Пес задумался. Мыслительный процесс протекал у Него тяжело и мучительно – и без привлечения всяких хам магических способностей я чувствовал, как мысли ворочаются в его большой голове, как постепенно смысл моих слов доходит до его понимания, как он, наконец, соображает, что в состоянии выполнить требуемое, и его широкая пасть расплывается в ухмылке. Колбаски ему хотелось еще как!
Потом его морда омрачилась.
– А записка? – спросил он требовательно.
– Ты что, писать не умеешь? – пренебрежительно бросил я.
– Когда-то умел, – вздохнул он и поглядел на свои толстые лапы. Действительно, в таких когтях трудно было удержать ручку или карандаш.
– Что, и на машинке настучать не сможешь пару строчек?
– Я попробую, – сказал он, спрыгнул с кровати и отправился в кабинет. Что мне в нем нравилось – у него слово никогда не расходились с делом.
– И будет для всех сюрприз! – крикнул я ему вдогонку. – Новогодний!
Он обернулся на пороге, подумал немного и кивнул. Теперь я был уверен, что он никому ничего не скажет. Ладе – потому что считает, что просьба купить колбасу исходила от нее. Остальным – чтобы не испортить впечатления, ведь весь смак сюрприза – в его неожиданности. Домовушка сегодня слишком занят пирогами и прочей стряпней, Лада – собой, приведением себя в порядок, Ворон устроил себе выходной и даже не сунется сегодня в кабинет, а будет сидеть в кухне на своем насесте, изводить Домовушку разговорами и предвкушать ночное пиршество, наслаждаясь запахами. Остальным же до Пса и дела нет – где он и чем занят. А хозяйственная сумка с кошельком внутри всегда висела на ручке кухонной двери – Пес с этой сумкой в зубах сопровождал Ладу по утрам в булочную или молочную.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ,
нравоучительная
Справедливость – всегда справедливость, хотя она приходит с опозданием, и то по ошибке.
Дж. Б. Шоу
Должен отметить, и я готов повторять это снова и снова, Пес был волен в своем выборе. Он волен был спокойно продолжать валяться на кровати, или спокойно гонять несуществующих блох на коврике у двери, даже и рявкнуть на меня злобно, имея в виду, что, раз ты такой умный, то вот возьми и сам сходи за колбасой. Я не заставлял Пса «красть» кошелек, а именно таким словом было названо совершенное им деяние, когда Пес вернулся домой после блистательно проведенной им операции. И употребил это мерзкое слово Домовушка.
Я повторяю: я Пса не заставлял. Я сказал только о желательности приобретения колбасы к празднику. Я намекнул, может быть, что Лада не была бы против. Возможно, я подсказал сам способ приобретения – да, в этом я виноват. Но выбор сделан был Псом добровольно, и нечего было кивать на меня своей лобастой головой и перекладывать вину с этой больной головы на мою здоровую.
Приблизительно так я ответил на гнусные попытки опорочить мое честное имя, когда Домовушка, хрипя й заикаясь от негодования, воскликнул:
– Что же это такое? Украл, как есть украл кошелек, притащил в дом пакостный продухт сей, и кто! Честнейший Пес! Сам бы он на таковое не пошел бы, его кто-то подбил на скверну сию… – При этих Домовушкиных словах все посмотрели на меня.
Мы сидели на кухне, перекусывая на скорую руку остатками обеда – это был наш легкий ужин перед праздничным застольем. За полчаса до того Лада, надев новое платье, накрасившись, напомадившись, расчесав накрученные на бигуди волосы, вволю повертелась перед зеркалом и убежала на вечеринку, чмокнув некоторых из нас (в том числе меня, Пса и Ворона) на прощание. Пес вышел будто бы проводить ее, и никто в предпраздничных хлопотах не заметил, что в зубах он нес нашу хозяйственную сумку. И вот теперь, когда он, со счастливой улыбкой на морде, запыхавшийся и довольный, вбежал в дверь, распространяя вокруг себя давно позабытое благоухание колбасы, вместо радостных и поощрительных возгласов, которые он, может быть, ожидал услышать («О, Пес, молодец!» или «Как ты здорово придумал, умница!»), его встретили недоуменным молчанием и недвусмысленными обвинениями в воровстве.
Конечно же – я и не ожидал ничего иного – он стал обвинять меня. Что-де это я велел ему… То есть по моим словам, Лада просила… То есть поручила… То есть… Он окончательно запутался, и из его круглого глаза выкатилась круглая слеза.
И он посмотрел на меня.
И все посмотрели на меня.
– Скажи им, Кот! – бросил он в мою сторону клич о помощи.
Я поудобнее уселся, поиграл хвостом – влево-впра-во-вверх-вниз – и спросил очень спокойно, с достоинством:
– Что сказать?
– Как? – Он сел на свой толстый хвост и разинул пасть. – Разве не ты…
– Нет, не я. – Я по-прежнему был спокоен и сохранял достоинство. – Я тебе ничего не велел, и Лада ни о чем не просила и ничего не поручала.
Пес взвыл совершенно кошачьим голосом и кинулся на меня. Должен отметить, что от достоинства моего мало что осталось, когда я, удирая от разъяренного Пса, перепрыгнул через стол и взлетел на насест к Ворону, цепляясь всеми четырьмя лапами.
– Уберите от меня этого сумасшедшего! – заорал я. – Он же раздерет меня на клочки!
Все почему-то очень спокойно прореагировали. Жаб слизнул кусок хлеба с маслом длинным розовым языком, Рыб булькнул нечто неразборчивое и нырнул в свой грот, Петух конечно же продолжал клевать крошки (его от еды не мог оторвать даже пожар пополам с наводнением), Домовушка и тот сидел спокойно и не рвался спасать меня.
Ворон почесал клювом грудь, распушил перья и заметил несколько тягуче и нудно:
– Без сомнения, один из этих субъектов лжет. Необходимо выявить, кто из них. Я склоняюсь к мнению, что лжецом является Кот. Примо (он в последнее время полюбил уснащать свою речь всяческими иностранными словечками), Пса мы знаем давно как создание бесхитростное и правдивое. Ко лжи он не приучен, во лжи не замечен, прецедентов не было. Секундо, Кот, напротив, бывал уличен в воровстве, и хотя во лжи Кот, так же как и Пес, замечен не был, но склад его характера и личностные характеристики… Тут Домовушка не выдержал и простонал: «Попроще!», – но Ворон, словно не слыша, повторил: – …личностные характеристики Кота как индивидуума позволяют нам предположить, более того – заставляют нас предположить, что в данной ситуации именно Кот выступает в качестве лжеца. В то же время необходимо отметить… – Тут уже я не выдержал, не сохранил лицо и мяукнул: «Короче!», потому что едва держался, цепляясь лапами за тонкую жердочку насеста, а белые клыки Пса находились в непосредственной близости от моего хвоста. Но эта безжалостная птица продолжала так же размеренно и неторопливо: – …необходимо отметить, что в силу приобретения Котом некоторых магических способностей его организм должен отторгать все попытки солгать, в чем я лично имел возможность убедиться, проведя несложный эксперимент. Следовательно, Кот лжецом не может являться физиологически, то есть его, Кота, магическая физиология того ему не позволит. Таким образом, мы оказываемся в тупике. Если оба говорят правду, то кто же из них действительный виновник происшествия?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
