– Ты не понимаешь! – всхлипываю, прижимаясь сильнее к мужчине. – Ты… А если бы. Представь, что вот меня сейчас похитили. Ты бы переживал?
– Допустим.
– А я бы там себя хорошо чувствовала, смеялась, развлекалась. Ты бы не злился?
– Пиздец бы тебе был, ягодка.
– Вот! А теперь представь какого моему отцу. Он же любит меня!
Валид ничего не отвечает, крепко сжимает челюсть. Медленно ведёт ладонью по моей спине, поглаживает поясницу в попытке успокоить.
Но меня прорывает.
– Мне нужно ему сказать, – прошу, обнимая мужчину. – Нужно объяснить… Так не может продолжаться вечно.
– Тормози, Александра. Ты и так уже обнаглела. Звонок хотела? Получила. А твои аппетиты всё растут.
– Но… Я так не могу. Ты ненавидишь моего отца. А меня?
– Что за вопросы? Вроде очевидно.
– Но мне плохо от этого, а не ему. Точнее, мне намного хуже. Разве этого недостаточно, чтобы закончить?
– А дальше что? Просвети меня, лапуль. Я тебя отпускаю, Лащенов доволен. Буду заезжать за тобой и на семейные ужины таскаться? Представляю, как прокурор обрадуется. Прям сдохнет от счастья. Такой вариант?
– Нет.
– А какой?
Я молчу. Не знаю. У меня в голове каша, нет ни одной идеи, как это вообще совместить. Прокурор и сбежавший зэк.
И я, которая хочу сделать хорошо им двоим.
– Давай, кончай сопли пускать, – выдыхает устало. – Скажу я твоему отцу лично, что тебя тут как принцессу содержат.
– Правда? – пытаюсь рассмотреть лицо Валид за дымкой слёз. – Успокоишь его?
– Поебать мне на его спокойствие. Но твоё – волнует. Поэтому да, подслащу пилюлю. А теперь приводи себя в порядок.
– Зачем?
– На свиданку тебя свожу. Но зарёванная девушка не то, что останется незаметным.
– К-куда сводишь?
– На свиданку. Пять минут, Александра. Либо в люди выведу, либо в спальню уведу.
– Мне хватит и трёх.
С ума сойти.
Валид только что пошёл на серьёзные уступки, а теперь хочет со мной куда-то пойти?
В чём же подвох?
Глава 40
– И что на тебя нашло?
Я спрашиваю прямо, потому что любопытство съедает. Валид не просто так всё устроил, явно есть какой-то подвох. Какая мужчине выгода от того, что мы пойдём на свидание?
– Тебе здесь не нравится? – холодно спрашивает, откидываясь на спинку стула.
Я снова осматриваюсь, пожимаю плечами. Ресторан огромный, красиво оформленный. Дорого-богато, как любит повторять лучшая подруга.
Вот только мы тут совершенно одни, даже вместо официанта выступает один из людей Хасанова. Такое себе свидание получается.
– Нравится, – я отвечаю со вздохом. – Просто… Мы могли поужинать и дома.
– Ты определись, лапуль, с поводом, чтобы меня дрючить, – ухмыляется, попивая виски. – И так, и эдак, и через пень-колоду, а ты найдёшь к чему придраться.
– Я не придираюсь! Я просто не понимаю. Мы здесь одни, ужинаем. Но мы, по сути, так же и дома сидим. Только риска меньше, что тебя кто-то увидит. Поэтому я не понимаю.
– Лишние свидетели мне не нужны, хватает того, что мою рожу по всем телеканалам крутят. Чтоб тебя на нормальное свидание свозить, это надо за границу свалить.
– Заграницу? Ты не можешь уехать со мной!
– Почему это?
– Потому что моё мнение тоже должно учитываться.
Валид чуть вздёргивает бровь, улыбается шире. Просит продолжать, но у меня в горле пересыхает. Тянусь за бокалом с вином. Делаю несколько глотков, пока не чувствую себя увереннее.
Ладно.
Так.
Мы оба взрослые люди, Палач (не) чуточку взрослее. Мы же можем напрямую обсудить всё происходящее, и что будет дальше?
Обещание мужчины живёт в памяти. Прокручивается с этим хриплым бархатным голосом. То, что Валид не собирается меня отпускать. Но ведь это должно к чему-то привести.
