Горошек молодой, а ты нет.
Овощи свежие, а ты нет.
Оливки из Греции, а ты из....
Оливки больше всего бесят! "Разноцветное настроение"
Бьорн
Я оказался прав, и Аудун Макулосус пришел в себя гораздо раньше, чем молодой Вестар Селенарктос. Утром на завтрак молодой глава Дома Лунных медведей даже и не вышел. Как доложили слуги, он крепко спал. Волноваться не стоило. А вот старый Глава Дома панд вышел к завтраку одетый с иголочки, и ничто не указывало на то, что он ночью переусердствовал.
Всё обсудив, было принято решение возвращаться в Столицу восьми Домов Дубхе. А уже из нее отправляться в столицу Лунных медведей – Мегрец, одна из четырех звёзд образующих ковш Большой Медведицы как вскользь заметила Асти. Ну, ковш, так ковш. По мне хоть сковородка. Мне как-то все равно. Но Асти утверждала, что в той книге, что дал ей Карл речь идет именно о ковше.
Я ужасно соскучился по девочкам, с этой погоней уже очень давно их не видел, да и Асти скучала. Она с ними вообще так надолго не разлучалась. Поэтому поездка в столицу Дубхе радовала несказанно нас обоих.
Особняк встретил нас тишиной. Я, было, насторожился, но точно знал, что и с девочками и Карлом все в полном порядке. И раздавшийся с верхних ступеней лестницы крик «Мама!» «Папа!» окончательно развеял мои подозрения. Все в порядке думал я, подбрасывая высоко в воздух сначала Аннику, а потом и Лотти.
Мы провели с девочками два дня. Те категорически отказывались прогуливать школу, даже ради общения с родителями. Я забросил все дела и в парламент ходил Талек, при этом ворчал как старый дряхлый медведь, коим совершенно точно не являлся. А я же уделял все время жене. Асти робко поинтересовалась когда же мы сходим в старый книжный магазин принадлежавший Эффраиму, но я так и не нашел ни времени на это ни желания. Это нужно будет выпускать жену на улицу? А заодно и из моих объятий? Я пока не готов. Я и так только и делаю, что теряю и нахожу ее. У меня уже страхи возможно и не обоснованные, но все же.
У Асти теперь будет три телохранителя, а не два, я бы приставил к ней и еще одного, но больше просто в машину не влезало, и она категорически возражала, уверяя, что никто больше на нее не нападет. Я уже слышал это, и спорить не стал. Просто решил поменять машину на более просторную. Я бы заменил шофера на одного из медведей, но Асти снова встала на дыбы как настоящая медведица и сказала, что будет ездить только со стариком Хельмутом. Раньше жена никогда мне не возражала. По крайней мере, в том, что казалось обеспечение ее безопасности. Теперь же мне приходилось хитрить и изворачиваться, заказывая новую машину. Но никакие расходы меня не остановят. Мои страхи потерять ее гораздо дороже новой машины.
Мы должны были уезжать на третий день утром. Дирижабль уже ждал нас, и вечер мы проводили уютно в большой гостиной перед жарким камином. Девочки делились впечатлениями о школьном дне, и вдруг Лотти взяв локон Асти, лежащий у нее на плече поднесла его к глазам и недоверчиво хмыкнув, спросила:
- Мам? Ты когда это успела волосы так перекрасить странно?
- Ты о чем? - не поняла Асти.
А я присмотревшись и в самом деле понял о чем говорит дочь. Волосы жены были сразу двух цветов. В них по-прежнему переливались серые пряди, но вот все больше стало русых. Тех, что у нее были тогда, семь лет назад.
- Я все собирался тебя спросить, зачем ты перекрасилась?
- Я не красилась. Этот цвет у меня стал сразу после родов – сказала жена, недоуменно намотав длинный локон на палец.
- Мам, а еще волосы стали длиннее – заявила Анника.
- У нее теперь есть медведь в супружеской постели – вдруг подал голос Карл из кресла стоящего почти вплотную к камину.
- Так папа с мамой давно спят вместе? – пожала плечиками Лотти.
- Ну, да. С самого первого дня? Карл, ты о чем? – спросила Анника, но ответа не дождалась, потому что Карл снова уткнулся в толстенный том, лежащий на коленях.
Лотти вздохнула.
