После того как не удалось задушить реформы потоками слов о перестройке, "перешли к делу". Используя насилие, начали наводить так называемый порядок.
Отброшены провозглашенные на весь мир цели, заблокированы экономические реформы, предана демократия, растаптывается гласность, реставрируются произвол и беззаконие.
Нет гарантий, что не будет отдан преступный приказ, который в сложившейся обстановке может вызвать цепную реакцию вооруженного противоборства. Если это произойдет, не смогут осуществиться надежды на возрождение России, возрождение всех республик нашей страны.
(…) Сегодня самое главное — не допустить, чтобы в нашей жизни началось противоборство с оружием в руках.
(…) Пришло время сделать ответственный выбор. Страна ждет от вас определения позиций, подтверждения того, что вы против возрождения старых порядков. Не дайте превратить себя в орудие реакции! Не забывайте, что диктатура беспощадна…
Б.Н. Ельцин. Последние события — серьезный шаг к диктатуре162
(…) С 1 февраля в стране вводится совместное патрулирование МВД и военных, то есть практически наступает режим чрезвычайного положения. Но никто с нами не советуется, никто даже не ставит нас в известность. Мало того, это проходит приказом двух министров, что противоречит Конституции СССР и правам человека. Мы почувствовали серьезный правый уклон у руководства страны. Последние события — это серьезный шаг к диктатуре.
(…) Мне кажется, что консервативная часть общества сейчас очень консолидируется. Идут четкие команды по партийной линии — что нужно делать, как… Целая программа борьбы: информационная блокада, опять наступление на Ельцина, на российский парламент… И все это спланировано, скоординировано. В разных газетах, по телевидению и радио дается одно и то же.
Мы можем потерять все, если не дадим отпор и опустим руки. Я не накручиваю ситуацию. Обстановка и так видна. Мы хотим выразить протест, в том числе и по этому приказу МВД и Министерства обороны о совместном патрулировании. Комитет по законодательству Верховного Совета России все рассмотрел. Приказ противоречит Конституции СССР по нескольким пунктам…
(…) Теперь о делах социальной политики. Все требования, которые предъявлены профсоюзами, мы принимаем. В повестку дня сессии включен ряд первоочередных законов. В частности, закон об индексации, о занятости и социальной защите, закон о беженцах. Мы предлагаем на рассмотрение парламента концепцию ценообразования. Это вся политика цен. Вероятно, тут будет серьезное обсуждение и серьезные дискуссии.
Считаю, что одна из крупных, а может, даже первых реальных побед в вопросе суверенитета РСФСР это то, что нам удалось защитить свой бюджет. Ведь как он обычно составляется? Вначале — помощь другим государствам, потом — республикам, потом — всем структурам Союза, а уж России — что останется. Формирование бюджета шло сверху вниз, как диктат. Поэтому мы каждый год 70 миллиардов рублей в союзную казну и отдавали. А теперь решили сами сформировать свой бюджет. Причем бездефицитный. (Дефицит в 5,3 процента считается нормой. Отсюда и индексация: на такой же процент должна повышаться зарплата.) Никогда еще в нашей истории такого не было.
Короче, на Верховном Совете мы утвердили закон и бюджетную систему Российской Федерации, где значилось, что фиксированная сумма отчислений России в союзный бюджет составляет 23,4 миллиарда рублей, а не 70, как было раньше. Что тут началось, вы прекрасно помните по союзному Съезду народных депутатов. Но мы теперь имеем определенный финансовый плюс, который отдаем полностью в социальную сферу…
Февраль — март 1991 года. Наивысшая фаза противостояния Президента СССР и Председателя Верховного Совета России. Предела достигает конфронтация как по линии "центр — Российская Федерация", так и по линии "социализм — капитализм". Оппозицией окончательно "сброшены маски" относительно целей перестройки. Противоречия Горбачева — Ельцина приобретают характер программных расхождений. Продолжая отстаивать "социалистический выбор", Президент СССР обвиняет своего оппонента в жесткой борьбе за власть с целью изменения общественно-политического строя. Ельцин, в свою очередь, обвиняет Президента в измене перестройке, стремлении к диктатуре, сохранению тоталитарного государства.
