Читаем без скачивания Заказанная расправа - Эльмира Нетесова

— Сколько лет каждому? Опиши их, — попросил Тимофея Славик Рогачев.

— Они очень разные. Барину немногим за сорок. Он тучноват, но выглядит неплохо. Аккуратен, всегда со вкусом одет. Никогда не появится на улице небритым или непричесанным. Лицо, как у младенца, розовое, гладкое, холеное. Производит впечатление процветающего бизнесмена. Умен, эрудирован, умеет подчинить своему влиянию любого собеседника. Внешность привлекает к Барину женщин. Но он никогда не имел продолжительной связи. Аферист с харей любимого актера.

Образован, но кто по профессии — неизвестно никому. Много где работал, но только на себя. Умеет прикинуться добряком и душкой, радушным хозяином, милейшим человеком, вернейшим другом. На самом деле — это самый жестокий и бессердечный, алчный человек. Грязный сплетник и скандалист. Он страдает гипертонией и сердечной недостаточностью, нетерпелив к боли. Никогда — ни во сне, ни в туалете, ни в ванной — не расстается с оружием. Жаден патологически. И, разоряя других дотла, никогда не смирится с тем, чтобы ограбили его. Он станет мстить до последней секунды жизни. Не успокоится и не удовлетворится тем, что имеет. Ему всего мало. Это машина без управления и тормозов. Барин — непредсказуем, — продохнул Тимофей.

— Да-а, ну и тип, — задумался Рогачев.

— Конюх немного иной. Ему под шестьдесят. Пегий, морщинистый, желтолицый, худощавый, но крепкий, не изношенный старик. Голос с хрипотцой от излишнего курения. Одевается просто, серо, неприметно. Всегда в одном и том же рыже-зелено-сером помятом костюме. В темных рубашках и обязательно в защитных очках. Их он не снимает нигде.

Конюх мало говорит. Но у него феноменальная память. Он не столь эрудирован, как Барии, старается уклоняться от общения, но в этом дуэте его роль далеко не второстепенная. Конюх превосходный бухгалтер. Много лет работал в ревизионном управлении. С Барином знаком еще с тех пор. Главную скрипку в этом альянсе играет Барин. Но Конюх прекрасно его дополняет. Тоже до безумия жаден. Любит выпить за чужой счет. Именно на этой слабине он попался Барину. Его много раз пытались переманить в другие фирмы, но безуспешно.

— Их искал кто-нибудь? — поинтересовался Рогачев у Тимофея.

— Да, ими интересовались у крутых те, кого разорили эти двое. Видимо, хотели свести счеты. Но эта пара надежно спряталась от всех. Либо мстителей успели опередить более удачливые.

— У них имелась охрана?

— Естественно. Обоих охраняли не только в офисе, но и дома. Четверо амбалов. На оплату им не скупились, судя по результатам. Преданней собак служили. Но и они исчезли.

— А как квартира, дача? Неужели оставили без охраны? — удивился Славик.

— Сам не интересовался, но слышал, что там нет никого.

— У них был транспорт?

— Конечно! «Ауди» черная, новая.

— Эти двое сами водили машину или имели шофера?

— Водителя имели. Но и сами справлялись. Барин прекрасно водит машину.

— Их шофер и машина на месте? В городе?

— Не видел. Никого.

— Когда они исчезли?

— Точно не знаю. В городе об их исчезновении заговорили недели три назад.

— Часто ли они уезжали из города?

— Не интересовался. Знаю, что иногда их видели в Москве. Барин давал «гастроль». Ублажал своих покровителей в кабаках. А кто они — мне неизвестно.

— Тимофей! Не знаешь, их пытались убить или ограбить?

— Нынче все друг у друга воруют. И эти неспроста охраной обзавелись.

— Кто из путанок бывал у них дома чаще других, помимо Мартышки?

— Подруги этой сикухи. Они все там кучковались! И Лапшина, и Наталья! Да и других целая свора! Так крутые говорили.

Рогачев вскоре узнал имена и адрес, установил номер машины, принадлежавшей Барину, — Юрию Васильевичу Платонову. А вот хозяином квартиры был Конюх — Анатолий Алексеевич Ведяев.

Выяснил следователь, что оба уехали на машине в Москву и до сих пор не вернулись. Их городскую квартиру охранял старик, уже потерявший надежду на возвращение хозяев. Они, случалось, раньше тоже уезжали из дома. Но не больше, чем на неделю. Теперь их нет давно. Никто не платит за охрану квартиры. А даром кто станет работать? И дед лишь изредка поглядывал, не разбиты ли окна, не взломана ли дверь. И мечтал только поскорее встретить хозяев, получить за свою работу деньги. Другое его не интересовало.

