в тумане, где прикрыл глаза и тут же заснул. Лишь Люська оставалась в сознании, ошарашено пытаясь понять, что она делает в теле своего господина и почему она до сих пор жива. Встав, она огляделась, слегка покачнувшись: тело господина имело иные пропорции и центр тяжести. Единственное, что ощущалось родным, это левая рука, которая стоило ей обратить на это внимание, обратилась женской.
— Так он даже это рассчитал, — раздался позади голос Ивана. — А я уж собирался ограбить его бессознательную тушку.
Люцифер резко развернулась, ошеломлённо осознавая, насколько легко ей это удалось. Тело в котором она находилась, было чем-то запредельным для её разума и сознания. Ихор тёк необычайно легко, распространяясь от левой руки, духовная сила отзывалась ещё до того, как она пыталась ей управлять, а жизненная сила давала невероятную бодрость и лёгкость. Чувства были невероятно яркими и чёткими: зрение болезненно контрастно, слух необычайно острый, а нюх необычайно силён. Люську затошнило и чуть не вырвало, мир вокруг качался и плыл.
— Что со мной? — спросила Люцифер, пытаясь совладать с нахлынувшими ощущениями и справится со стуком сердца, что гнало кровь и энергию по всему телу.
Сознание и воля Люцифер были слишком слабы, чтобы управиться с силой своего господина. Разум разломился на мелкие осколки, оголяя инстинкты. Люцифер замерла, а затем завыла, в то время как тело Садо покрылось духовной энергией, образовавшей когти на руках и создавшей примитивную тонкую белую плёнку на поверхности кожи. Пространство задрожало от силы хлынувшей из тела Садо и поплыло белыми клочками тумана, выкидывая Ивана и Люцифер обратно в ад.
— У-о-о-о-о-о! — прорычала Люцифер, пытаясь сохранить остатки разума подавляемые силой.
— Вот же, мне не хочется сражаться против Садо одержимого обезумевшим демоном, ненароком убив его, — нахмурился Иван, аккуратно разворачиваясь и приземляясь на соседний метеорит. — Люцифер, очнись!
Тем временем Люцифер в теле Садо замерла, безразлично глядя перед собой. Сила плескавшаяся в теле успокоилась. Она широко открыла глаза, словно удивляясь чему-то. А затем спросила:
— Люцифер… — слова давались ей тяжело. Она говорила медленно. — Кто… Такой…
— Люцифер это ты! Очнись же! — орал Иван, убрав кружку и размахивая руками. — Не поддавайся тёмной стороне силы! Тьфу, не то! Не поддавайся в общем!
— Сила… Власть… Убить…
Иван не опасался демона. Тот разбрасывал силу даже не концентрируя её. Если Садо всячески старался избежать потерь, формировал атаки максимально точно и плотно, то обезумевшая Люцифер делать этого не могла. Разница была как между падением на голову килограмма железной болванки и килограмма пушистых перьев. Энергия под контролем Люцифер была очень слабой, не такой как целостной и плотной как под контролем Садо.
Поэтому Иван не увернулся от атаки Люцифер, что замахнувшись создала гигантский огненный вихрь, защитившись выставленной вперед ладонью. Огонь столкнулся с ладонью, замедлился и обошёл Ивана стороной. Это не было сверхплотной горячей плазмой и не было чёрными дырами, прожигавшими всё на своём пути, а потому нисколько не навредило Ивану.
— Хорошо, хоть она не сможет применить нечто вроде тёмной сферы, — улыбнулся Иван, насмешливо глядя на попытки монстра собрать духовные частицы перед своей ладонью, чтобы сформировать шар.
Направив руку на Ивана, монстр зарычал и отпустил контроль над шаром, выплёскивая луч энергии в сторону Ивана, который выставил вперёд палец и сформировал такой же, но более маленький шар из потемневших от концентрации духовных частиц. Белый луч врезался в тёмный шар, поглощаясь им и заставляя его темнеть ещё сильнее. Монстр недовольно зарычал, видя, что его атака не принесла никакого эффекта, поглощённая техникой Ивана.
Иван вновь улыбнулся и, контрастом разъярённому демону, спокойно произнёс:
— Вот так должна выглядеть финальная форма этой духовной атаки, — тёмный шар сжался в точку. — Духовная трансформация. Тёмное обнуление.
Тёмная точка от которой дрожало пространство исчезла, а в груди Садо с тихим свистом появилась сквозная дыра, обожённая по краям следами тьмы. В один миг, дыра заросла, а Люцифер в теле Садо, замерла, а затем медленно поднесла когтистую руку к груди, где вновь забилось сердце, даруя силу. Разум Люцифер был разрушен окончательно, в то время как Иван понял, что придётся перейти к более жёстким мерам.
— Священный тапок! Настало! Настало твоё время!
Фейл же летела на метеорите и смотрела на то, как планета продолжает рушиться. Иногда она перескакивала с одного метеорита на другой, краем глаза наблюдая за невероятной битвой развернувшейся между её текущим и бывшим источником сил. Она наблюдала и собирала энергию, что выплёскивалась в пространство с их стороны.
— Когда ни будь я стану очень сильной, — тихо, словно мантру, повторяла Фейл.
Глава 20
Проснулся я бодрым и свежим. Тело чувствовалось отдохнувшим, душа целостной, силы были на максимуме. Впервые за всю игру я нормально выспался: до этого мне не хватало времени, поскольку всё оно уходило на тренировки и сражения.
Первым делом я просмотрел память спящей Люськи. Та, пока я спал, успела управляя моим телом сразится с Иваном и огрести от него ударов тапком, после чего сбежала, спрятавшись среди обломков. Управляя моей силой, она серьёзно истощилась ментально и сейчас спала, находясь в моей левой руке.
— Так дело не пойдёт, — произнёс я, силой воли отсекая от себя левую руку.
Рука расплылась белой жижей, чтобы под действием моей воли, принять облик привычный Люське. Сконцентрировавшись на духовной энергии, создал на её теле доспех. Руку было жалко, но ещё больше я беспокоился об вещах, которые хранила Люська. Вот только рост Люськи замедлился: плоти руки было недостаточно, чтобы сформировать полностью взрослый женский организм. Большая часть плоти материализовалась за счёт личной энергии Люцифер.
— Эх, и что теперь делать с тобой Люська? Надеюсь, до того как проснёшься, ты вырастешь.
Планета была окончательно раздроблена на обломки. Куски этажа плавали вокруг, сдерживаемые магической энергией от падения разлёта и ускорения, словно находясь в плотном киселе, гася любой импульс. Сконцентрировавшись на ощущении мира, я пытался понять, насколько разрушения серьёзны.
Всё кроме ядра планеты, бывшего девятьсот девяносто девятым этажом, было уничтожено, огромные осколки формировали шар на месте планеты, не считая точки с которой началось разрушение: там разброс осколков был более сильным. Огоньки жизни ощущались на множествах осколках, внешней части шара. Там же ощущался Иван, а рядом с ним Фейл, что перепрыгивала с одного осколка на другой, уворачиваясь от духовных всплесков Ивана. Тот был очень зол на неё.
Мой радиус чувствительности серьёзно увеличился. Уже целую планету чувствую. Что же такое произошло, что я получил столь мощный скачок? Это из-за того, что я использовал систему?