Референдум 17 марта, завершившийся внешне "победой Горбачева", на практике тем не менее не оправдал надежд, что сказанное народом "да" Союзу положит конец разрушительным процессам, происходящим в обществе.
М.С. Горбачев. Идя на референдум, сделаем выбор: "да" или "нет"
Союзу?163
Сегодня я хотел обратиться к вам по жизненно важному для всей страны вопросу. Это — предстоящий референдум о будущем нашего Союза.
(…) 17 марта советские люди должны дать ответ на один вопрос. Вот как он поставлен Верховным Советом: "Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантированы права и свободы человека любой национальности?" Ответ должен быть однозначным: "да" или "нет". Каждый из нас в отдельности и все мы вместе должны сделать выбор.
(…) Идя на референдум, обдумывая свою позицию, каждый из нас должен понимать, что, по сути, речь идет о судьбе нашего государства и каждого народа, о нашей общей судьбе. За последние месяцы на этот счет сказано уже многое. Обнародованы документы политических движений и партий. Особо я хочу выделить декларации о суверенитете, принятые высшими законодательными органами республик.
Хотя дискуссии по этому вопросу продолжаются, уже сейчас со всей определенностью можно сказать: советские люди — за сохранение Союза как общего достояния всех наших народов, их надежной опоры. Столь же решительно они выступают за его обновление, с тем чтобы все живущие в нем народы могли свободно развиваться, чувствовали себя хозяевами собственной судьбы.
Общее представление о том, каким должно быть обновленное союзное государство, дает проект нового Союзного договора. Он опубликован в печати. Что главное в концепции обновления Союза? Это прежде всего суверенитет республик — субъектов федерации, обеспечивающий право каждого народа на самоопределение и самоуправление. Это — совместное участие республик в реализации союзных полномочий, то есть всего того, что они поручают центральным органам власти и управления. Суверенным республикам нужна жизнеспособная федерация, которая действительно могла бы отстаивать общие интересы.
(…) Сейчас идет много дискуссий о том, что дал союз народов, сложившийся после Октябрьской революции. Но часто в полемике, критикуя то, что действительно заслуживает критики и осуждения, указывая на реальные проблемы, накопившиеся за эти годы, допускают и огульное отрицание позитивных изменений, происшедших в судьбе наших народов. А ведь сделано громадное дело! Десятки народов, которые не имели или в силу разных причин утратили государственность, получили возможность ее создать. Все республики обладают сейчас индустриальным, научно-техническим, кадровым потенциалом, накопили богатый опыт организации своей жизни. Союз дал возможность отразить фашистскую угрозу независимости всех народов, использовать выгоды взаимопомощи и сотрудничества в рамках огромного экономического пространства.
Можно с полным основанием сказать, что в стране сложилась уникальная цивилизация, являющаяся итогом многовековых совместных усилий всех наших народов. И это очень важно для понимания того, с чем мы имеем сейчас дело.
(…) По своему политическому весу и кредиту доверия Советский Союз выступает сегодня на международной арене как мощное государство, которое не без оснований называют супердержавой. Его политика оказывает влияние на все процессы, происходящие в мире. Огромные усилия понадобились, чтобы приобрести такое влияние. А растранжирить его, пустить по ветру — можно очень быстро.
(…) Обновленное союзное государство, федерация суверенных республик — это гарантированная безопасность, огромный рынок, мощная наука и культура.
Это — мировая держава, играющая одну из ключевых ролей в создании нового международного порядка, основанного на справедливости и солидарности…
Б.Н. Ельцин. Отмежевываюсь от политики Президента и требую его
отставки164
Ломакин. Начнем с первого наиболее болезненного сейчас вопроса, о предлагаемой реформе ценообразования. Насколько я знаю, вы, Борис Николаевич, в свое время ответили отрицательно на предложение союзного правительства по проведению такой реформы, то есть, насколько я понимаю, фактически вы возложили всю ответственность за проведение этой не очень популярной, но, без сомнения, необходимой операции на плечи правительства. Может быть, вы поясните свою позицию.