О Барине и Конюхе в городе ходили самые разные слухи. Одни называли их отпетыми подонками, на чью смерть пули жалко. Говорили, что самое лучшее место для них — это общественный туалет, где следует утопить обоих без сожаления. Другие, напротив, доказывали, будто порядочнее этих двоих нет никого в свете.

Впрочем, последних было гораздо меньше.

Старик сторож лишь руками разводил. Ни на один вопрос следователя не мог ответить вразумительно. Он ничего не знал.

— Хозяева — люди грамотные, культурные. Я супротив их — кто есть? На што сдался им? Зачем мне станут сказывать, куда и надолго ль поехали? — сморкался дед в засаленный рукав телогрейки. И, отвернувшись, добавил обиженно:

— Хочь я и корявый лешак, ан и мне жрать охота.

Оне три месяца едиными обещаньями кормили. Выходит, нонче чем образованнее, тем нахальней…

— Скажите, все охранники уехали с хозяевами? — спросил Рогачев.

— Не-е! Сами умотались. Ребят не брали. Ну, может, одного прихватили. А енти, другие — в деревни к своим подались. На роздых, — старик назвал адрес Павла, одного из личной охраны Барина.

Тот жил ближе других. И заметно растерялся, узнав, кто и зачем к нему пожаловал:

— Отдыхаю. Отпуск мне дали на месяц. А куда поедут, не сказали. Велели вернуться через месяц. Обещали приехать за мной. Вот жду со дня на день.

— Случалось им раньше уезжать надолго?

— Да как сказать вам? Они ж деловые. Было, к узбекам ездили, почти месяц там торчали. Те потом вагон ковров привезли им на продажу. Потом в Сибири приморились на три недели. Но облом получился. Хозяева злились, ругали жадного посредника. По Прибалтике больше двух недель колесили. В Белоруссию наведывались всякую неделю. У них от дел и забот голова пухла.

Мы-то ладно! Охраняем, да и все на том. Они — света не видели. Спали в машине, ели на ходу. А для чего? Кому такая жизнь в радость? Да и было б для кого стараться? Оба холостые! — говорил Павел, подхватив на руки рыжеволосого карапуза, точь-в-точь похожего на него.

— Скажите, бывало, что на ваших хозяев нападали в городе или в других местах?

— Иначе нас не держали и не платили б, — ответил скупо.

— Вы охраняете офис, квартиру?

— Хозяев! Всюду, где они находятся. Так нам положено.

— В Москве часто с ними бывали?

— Всегда, — ответил тихо.

— А было такое, чтобы они задерживались там на месяц?

— Ну, это как дела пойдут! Могли прямо из Москвы рвануть куда-нибудь.

— Без вас? Такое случалось?

— Ну, с ними есть один наш. Он, в случае чего, сможет справиться с целой кодлой.

— Как? — удивился следователь.

— Молча! Да любой из нас так же сумеет. Мы ж не все с ними мотались. Кто-то офис, склад, квартиру охранял. Дед дачу сторожил. Один — в поездке с ними. Меж собой менялись всегда. Кодлой не ездили. Редко, когда брали двоих. Это уж если дальняя поездка предстояла.

— Часто случались нападения на них?

— Да как и на других. Не легче. Теперь разбоем многие промышляют.

— А почему они в нынешнюю поездку не взяли водителя? Такое бывало раньше?

— Случалось! Их шофер старый. Болеет часто. Да и глуховат стал. Брюзжит всю дорогу. Они давно хотели заменить его. Но все не находили подходящего.

— А вы умеете водить машину?

— Смешной вопрос. Я в десанте служил!

— Почему ж не стали водителем?

— Зачем? Шофер вполовину меньше меня получает. А рискует наравне. За себя и водителя в поездке не справиться. Что-то одно нужно выбирать.

— Погони случались за хозяевами?

— Всякое было, — отмахнулся Павел.

— Скажите, в Москве ваши хозяева где останавливались?

— В гостинице «Измайлово».

— Только там?

— Да! У них кухня хорошая. А Барин пожрать не дурак. Может целый день вкалывать, как проклятый, но вечером непременно в кабаке душу отведет.

— Вас с собой брали?

— Конечно! Как иначе?

— В ресторане назначались деловые встречи?

— Давно. В последнее время — нет.

— Павел, хозяева не сетовали на проруху в делах, финансовые трудности?

— Их трудно постичь, этих бизнесменов. То грызутся до соплей, то пьют и обнимаются. Сегодня у них проруха, завтра везенье! Вся жизнь, как в коровнике. То молоко рекой, то говно возами!

— Какие лично у вас взаимоотношения с обоими?

— А никаких! Они работали, я свое делал. Мое дело их охранять. Большего я знать не хотел.

— Вас ругали?

— Повода не было.

— Не предлагали подыскать другую работу?