- Он не ответит. Эх. Ну и ладно – махнула дочка рукой, а я облегченно выдохнул и увидел, как отчаянно покраснела Асти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Видимо она тоже была не готова объяснять девочкам, что такое…хм… супружеский долг.
Мы летели на одном дирижабле. Медведей и людей было довольно много, но мы все поместились. Вестар Селенарктос отбыл в свою столицу еще раньше, а Аудун Макулосус сказал, что отправится на собственно дирижабле. Так что сейчас мы летели только с Льётом Арктосом и его людьми. Я уже ощущал нас одной командой сплочённой единой целью.
Вполне возможно, что когда мы найдем Рог Медведя, мы снова станем соперниками, но это будет уже позже.
Столицу Лунных медведей Мегрец была не так далеко от Дубхе, поэтому добрались мы довольно быстро. Снега тут уже было прилично, хотя и меньше чем в Дубхе. Все же Мегрец был южнее.
Вестар Селенарктос в собственной столице, разумеется, был свой особняк и именно в нем то мы и расселились. А уже в первую же ночь мы все вместе отправились на площадь. Все приготовления были уже сделаны и даже окна всех домов, что выходили на площадь были занавешены. Ритуал ничем не отличался от предыдущего. Единственное отличие было в том, что надпись была длинной. Сил мы потратили больше, и я даже в какой-то момент засомневался, что молодой Вестар выдержит. Но он справился.
- Милая? И что тут написано? – спросил я жену, обнимая, и прижимая ее к себе.
-Тебе не понравится – покачала головой жена.
Астрид
- «Factu Parvus scintillae fit saepe perustio villae» - прочла я мужу – «Маленькая искорка дотла сжигает дом».
- Тааак – протянул муж - Ну, со всем остальным мы будем позже разбираться. А ключевое слово я так понял «Маленькая»?
- Да. Более того. Слово «scintillae» - означает «искра». Что само по себе означает, что она маленькая. И вставлять в крылатое выражение слово «Parvus» - «маленькая» совершенно не нужно. Получается «масло масленое» - пояснила я.
- Иными словами нам нужно в столицу Дома Бируанг. Чей сын и творил все эти убийства – сказал муж.
- Бируанг? – сказал подошедший Льёт.
- Да. Но, в конце концов, мы бы все равно туда бы отправились рано или поздно – хмуро подтвердил Бьорн.
- Алиот? – назвал столицу Дома Бируанг Льёт.
- Да. Но это еще не всё. Нам нужен его глава. Или просто сильный медведь Дома Бируанг. Он должен добровольно отдать свою кровь на площади своей столицы – вздохнула я.
-Льёт? Есть идеи? – обратился Бьорн к главе Дома Гризли.
- Ни малейшей. Возвращаемся в столицу. Идем в парламент и поднимаем этот вопрос там. Действуем единым целым. Заодно отдохнем. И Вестар и старик Аудун Макулосус всё равно в ближайшее время ритуал не потянут.
- Нам можно одного из них заменить. Четвертым идет глава дома, на чьей мы территории – напомнила я.
- Возвращаемся в Дубхе. Там посмотрим – скомандовал муж.
Лично я была этому решению только рада. Я никогда так надолго не расставалась с девочками, и мне было тяжело. Они были под надежной охраной и присмотром, с ними были и Карл и Чаплин и их двоюродная бабушка, мама Талека - гуна Адела. Но мама это мама. Поэтому в Дубхе я возвращалась в приподнятом настроении.
В столице дни протекали спокойно. Бьорн, объединившись с теми домами, которые выступали против избрания канцлера, каждый день сражался в парламенте. Я сидела с девочками дома. Нас не выпускали. И Бьорн и Талек в один голос твердили, что риск слишком велик. Мы не спорили.
В один из дней к нам пришли мрачные как грозовая туча Льет и Талек. Бьорн вошел в особняк буквально сразу после их прибытия. Все трое были мрачнее тучи. После того как мы обменялись приветствиями и я разлила чай Бьорн мрачно произнес.
- Мы поймали Лейва Бируанг.
- Где? – подалась я вперед.
- Ну, поймали – это громко сказано. Его на полном ходу выбросили у ворот Дома Медведей Бируанг. И учитывая, что там находился пост полиции, да и наши дежурили мы его и схватили.
