— не остался в долгу ушастый гад. Ничего. Мне тоже есть, что тебе сказать. Слишком долго я все это держала в себе.
— Умные мужчины не обнимаются с другой в людном месте, после того, как целовали понравившуюся им женщину! — выпалила я, уже готовая разреветься. Странная у нас была поза. Мы стояли на коленях напротив друг друга и самозабвенно ругались, выплескивая все свои обиды.
— Так вот что изменило твое отношение ко мне… — как-то задумчиво пробормотал эльф.
— Ты даже не отпираешься! — было обидно. Правда.
— Умные женщины, Хуня, никогда не делают выводы только на основании увиденного! — ничего себе! Я даже в первую секунду не нашла что на это ответить. Зато во вторую нашла. А на третьей секунде у меня было десять вариантов ответов. И готова поспорить — ни один из них Фингорму не понравится.
— Хочешь сказать, что я дура? — огрызнулась я.
— Перестань говорить глупости, — спокойно возразил он.
— Я собственными глазами видела, как спустя несколько минут после нашего поцелуя, ты обжимался в столовой с какой-то шваброй! Или скажешь, что у меня галлюцинации? — нет, не орала — шипела на него.
— С кем? — опешил Фингорм.
— Не важно, с кем! Важно, что ты ее обнимал, и это видела половина курсантов Академии! — я так разволновалась, что даже дыхание сбилось, и воздух со свистом вырывался из легких. — И после этого ты заявляешь, что мои глаза врут?
— Хуня… — Фингорм рассмеялся, — ты дура, Хуня. Какая же ты дура!
Ну, нет! Этих оскорблений моя душа уже выдержать не смогла. Он гад, а дура я? Каков подлец! Негодяй! Мерзавец! Предательские слезы все-таки хлынули из глаз, ставя меня в еще более неудобное положение перед Фингормом. Смахнув их рукавом форменной куртки, которую я так и не сняла, когда заваливалась спать, попыталась соскочить с кровати и уйти. Пусть один тут лежит и упивается своей продуманностью и умом, а мне просто нужно успокоиться. Вот я успокоюсь и тогда… Но покинуть поле боя мне не дали. Фингорм Беллим оказался быстрее. Он подмял меня под себя, прижав к кровати, и сказал:
— Какая же ты дурочка, Хуня! — Гад! Вот гад и все! Задергалась, пытаясь вырваться, но удерживали меня сильно. А потом жесткие губы коснулись моих, нежно. Потом снова… и еще раз. А в перерывах между поцелуями он шептал мне что-то. Я не могла осознать этого в полной мере, — глупая… конечно, ты увидела… и не спросила… и не сказала… противная девчонка! Вредная! Сладкая…
— Пусти меня! Слышишь?! Отпусти немедленно! — рычала я, пытаясь дотянуться коленом до его паха, но хитрый эльф все время ускользал, продолжая сцеловывать мои слезы, которые все еще катились по щекам.
— Не отпущу! Слышишь?! — передразнил ушастый и снова принялся целовать мои глаза, брови, щеки… — дура ты, Хунечка! И я дурак! Из-за такой ерунды мы с тобой столько времени потеряли!
— Ерунды? — мои ладони уперлись в его каменную грудь, в тщетной попытке оттолкнуть, — как можно тебе доверять после подобного даже если ты поклянешься, что такого не повторится?
— Не поклянусь. Да и зачем? — улыбнулся Фингорм и обидно, звонко чмокнул меня в нос. Этот наглец зажал мне рот ладонью и заговорщицки прошептал, — Помолчи немного и я все тебе расскажу! Она сама подошла, попросила сыграть роль. Хотела, чтобы ее парень варг — приревновал. Настроение было хорошим, ведь одна несносная земляночка в тот вечер сделала меня счастливым. А счастьем хочется поделиться с ближним. Я подыграл, они помирились, а на следующий день мой персональный мир рухнул, потому что девушка, которая мне очень понравилась, перестала обращать на меня внимание.
— Знаешь, что! — вы думаете, я поверила его словам? Конечно, поверила. Когда тебе об этом шепчут, а взглядом ласкают каждую черточку твоего лица, не поверить невозможно.
— Что? — усмехнулся эленмарский наглец.
— Ты! — только и смогла выпалить я.
— Замечательный? Красивый? Сексуальный? — последнее слово он уже томно мурлыкал мне на ухо.
— Гад ты, — уже беззлобно хмыкнула, когда горячие губы Фингорма заскользили по моей шее.
— А ты дурочка! — почти простонал эльф, — а еще пить не умеешь.
— Ну и пусть! — вредничала я и правда, чувствуя себя довольно глупо. Если все было именно так, как говорил Фин, то… Черт! Сколько же времени мы с ним упустили.
Зарывшись пальцами в светлые и неожиданно шелковые волосы эленмарца, потянула его к себе, а когда встретила удивленный взгляд синих глаз, сама, первая поцеловала его.
Глава 17.
Проснулась я оттого, что неимоверно хотелось есть. До такой степени, что просто сводило живот от голода. Интересно, сколько же я проспала? Днем вернулась из ангара, долго стояла под приятными, теплыми струями душа, а потом прилегла и все — провал, черная дыра.
Комм показывал раннее утро. Хмм. Настройки сбились, что ли? Надежда на то, что вечером придет муж, и мы наконец определимся с нашими отношениями и с тем, как нам жить дальше, не оправдалась. Дарин не пришел ни вечером, ни ночью, ни даже утром. Стало грустно и одиноко. Незаметно, тихонечко, мелкими шагами «леденец» прокрался в мою жизнь, став ее неотъемлемой частью. А теперь мне жутко его не хватало, патологически, до ломки.
Заказав через доставку какао и бутерброд с сыром, протопала в санблок. Чувства чувствами, а службу еще никто не отменял. Сегодня Полкан заступал на вахту. Потянулась, глядя на себя в зеркало. Да, лицо помятое, на щеке и шее след от подушки, коса растрепалась, и выбившиеся прядки торчат в разные стороны. Это сколько же я проспала? Часов пятнадцать не меньше. Так долго спать я могла только дома, на даче, когда вокруг шелестят яблони, а ветер доносит запахи сосновой хвои. Дома. Где так мирно, тихо и все понятно.
Не успела я закончить умывание, как затрезвонил комм. Ну, вот и
