почему ни разу не видела фантома Ридли. Вот на что бы она с удовольствием посмотрела, пусть даже и секунду. И почему Лоуренс так усердно старался развенчать личность Сета, что даже не заметил, как перешел границы? Ведь он лучше других знает, что Нина терпеть не может, когда на нее пытаются оказывать психологическое давление. Отталкивается от всего, что угрожает свободе и комфорту, и зеркалит любой негатив в отношении себя.
Не мог самый расчетливый и дальновидный человек из всех, кого она знает, так глупо сесть в лужу, стараясь якобы уберечь ее от одноклассника. Да и поздно уже уберегать. Что-то здесь нечисто.
Отношения с Ларсом сегодня достигли некоей переломной точки, но Дженовезе не могла сообразить, как к этому относиться. Ведь, если подумать, Клиффорду даже тридцати нет. Совсем еще молодой мужчина, даже в отцы ей не годится, скорее в старшие братья. Что их связывает, помимо программы? Она крутит им, потому что ей выгодно такое прикрытие? Она смирилась с ним в роли социального опекуна? Она прикипела к нему, привыкла проводить с ним время?
Есть тревожная тенденция: чем ближе к окончанию школы, тем заметнее перемены в его поведении. Или дело не в школе, а в совершеннолетии в целом?
Чего бы он ни добивался, а сегодня она жестко его осадила. Дала понять, что не так проста и тоже обладает информацией, а значит, и властью. Не мог он броситься за нею после такого жесткого отпора. Но звонил несколько раз, пока она шла домой. Нина отклоняла, и Лоуренс прекратил попытки. Разумеется, ведь навязываться ниже его достоинства.
Переживания о ссоре заняли от силы треть пути. Остальное время Нина думала о проекте, над которым они работали с Биллингсли, в частности о том, как им обойти Гардинера и как узнать его тему, хранящуюся в строгом секрете.
Конкуренция с этим человеком изматывала сильнее, чем сам проект. Как будто не будет других противников, которых тоже нужно превзойти! Они с Отто уверены в успехе, и все идет по плану, но наглая самоуверенность Итана уже раздражала. Даже больше – демотивировала. Он сделал из проекта холодную войну, именно он, а не они, вел себя так, словно победа у него в кармане, чем обесценивал старания честных соперников. Как будто задумал нечто, гарантирующее ему выигрыш этого проклятого гранта!
Зачем они только ввязались в научную авантюру, сколько раз Нина зарекалась этим заниматься… Лазили бы лучше по Мидлбери вечерами, искали новые места, тащили из них всякое добро, чтобы тихо и спокойно, без лишних дрязг собирать в гараже. Сохранили бы нервы.
Все ради Видара. Он любит их и верит в них, а они отвечают взаимностью, потому что мистер Йорскиллсон, как никто другой, заслуживает их взаимности. Через две недели Видар ждет их на ужин, чтобы в узком кругу отметить пятидесятипятилетие, а после торжества в домашней обстановке обсудить продвижение проекта. Будут его жена и еще несколько родственников, короче, теплые семейные посиделки.
Подкрепляя статус любимчиков, Нина и Отто первый раз шли к нему домой и отказывать даже не думали. Они, черт возьми, всеми фибрами и жабрами обожали этого человека, привившего им интерес к научным знаниям и всему самому необычному, что существует в мире. Уже только за это его стоит благодарить каждый день.
Биллингсли и Дженовезе придумывали для Йорскиллсона совместное поздравление и уже несколько дней спорили, какой подарок выбрать и какой длины должна быть речь – длинная, чтобы все за столом ощутили их благодарность, или, наоборот, короткая, чтобы никому не надоедать и лаконичностью подчеркнуть свои чувства, как-нибудь по-научному.
Нина думала еще и о том, как ей не хватает общения с Icebreaker. Написать ему и помириться нет возможности, он удалил аккаунт. Значит, не слишком дорожил общением. А казалось, что дорожил.
Думала и о постоянных стычках с Рамоном, переключившимся на нее сразу после конфликта на фудкорте, в который она вмешалась, о чем уже тысячу раз пожалела за эту неделю. Задира напрочь забыл о первоначальной цели – то ли потому что Сет восхитительно огрел его стулом, то ли потому что Нина оказалась интереснее как экземпляр для эмоциональных пыток.
Веласкес изводил ее, всегда оказываясь поблизости. Не давал покоя мелкими издевками, подколами по поводу одежды и внешности, омерзительными сексистскими шуточками, нарушением личного пространства, провокациями, вызывающим поведением. Как наглый ворон, он подлетал, клевал и быстро улетал, и не было никакого средства избавиться от этого. На него ничего не действовало.
Рамона было слишком много в ее школьных буднях. Сконцентрировав на ней внимание, он стал ее личным кошмаром, шутом-мучителем, из-за которого не хотелось идти в школу по утрам. Приходилось сдерживаться, чтобы не случился припадок, используя дыхательные упражнения, которые посоветовала психолог, и прописанные ею же успокоительные.
Нина никому не разрешала вмешиваться. Даже Отто, который много раз хотел побить мерзавца (что вообще не в его стиле) или просто побеседовать наедине. И вот сегодня терпение Нины лопнуло. Она сгоряча упомянула Веласкеса в ключе угрозы для себя, и одному дьяволу известно, что ожидает его теперь в ближайшем будущем. Одно можно сказать точно – ему не позавидуешь.
Сам Клиффорд взял его на карандаш. Наверняка прямо сейчас наводит справки, что за парень и чем навредил его подопечной. Короче, восполняет пробелы тотального контроля, допущенные по неосторожности. Попутно гуглит самые изощренные пытки, скрипя зубами.
Победить зло может только большее зло.
Нина представила, как Лоуренс с этим своим умным видом сидит за рабочим ноутбуком, вбивая во все доступные его званию базы данных одну фамилию – Веласкес, и читает, нахмурившись, подперев одной рукой голову. Потом идет в архив и шерстит там дополнительно, потому что по-другому никогда не делает. Старая информация и забытые знания – его визитная карточка.
Вообразив все это, Нина улыбнулась. Каким бы ни был подонком, а ее в обиду не даст. Может, в этом и измеряется близость между людьми? Может, готовность защищать и уберегать – это и есть мельчайшая неделимая единица дружбы, базовый квант [20] эмпатии? И если человек за тебя горой, то это самое главное, а на все остальное можно закрыть глаза. Значит, стоит прислушаться к опасениям по поводу Сета.
Нина остановилась – машинально – и обнаружила себя почти дома. Если сейчас свернуть здесь, это она знала наверняка, через несколько минут окажешься у дома Ридли. И она свернула, потому что должна была убедиться, что не ошиблась в этом человеке. Поговорить с ним и убедиться.
На улице уже стемнело, что не помешало
