Булгаков сжег Грибоедова, как и «нехорошую квартиру» — он, как и в юные годы, все еще верил в формулу «Ignis sanat» — огонь лечит.
Дом Драмлита. Лаврушинский пер., 17.Дом Драмлита Булгаков поместил в конце Б. Николопесковского переулка на Арбате. Но описан в романе дом, находящийся в Лаврушинском переулке напротив Третьяковской галереи.
Именно здесь жили официальные, номенклатурные писатели и критики, в числе коих и некий начальник репертуарного комитета Осаф Литовский. Литовский запретил «Багровый остров», и «Кабалу святош», и «Зойкину квартиру». В паре с травившим Булгакова критиком Орловским он выступил в романе под фамилией Латунский, квартиру которого громила мстившая Маргарита «…ее внимание привлекла роскошная громада восьмиэтажного, видимо, только что построенного дома. Маргарита пошла вниз и, приземлившись, увидела, что фасад дома выложен черным мрамором, что двери широкие, что за стеклом их виднеется фуражка с золотым галуном и пуговицы швейцара и что над дверью золотом выведена надпись: «Дом Драмлита».
Маргарита щурилась на надпись, соображая, что бы могло означать слово «Драмлит».
В начале 30-х годов Сталин решает объединить литераторов. И не только организационно, как в Союзе писателей, но и бытово — под общей крышей.
Сталин говорил: «Надо создать писательский городок. Гостиницу, чтоб в ней жили писатели, столовую, библиотеку большую — все учреждения. Мы дадим на это средства».
Сначала писателям предоставляли комнаты в знаменитом Доме Герцена («Грибоедове») на Тверском бульваре. Начинающие пролетарские литераторы жили в общежитии на Покровке. Вскоре члены творческого союза получают квартиры на улице Фурманова. А с 1937 года начинается заселение огромного писательского дома в Лаврушинском переулке. Здание было выстроено в этом же году по проекту архитектора И.И. Николаева и достраивалось в 1948–1950 годах.
Итак, кто же оказался под общей крышей? Тут начинаются трудности. Перечислить всех писателей, оказавшихся квартирантами дома в Лаврушинском, не представляется возможным. В списке около сотни фамилий. Тут жили А. Барто, Вс. Вишневский, И. Ильф, Е. Петров, Э. Казакевич, Ю. Олеша, А. Макаренко, Н. Погодин, М. Пришвин, К. Паустовский, К. Федин, В. Катаев, В. Чивилихин, Л. Никулин, М. Бубеннов и многие, многие другие именитые прежде и ныне литераторы.
Ходила байка, что в 1937 году на дверях писательского кооператива повесили объявление: «Просьба не забивать канализацию сожженной бумагой». Илья Эренбург вспоминал: «В кругу моих знакомых никто не был уверен в завтрашнем дне; у многих были наготове чемоданчики с двумя сменами теплого белья. Пришел как-то Бабель и с юмором, которого он никогда не терял, рассказывал, как ведут себя люди, которых назначают на различные посты: «Они садятся на самый краешек кресла…»
A.C. Макаренко решил оставить свою знаменитую коммуну (см. «Педагогическую поэму») и переехать в Москву. Ему надоело отбиваться от нападок на него чиновников из отдела народного образования Украины. Его обвиняли в командном стиле руководства, в аракчеевщине. Перебраться в столицу помог М. Горький. На гонорар от «Педагогической поэмы» Макаренко в феврале 1937 года купил квартиру в Лаврушинском. Но прожил недолго, скончавшись в 1939 году.
В достопамятном 1937-м после продолжительных хлопот Пришвин, говоривший о себе: «Розанов — послесловие русской литературы, я — бесплатное приложение», получает здесь квартиру. Из больших окон шестого этажа распахивался обширный вид на Замоскворечье: «Вот наконец желанная квартира, а жить не с кем…» Булгакову в прошении на квартиру в доме Драмлита было отказано.
Дом МаргаритыВ описаниях мест, где происходит действие романа, Булгаков очень конкретен, и поэтому специалистам удалось определить большинство из них. Исключение составляет дом Маргариты, а ведь именно про него Булгаков писал: «Маргарита Николаевна со своим мужем вдвоем занимали весь верх прекрасного особняка в саду в одном из переулков близ Арбата. Всякий может в этом убедиться, если пожелает направиться в этот сад. Пусть обратится ко мне, я скажу ему адрес, укажу дорогу — особняк цел еще до сих пор».
Однако скорее всего дом Маргариты — вымысел автора. Скорее всего, Булгаков компилировал черты нескольких московских домов, дабы поселить Маргариту в достойный антураж и в то место, где ей было удобно находиться для сюжета романа.
(вариант 1). Спиридоновка, 17.Местоположение особняка слабо соответствует описанию в романе. Особняк очень красив, украшен элементами готики, в отличие от остальных претендентов. Есть здесь и «фонарь в башенке», где находилась спальня Маргариты.
Построен дом в 1898 году по проекту академика архитектуры Шехтеля (его же — дом Рябушинских, а также реконструированное в начале века здание МХАТ) для миллионера Саввы Морозова.
Косвенно указывает на этот дом и еще одно обстоятельство. В романе Мастер выиграл в лотерею 100 тыс. рублей. Когда он почувствовал, что с ним происходит что-то плохое, он все оставшиеся от 100 тыс. деньги, а именно — 10 тыс., отдал Маргарите. А на самом деле Морозов, чей дом, застраховал свою жизнь на 100 тыс. рублей и, обманув доверие страховых компаний, в 1905 году покончил жизнь самоубийством.
(вариант 2). Малый Власьевский пер. (улица Танеевых), 12.Дом хорошо подходит по расположению, но более чем посредственно — по описанию.
(вариант 3). Остоженка, дом 21.Небольшой и очень красивый дом действительно напоминает маленький готический замок, а в большом полукруглом окне второго этажа так легко представить Маргариту. Одна беда — шумная Остоженка никак не похожа на «один из Арбатских переулков». Кроме того, сегодня никакого сада у дома, в котором расположилось диппредставительство какой-то из арабских стран, нет.
Дом, где жил Мастер(вариант 1) Мансуровский пер., 9.
По воспоминаниям современников, когда-то дом принадлежал артисту Малого театра С. Топленинову, у которого Михаил Афанасьевич часто бывал в гостях и которому — одному из первых — прочитал свой роман. «Так это ты наш подвал описал?» — изумился хозяин. «Тс-с!» — улыбнулся Булгаков и поднес к губам палец.
В это трудно поверить, но все годы при советской власти этот скромный домишко в самом центре Москвы оставался чей-то частной собственностью.
«Нанял у застройщика две комнаты, в подвале маленького домика в садике. Службу в музее бросил и начал сочинять роман о Понтии Пилате.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
