— Ваша Хозяйка спрашивает, почему мы с мастером-скульптором прибыли сегодня сюда в такой спешке. Мы приехали потому, что нам поручили выбрать мрамор, а затем создать из него скульптуру той женщины, которая была очень дорога Партолоне. — По толпе пробежал взволнованный шепот, но Кай поднял руку и шум стих. — Семь дней тому назад Мирна, дочь Возлюбленной Эпоны, умерла, дав жизнь дочери. Ребенок жив. Думаю, этот младенец — единственное, что удерживает Рианнон с нами. — Он помолчал, пытаясь справиться с эмоциями.
Морриган показалось, будто кто-то саданул кулаком ей в солнечное сплетение.
«Умерла Мирна, дочка Шаннон. А ведь на ее месте должна была оказаться я. Ей следовало прожить другую жизнь, в любви и ласке дедушки и бабушки. Но она мертва. — Тут последовал второй удар. — Это случилось семь дней тому назад. Именно тогда я прошла сквозь селенитовый валун и оказалась в Партолоне».
Морри внезапно промерзла до костей, крепко обхватила себя руками, а Кай продолжал:
— Верховная жрица Партолоны пребывает в глубокой скорби. Был сложен погребальный костер и сожжены похоронные дроги, но мать попросила нас изваять скульптуру ее единственного ребенка, чтобы хранить в ней прах и служить памятью на веки вечные. Такова наша печальная миссия. — Кай снова сделал паузу и слегка поклонился Шейле.
Со своего места за столом заговорил Кеган:
— Леди Рианнон просит вас разрешить мне остаться в Сидете на время создания памятника. Я надеюсь, что вы согласитесь на это, Хозяйка Шейла и Хозяин Перт. — Он повернулся и слегка поклонился правящей чете.
— Кеган, разумеется, ты можешь остаться с нами до завершения работ, — сказала Шейла, взлетела по ступеням и взяла Кая за руки. — Я знаю, сколь близок ты был к Избранной Эпоны и ее семейству. Глубоко сочувствую твоей потере.
Перт поднялся из-за стола и присоединился к соболезнованиям своей жены.
Биркита обняла Морриган за талию и спросила:
— С вами все в порядке, дитя?
Морриган прислонилась к пожилой женщине. Она нуждалась в ее утешении и тепле.
— Нет, — прошептала девушка. — Мне нехорошо. Это ведь произошло в тот день, когда я добралась сюда, правда? Именно тогда она умерла?
— Да, верно.
— Я не понимаю, что происходит, — лихорадочно пробормотала Морриган.
— Не здесь, дитя.
Морриган стиснула зубы и сумела не задать ни одного вопроса из тех, что роились у нее в голове.
«Биркита права. Мне нужно сдерживаться».
Сперва она почувствовала на себе взгляд Кегана, потом он заговорил:
— Быть может, вы помолитесь своей Богине и попросите ее, чтобы душа Мирны поскорее добралась до лугов Эпоны?
Морриган взглянула на кентавра, до странности знакомого ей, и ответила:
— Да, конечно попрошу.
— Благодарю вас, верховная жрица.
Его улыбка была печальной, но Морри невольно ответила на нее. Кентавр сидел за столом так, что девушка могла видеть лишь его человеческий торс. Вылитый Кайл! Мускулистый и почти обнаженный. Куцый кожаный жилет едва закрывал загорелое тело. Как и у Кайла, у Кегана были густые светлые волосы, отливавшие золотом, но под солнцем он бывал чаще своего двойника, что придавало ему более здоровый и сексуальный вид.
Морриган осознала, что пялится на него как девчонка, вздрогнула и быстро пролепетала:
— Не за что.
Кай, Шейла и Перт вернулись к столу. Хозяйка продолжала бормотать гостям слова сочувствия, что, на взгляд Морриган, чересчур напоминало воркование флиртующей дамы.
Биркита сжала руку девушки. Та посмотрела на нее и перехватила многозначительный взгляд.
Затем пожилая женщина поднялась из-за стола и сказала:
— Хозяйка, прошу нас простить, но Приносящая Свет только что выразила желание утром помолиться о душе Мирны. Все жрицы должны присоединиться к ее обращению к Адсагсоне, помочь Мирне совершить путешествие в иной мир, а также помолиться за Избранную Эпоны. Нам предстоит еще много дел перед такой важной миссией. — Биркита бросила взгляд через плечо и подала едва заметный знак, по которому все жрицы Богини поднялись со своих мест, поклонились именитым гостям и начали расходиться.
Морриган поняла, что настал ее черед, и подтвердила:
— Да, у нас много дел.
— Понятно. Извинения приняты, — снисходительно бросила Шейла.
— Избранная Эпоны будет благодарна вам за молитвы о душе ее дочери, — резко заявил Кай.
Морриган перехватила взгляд мастера и удивилась странности его тона.
— Рада помочь, — сказала она и начала поворачиваться, чтобы уйти, но ее остановил голос Кегана:
— Откуда вы прибыли?
Девушка обернулась, собираясь ответить: «Из Оклахомы, что находится на юго-западе, по ту сторону моря Бан», но у нее вырвались совсем другие слова:
— Меня прислала Богиня.
Кеган смотрел на нее несколько долгих секунд, потом склонил голову и произнес с едва заметной ироничной улыбкой:
— Я совершенно не сомневаюсь в этом, миледи.
К счастью, Биркита взяла ее за руку и увела из Большого зала, прежде чем Морри успела ляпнуть что-нибудь еще. Однако новоиспеченная жрица чувствовала на себе немигающий взгляд кентавра, пока они шли вдоль столов.
10
Гостям Сидеты отводилось не слишком много комнат, но те покои, что предназначались для них, были просторны, удобны и отделены от других. Кеган хорошо знал их и не сомневался в том, что такая изолированность этих помещений отвечала вкусам Хозяйки Сидеты.
Кентавр нахмурился и провел рукой по волосам.
«Шейла, к сожалению, не меняется. Всегда одна и та же маска. Она любит соблазнять гостей. Не всех, разумеется. Только самых влиятельных. Богиня свидетельница, едва я перестал быть глупеньким жеребенком, как Шейла начала меня обхаживать. Остается надеяться, что во время этого визита она сосредоточится на Кае, давнишнем своем фаворите, тогда мне удастся не встречаться с ней. Я знаю, какую игру она поведет, за несколько лет успел изучить все правила, теперь вызывающие одну только скуку. Сначала она предлагает себя — такую теплую, соблазнительную, податливую. Если кавалер отвергает ее, то Шейла проявляет свою истинную природу, становится холодной и язвительной. Меня вовсе не удивляет доступность этой особы, хотя я неизменно отвергал ее все последние несколько лет. Я прекрасно понимаю эту дамочку. Она еще до меня знала, что верховный шаман и самый молодой мастер-скульптор в истории Партолоны добьется однажды высочайшего уважения и власти. Шейла жаждет и того и другого.
А самое неприятное состоит в том, что я не всегда отвергал ее. — Кеган еще раз провел рукой по волосам. — Хорошо бы принять ванну и выспаться. Первую проблему решить не трудно. Другое дело — сон. Я должен поговорить с мастером-каменщиком о том, что случилось».
