Сергей рассмеялся.
– Милая моя, тебе ничего этого не нужно, я и так у твоих ног. Я полюбил тебя не за что-то. Я полюбил тебя вопреки. Тебе не нужно испытывать на мне свои колдовские чары, потому что я уже попал в твои сети и вряд ли смогу из них выбраться. Да и не хочу. Теперь я целиком и полностью твой. Делай со мной что хочешь. Хочешь зажарь, хочешь свари, хочешь засуши.
В ресторане было довольно шумно – громко играла музыка, народ веселился от души. Мы заказали ужин и бутылку отменного вина. Сергей старался меня отвлечь от моих мрачных мыслей, рассказывал забавные истории из своей жизни. Я смеялась, но все же постоянно поглядывала на дверь.
– Сергей, а сюда никто не придет? – не выдержала я.
– А кого ты боишься?
– Милицию.
– Отдыхай спокойно. Ее здесь отродясь не было. – Он выпил бокал вина и положил руку мне на плечо. – На твоих щеках появился румянец! Когда я сегодня приехал, просто не узнал тебя!
– На меня так плохо действует твое отсутствие!
– Нужно немного потерпеть. – Он наклонился ко мне совсем близко и тихо спросил: – Нин, а может, ты станцуешь? Для меня?..
– Для тебя?
– Ну да. Мне было бы приятно смотреть на тебя со стороны.
– Ты хочешь, чтобы я станцевала одна, без тебя?
– Ну да. Ты же очень хорошо танцуешь.
– Но я привыкла танцевать в одиночестве там, где меня никто не видит, где я совсем одна. Вернее, я не одна. Нас двое: я и мое одиночество.
– Чудная ты. У тебя больше не должно быть одиночества, теперь у тебя есть я. Ты сможешь станцевать на людях?
– Смогу, – кивнула.
– Я был бы счастлив.
– Тебе так мало нужно для счастья?
– Мне нужно для счастья очень много, просто это будет одной из его составляющих. Какую музыку тебе заказать?
– Давай что-нибудь печальное.
– Ну почему печальное? Может быть, уже хватит грустить? Может, что-то повеселее?
– Давай сначала печальное, а затем повеселее.
– Как скажешь.
Сергей подошел к скучающему оркестру, дал денег, и заиграла чудесная грустная медленная музыка. Он сел на свое место, а я… я пошла танцевать. Я сняла туфли, вышла на середину зала, принялась танцевать и почувствовала, как танец уносит меня в заоблачные дали. Я слышала не только ту музыку, которая играла в зале, я слышала музыку в своей душе. В этом танце передо мной раскрылась тайна моей жизни, тайна моей любви и тайна моих призрачных фантазий. Забуду ли я когда-нибудь этот танец? Нет. Разве можно забыть то, во что ты вложил свою душу? И можно ли забыть того, кто искренне наслаждается тем, что ты делаешь?! Я всегда знала свою силу над мужчинами. Главная моя сила была не в лести, не в каких-либо колдовских чарах, не в красоте и непосредственности. Она была в танце. Моя сила всегда была в танце, потому что только в танце я могла выразить свою необузданную страсть, которая заполняла меня без остатка и просилась наружу… Я знала, что именно после этого танца мы всегда будем вместе. Всегда… Нас разлучит только смерть. Но нам нельзя думать о смерти, у нас впереди долгая счастливая жизнь.
В этом танце я была такая покорная, я протягивала руки, словно пыталась достать с неба звезды, я была нежной, воздушной, я была сама любовь. Зазвучала более быстрая музыка, что-то наподобие цыганской пляски. И я почувствовала, как на моих щеках вспыхнул румянец, как задрожали мои веки и как ярко загорелись мои глаза. Я поправила свою изумрудную заколку и закружилась в бешеной пляске. Во мне накопилось слишком много отрицательной энергии, хотелось как можно быстрее выплеснуть ее наружу, освободиться от всего пережитого. Мои движения казались беспорядочными, но в действительности они строго следовали музыкальным ритмам.
Сидевшие за столиками не скрывали своего восхищения. Я опьянела от танца. Мои волосы были растрепаны, подол платья поднимался, обнажая мои легкие ноги. Музыканты вновь и вновь повторяли мелодию, так как и сами не могли оторвать взгляд от этого зрелища. Публика встала со своих мест и принялась аплодировать. Но я продолжала танцевать, словно меня нес какой-то вихрь. Захваченная этой стихией, я ничего не видела, я ничего не слышала, кроме музыки.
Когда наступила тишина, я резко остановилась. Секунда, другая – и обрушился шквал аплодисментов. Пытаясь восстановить дыхание, я огляделась и увидела прямо перед собой Костыля, который хлопал громче всех. Сергей принес мои туфли и стал надевать их на меня, так как видел, что у меня не осталось сил даже на это. Костыль подошел совсем близко, достал носовой платок и начал махать им у моего лица точно веером.
Глава 19
Сергей поднял голову и, увидев Костыля, немного растерялся.
– Евгений Александрович, вот это встреча! А вы здесь какими судьбами?
– Да так, ездил в Москву по делам. На обратном пути заехал перекусить. Смотрю, а твоя девушка так красиво танцует. Простоял как вкопанный, пока она не закончила.
– Вам и вправду понравилось? – Сергей не мог скрыть гордости, а я почувствовала раздражение.
– Да не только мне понравилось, а всему залу. До сих пор с нее глаз не сводят! Нина, где ты научилась так танцевать?
– Не знаю, – буркнула я и отвела глаза. – Я танцевала этот танец для Сергея.
– Но ведь видели все! – возбужденно сказал Сергей и поцеловал меня в щеку. Потом посмотрел на Евгения Александровича и спросил: – А вы один приехали?
– Да нет, я с ребятами. Вон они сидят.
– Жаль, я хотел пригласить вас за наш столик.
– Я немного с вами посижу и пойду к ребятам, – согласился Костыль, бросив на меня пронзительный взгляд.
Я села спиной к столу, за которым расположились люди Костыля.
– Евгений Александрович, давайте немного вина. Вам налить? – гостеприимно сказал Сергей и потянулся за бутылкой.
– Ну плескани немного. – Костыль кивнул и вновь посмотрел на меня. В этом взгляде не было ничего, кроме злобы.
– Что-то стряслось? – встревожился Сергей.
Костыль достал свою дорогую трубку и задымил.
– Стряслось.
Я закрыла глаза и с трудом усидела на стуле.
– Я был очень удивлен, когда вас обоих здесь увидел.
– Почему?
– Я предупреждал, в моем доме легавые мне не нужны. Как ты мог сюда ее привезти? Ведь она же в розыске.
– Когда я приехал, она была такая бледная, напуганная, я хотел немного развлечь ее, – принялся оправдываться Сергей.
– Если ты будешь так ее развлекать, то следующее ее развлечение будет за решеткой. Если я взялся помочь в этом деле, пусть она сидит в моем доме и не смеет высовываться. Иначе я вообще отказываюсь что-либо делать. Когда мы договаривались о помощи, ты обещал четко следовать моим инструкциям, и тут я вижу вас обоих в ресторане!..
– Евгений Александрович, извините. Это я предложил поехать в ресторан, и я был не прав. Извините. Больше такое не повторится, – сказал Сергей виновато.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