– Я не могу вечно считаться твоей заложницей, – произношу в итоге. Прячу взгляд. – Не только из-за отца. Но у меня была своя жизнь. Учёба в университете.
– У тебя каникулы, – резонно подмечает Валид.
– А ещё я работала в журнале…
– Работай, кто тебе запрещает? Хочешь, назначу тебя главным редактором? Или вообще подарю всё издание, мне оно теперь не нужно.
– У тебя так всё просто!
– Предпочитаю не париться по пустякам.
Валид подаётся вперёд, накрывает мою ладошку своей. Сжимает. То ли пытается успокоить, то ли продавить под себя.
Я фокусирую взгляд на горящей свечки. Фитилёк потрескивает, огонёк качается. Слежу за ним, чтобы не смотреть на мужчину. Иначе мои мозги снова растекутся воском и ничего не получится.
А мне важно донести свои мысли. Здесь, в горах, вдалеке ото всех – многое действительно кажется простым и неважным. Но когда-то это закончится.
– Учёба и работа, – повторяю, в груди начинает давить сильнее. – А ты чем занят будешь? Или я раз в месяц на свидания кататься буду? В тюрьму я к тебе ездить не буду!
– Ясен хер, – Валид кивает. – Там официальные свиданки реже. Но я бы устраивал их чаще, у меня хватает связей. Так что точно не раз в месяц.
– Валид, пожалуйста…
– Больше я за решёткой не окажусь.
Обещает серьёзно, я поднимаю на него взгляд. Валид выглядит серьёзным и уверенным. Верит в собственные слова.
Я, наверное, должна ужаснуться этому. Уточнить детали. Но не хочу лезть туда, где мне не место. Достаточно того, что взгляд мужчины даёт понять – он не врёт.
Валид вдруг поднимается, подхватывает свой стул и переставляет ко мне. Усаживается, притягивая меня к себе. Одной рукой обнимает, а вторую укладывает на моё колено.
– Достало сидеть напротив, – объясняет. – Как на переговорах себя чувствую. У нас приятный вечер, кис. Вкусная еда, хороший алкоголь. К чему этот напряг?
– Потому что это важно. Действительно важно для меня. Ты не знаешь меня, не знаешь, как я жила раньше и…
– Знаю. Я всё про тебя знаю, Александра.
– Да-да, ты следил за мной, всё доложили. Тогда, ты этого не понимаешь. Но я не… Я хочу работать журналисткой, закончить обучение. Я не буду просто сидеть дома, буду брать интервью, ездить…
– В чём ты меня убедить пытаешься? Я ведь пока слова против не сказал, маленькая.
Я внимательно смотрю на мужчину, понимаю, что он прав. Я начинаю спорить не там, где нужно. Просто потому, что задать вопрос напрямую слишком сложно и страшно.
Иронично, учитывая, что задавать вопросы – это моя будущая профессия.
– Забудем на секунду, что я дочка прокурора, – на этих словах Валид морщится. Толкаю его в бок. – И все остальные детали. Просто ты и я. И наши характеры. Ты не можешь решать за меня, приказывать, ждать, что я буду послушно следовать. Я не такая.
– Ты при первой встрече послала меня трахаться в полицейский участок, – припоминает. – После набухалась, пыталась сбежать. Дважды. Задницей упала в грязь, перед этим обидевшись на собственную фантазию.
– У тебя нет свидетелей, – бурчу, кожа полыхает.
– Так что, лапуль, я прекрасно знаю тебя. И не жду слепого послушания всегда, в будущем. Но сейчас есть моменты, которые ты не понимаешь. Они закончатся – поговорим. Достаточно того, что ты послушная в постели. Большего я ждать не буду.
– Но… Я не из тех, кто просто спит с кем-то. Я не хочу отношений, построенных на одном только сексе.
– Опять же. Я пока ничего против не сказал.
Я поджимаю губы, пока этот бандюган улыбается. Забирается ладонью под мою юбку, противоречит сам себе. Или нет?
Валид гладит, но не заходит дальше приличного. Просто касается, вызывая во мне трепет. Наклоняется, медленно целует. Я поддаюсь, растворяюсь в этом потоке неожиданной нежности.
Мужчина сдавливает моё бедро, когда я начинаю улыбаться сквозь поцелуй. Словно пытается наказать за то, что я настолько довольна.
– Всё, – отрывается, жжёт взглядом мои губы. – Закончили с претензиями. Можем нормально свидание провести?
