Феррис не собирался уходить насовсем. Не сейчас. Вы вместе состряпали документ.
— Я доверяю Михаэлю, — просто сказала Вэл, а мне захотелось завыть.
Она была много лет в зависимости от человека, который использовал ее и ее дар, а сейчас попала во власть куда более страшного существа. Но пострадала не одна Вэл. Я больше не увижу Ферриса. Более того, теперь я не сомневалась, что Феррис в огромной опасности.
Я спрятала лицо в ладони и безуспешно попыталась справиться с рыданиями. Хорошо, что сестры нас не слышали, мы переговаривались достаточно тихо.
— Если метки лишь у вас с Вэл, то, значит, хозяйка она, — заключила Мел. Видимо, она обращалась к Дафне. — Ты помолвлена с Палмером и давно не девица. Остальным девчонкам незачем тратить свою метку, если можно приказать. Как же хитро притворялась наша Вэл, всегда была с демоном вежлива и мила.
— Или одна из нас пыталась ввести его в заблуждение таким образом, — мрачно сказала Дафна. Судя по голосу она все поняла.
— После ухода Ферриса хозяйке должно быть несладко. Но все вроде довольны… Ой, прости, Бекки, — теперь дошло и до Мел.
На некоторое время наступила тишина, которую нарушало только постукивание ложечки о креманку с медом.
— Как ведут себя ваши личные амулеты? — вдруг сдавленно спросила Вэл. — Мой будто сошел с ума, нагрелся и показывает, что…
— Дэшвудхолл объят огнем, — закончила за нее Дафна.
Как самая старшая из нас, она распоряжалась домашним оберегом. Стеклянным шаром, внутри которого находилась миниатюрная копия дома. Разбить его невозможно, и сестра всюду таскала его с собой в ридикюле. Сейчас она держала шар на ладони, и оттуда валил едкий дым.
— Эмили, Эльза, миссис Вонг — они, наверное, уже спят. Дафна, зови Бенджамина. Пусть создает портал и вызывает пожарную бригаду, — с этими словами Вэл зашагала к двери. Хладнокровия в ней достаточно, чтобы стать хоть ветеринаром, хоть повитухой. И еще лишить родную сестру надежды на счастье.
Мы все, включая Мел, бросились следом.
Глава 58. Гори оно все
Не представляю, зачем Мелани увязалась с нами. Если бы времени было чуть больше, то я бы настояла на том, чтобы оставить ее на попечении Палмеров. Над Дэшвудхоллом стоял такой черный дым — это вредно для ее лёгких, и восстановление затянется на несколько недель.
Крутились и другие бессвязные мысли. Что-то вроде — ой, как хорошо, у нас останется куча акварелей Рози с каждым фасадов. А за ней приходила следующая — все они в мастерской и сейчас превращаются в пепел.
Потом я услышала, как лопается стеклянная крыша в новой оранжерее. Феррису удалось добиться невозможного: ее поставили буквально за несколько дней. Утром он должен был принять работу и сразу же договариваться с отделочниками… Феррис. Ни оранжереи, ни демона.
— Дом скоро обрушится, отойдите подальше, — Вэл командовала, пока мы пытались хоть как-то осознать происходящее. Вместе с родным гнездом исчезали не только кровати и люстры, но и наши воспоминания, детство. Родительские вещи. Предметы, собранные поколениями. Взять хотя бы идиотскую коллекцию в подвале. — Там в стенах труха. Мы с Михаэлем проверяли, перекрытия слабые. Угроза существовала и без огня.
Сестра опять игнорировала, что кроме меня о существовании второго демона никто не знал. Впрочем, всем остальным тоже не до странностей в ее речи.
— Мои книги. А мои дневники! — причитала Мелани. — Я должна туда попасть. У меня там ежедневник с расписанием до следующего года. Адреса переписок с лучшими умами. Неоконченное «Рассуждение юной девы о богословии и богословах». После истории с Лестером я внесу туда еще главу, но там столько труда, столько бессонных ночей!
— Держи ее, — коротко крикнула Дафна Бенджамину. — Ты держи, а я полезу в комнату за шкатулкой. Черт с ними, со всеми другими украшениями. Но там мамины — те, которые она дарила мне, и те, что дарила сестрам, а я выменяла себе. Без них я замуж не пойду. И вообще, зачем продолжать род, если я не передам их своим дочерям…
Дафну зацепило не хуже, чем Мел. Бенджамин сохранил самую холодную голову, но, глядя на невесту, кажется, тоже готовился рехнуться.
Как только мы очутились на месте, он развил бурную деятельность. Обнаружил на скамейке, куда не тянуло дымом, нашу престарелую экономку. Осмотрел ее на предмет травм и надел на нее свое пальто. Более того, догадался прихватить еще одежды, которая тут же пригодилась.
Выяснилось, что все три служанки, кухарка, ее сын благополучно выбрались, потому что миссис Вонг еще не успела заснуть. Пожар, по ее словам, начался внезапно — где-то наверху, в наших спальнях.
Огонь зловеще трещал. Возможно, крыша местами обвалилась, но нам отсюда не видно. На моих глазах красочное покрытие на металлических поверхностях превращалось в густую тягучую смолу и сползало по наружной штукатурке.
Я отчаянно замахала, призывая на помощь миссис Эмили и Эльзу. Пускай они удерживают вырывающуюся из моих рук Мел, а я попробую успокоить Дафну… Нет, поздно. Бенджамин все-таки засобирался за клятой шкатулкой.
Он скинул сюртук, оторвал рукав и погрузил его в один из бочонков с водой для старой оранжереи.
— Что ты творишь, Бенджи? Тебя там завалит, а Дафна останется с младенцем на руках. Твои родители его признают, но положение обоих все равно будет незавидным, — Мел попробовала воззвать к разуму хотя бы Палмера.
— Ты же видишь, она плачет. Ей нельзя волноваться, — сообщил нам виконт. Безумие передавалось от человека к человеку вместе с дымом.
Но дальше произошло то, от чего я взвыла.
— Шкатулка с амулетами. Я заряжала их больше десяти лет. Там сосредоточена чуть ли не половина магии на этом континенте. Ой, а еще мамины документы с твоими, Ребекка, правами на наследство! Если у нас не останется ни того, ни друго, мы превратимся в нищих бродяжек, — Вэл подскочила на месте. — Бенджамин пошли, оторви для меня второй рукав. Ты беги в спальню Дафны, а я в соседнюю — к Бекки. С божьей помощью наше проклятое жилище продержится еще пять минут.
— А, ну, стоять, стоять!
Тщетно я цеплялась за них обоих, уговаривая, умоляя. Вэл сбежала первой. Бенджамин, передав меня невесте, отправился следом. Зато Мел перестала атаковать центральный вход. Ее отвели подальше в сад. Миссис Вонг подошла к нам с Дафной и несколько минут грустно качала головой, как болванчик. И тут меня
