимально приблизить их условия к современной «боевой установке», определяемой тактикой и стратегией действий вероятных противников на различных театрах военных действий.
23 февраля 1971 г. Петру Ивановичу было присвоено звание генерала армии с вручением знака Маршальская звезда[122].
Человеческий фактор в разведке
Петр Иванович Ивашутин, безусловно, был масштабной личностью, выдающимся военным и государственным деятелем, избравшим своей жизненной стезей беззаветное служение Родине. Доставшейся нам от предков, защищенной от вражеской агрессии «в боях и походах»…
Человеческий фактор — обобщенное понятие, охватывающее совокупность всех возможных проявлений деятельностной сущности человека, его социальной, творческой активности и всех возможных последствий человеческой деятельности как на уровне личности, так и на уровне трудовых и любых других коллективов.
Важнейшими структурными компонентами «человеческого фактора» применительно к личности являются:
— социально-психологические качества (свойства личности): ее потребности, интересы, мотивы, установки, ценностные ориентации, уровень общей культуры;
— профессионализм и компетентность, нравственная надежность, уровень дисциплины и ответственности индивидов;
— результаты междолжностного и межгруппового взаимодействия и общения, коллективные «образования», состояния — синергетический эффект кооперации труда, морально-психологический климат, «дух команды»: чувство принадлежности, формальное и неформальное лидерство[123].
Особенно важное значение человеческий фактор имеет в деятельности спецслужб. Директор ЦРУ США (1973–1975 гг.) Уильям Колби по этому поводу подчеркивал:
— Технические средства дополняют, но не заменяют агентурную разведку. Они освобождают агентуру и позволяют ей сконцентрировать внимание на других, более высоких приоритетах. Агентуру следует использовать там, где бессильна техника, чтобы узнать, что замышляют лидеры, как принимают решения и какие политические силы формируются.
Надо сказать, что Петр Иванович не особенно жаловал журналистов, полагая, что согражданам о военной разведке достаточно знать только то, что она существует и обеспечивает безопасность Родины. Но из каждого правила, как известно, имеются исключения.
Первым из них стало подписанное Петром Ивановичем представление к званию Героя Советского Союза военного разведчика Рихарда Зорге.
История его «легализации» настолько уникальна, что о ней стоит рассказать подробнее. Первым в нашей стране интерес к личности Зорге в 1964 г. проявил Н. С. Хрущев, посмотрев на даче дублируемый переводчиком фильм французского режиссера Ива Чампи «Кто вы, доктор Зорге?».
На соответствующий запрос П. И. Ивашутин отправил в Кремль справку по личному делу:
Зорге Рихард (1895–1944) — немец, уроженец Бакинской губернии Российской империи, доктор права (1919 г.) Гамбургского университета, член Коммунистической партии Германии (с 1919 г.), гражданин СССР с 1925 г., член ВКП(б) с 1925 г., сотрудник аппарата Коминтерна в Москве.
С 1929 г. — сотрудник Разведывательного управления НКО СССР (оперативные псевдонимы «Инсон» и «Рамзай»). В 1930–1933 гг. работал в Шанхае, в сентябре 1933 г. в качестве корреспондента германских газет отправлен в Японию, где проработал до своего ареста 18 ноября 1941 г.
В 1936–1941 гг. от созданной им нелегальной резидентуры «Рамзай» поступала исключительно ценная информация о планах и намерениях японских правящих кругов, в частности летом 1941 г. о том, что, вопреки давлению на нее Германии, Япония не планирует открытие военных действий против СССР в 1942 г. Казнен по приговору Верховного суда Японии 7 ноября 1944 г.
Помимо этой информации, которую могли получить зрители фильма Ива Чампи, П. И. Ивашутин добавлял, что в 1945 г. американские оккупационные власти в Японии получили уцелевшие материалы следствия по делу резидентуры Зорге (Верховным судом были осуждены к разным срокам заключения 14 человек, журналист Хоцуми Одзаки также был приговорен к смертной казни) и по ним был подготовлен обзор методики работы советской разведки. (В Европе сотрудники УСС, а потом и ЦРУ США также внимательнейшим образом изучали все доступные им материалы о деятельности «Красной капеллы», надеясь таким образом раскрыть «национальный стиль, «почерк» советской разведки.)
Следует также отметить, что во времена маккартизма для рассмотрения в Конгресс была направлена записка, сообщавшая о том, что это якобы Советский Союз через своего агента Зорге сформировал у японского правительства намерение напасть на США.
Хрущев потребовал представить Р. Зорге к присвоению звания Героя Советского Союза. Одновременно с представлением необходимых материалов, по указанию П. И. Ивашутина, со справкой по личному делу «Рамзая» был ознакомлен политический обозреватель В. В. Маевский, и 4 сентября 1964 г. в «Правде» была опубликована его статья о ставшем легендарным советском разведчике.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
