как действовать в будущем.
Корабль — как живой организм. Он не может действовать сам по себе бесконечно. Особенно Сафтира, которая долгое время подвергалась влиянию газового гиганта.
Данный же удар по пиратам оказался по-настоящему мощным. И всё же плата за него была ожидаемой. Двигатели начали терять мощность. То есть в случае достаточно крупной атаки без экипажа на этом мире-корабле ничего не сделаешь. Чтобы он раскрылся на полную, нужны множество святых, десятки сильных специалистов и отлаженная команда.
Да, наследие моего Рода — невероятный дар. Но сейчас, пока мой личный Род всё ещё слишком слаб, как и я сам, я не смогу раскрыть весь потенциал такого подарка.
Правда, я всё же не знаю, что будет, если окончательно пробудить душу… Возможно, что тогда этому кораблю и не нужна будет команда.
— Замедление продолжается. Энергия перераспределяется с седьмого и восьмого реакторов на первый. Энергия с первого поступает на двигатели. Начинается наращивание скорости. Повторная атака невозможна из-за разницы в энергетическом потенциале систем.
— Энергия двигателей стабилизируется. Выход на полную мощность через двадцать минут.
Двадцать минут. Для полноценного боя это мучительно долго. Но пока что имеем то, что имеем.
И всё же проблему с пиратами мы решили. А значит пришло время сделать то, ради чего я частично и получил мир-корабль… Благо, возможности этого судна позволяют такое провернуть… Воспользоваться его энергией.
* * *
Фигура, соткавшаяся в конце мостика, огляделась по сторонам.
Этараксийцы, находящиеся в командной рубке, отрываясь от своих обязанностей, то и дело сами глядели на прибывшего. Сергей же, найдя свою цель, Сашу, взглядом, сидящей на троне на некотором возвышении, спокойным и размеренным шагом пошёл к ней так, словно находился у себя дома.
В командной рубке воцарилась полная тишина. Нарушали её лишь лёгкие шаги по металлу и едва слышное пиканье аппаратуры. Высокие панели управления, выгнутые ряды тактических экранов, светящиеся линии командных контуров — всё это отступило на второй план.
Когда Сергей почти приблизился к возвышающемуся креслу, на его пути встали двое Этараксийцев в массивной чёрной броне. Их лица были чуть нахмурены, руки напряжены, а стойка говорила сама за себя — дальше они его пускать не намерены.
Однако Сергей даже не смотрел на них. Всё его внимание было приковано лишь к лицу молодой королевы.
Парень спокойно шёл вперед, и когда достиг вставших на пути стражей, те в последний момент резко разошлись плечами в стороны и отступили на пол шага назад, при этом склонив свои головы, понимая, что не могут стоять у него на пути.
Не у того, кто несмотря на предательство, всё ещё был на их стороне…
Сергей же продолжил идти дальше и остановился только у ступеней трона. Он и девушка смотрели друг другу в глаза.
На его лице не было никаких эмоций. На её — холодное внимание, словно она ждала, что же именно он сделает сейчас.
Парень заговорил спокойным, ровным тоном:
— Я решил, что было бы неправильно уйти, не попрощавшись.
От его слов Саша никак не отреагировала. Но палец её руки, лежащий на подлокотнике, едва заметно дёрнулся.
— Мы отправляемся на Землю, — продолжил Сергей. — Я бы хотел остаться здесь и помочь тебе разобраться с пиратами. Но там, на Земле, остались наши люди. Я знаю, что наш Род сильный, по меркам Земли, но хочу лично убедиться, что с ними всё в порядке. Да и угроза в лице Китайской империи никуда не делась. Кто вообще знает, что там сейчас происходит.
Саша всё так же молчала, просто смотря на него.
Сергей же, не отводя от нее взгляда, продолжил:
— Прежде чем я уйду, хочу попросить тебя об одной вещи… Я знаю, что ты очень сильная и умная девушка. Но не неси судьбу своего народа только на своих плечах. Вы, Этараксийцы, сильны тогда, когда вам есть во что или в кого верить. Однако, вера в одного — это не более чем скидывание проблем на него. Поэтому позволь старейшинам помочь тебе в этом нелёгком деле. И… Помни…
В следующую секунду парень сделал шаг вперёд по ступеням.
Девушка едва заметно напряглась. От неё во все стороны ударила аура. Холодная, сдержанная, золотистая. Но тянущаяся к ней рука Сергея без проблем пробила её, раскалывая на осколки энергии и сперва коснулась рогов молодой королевы, затем ложась на алые волосы.
Сергей, наклонившись к замершей Саше, чуть прислонил её лоб к своему, а после, прикрыв глаза, тихо произнёс:
— Помни, Саша, что у тебя есть не только Этараксийцы. У тебя есть твой Род. Пускай ты отказалась от меня, пускай ты отказалась от нас, однако мы, твой Род, твоя семья, не откажемся от тебя никогда.
Глаза девушки едва заметно дрогнули и чуть расширились, а Сергей продолжал:
— Я не знаю, кем мы будем друг для друга, когда я вернусь. Но сейчас для меня ты — та, кто подарила мне своё сердце. И я хочу позаботиться о тебе, поэтому вверяю тебе своё наследие. Однако помни, что это оружие сдерживания, а не нападения. Враги, узнав о том, что у тебя есть нечто подобное, обязательно захотят им обладать. Надеюсь, что после моего отлёта у вас никогда не будет проблем. Но если так случится, что настанет тёмный час… Стоя на мире-корабле, просто позови меня. Позови нас, свою семью. И будь уверена, что мы обязательно откликнемся и придём. И пусть дрожат те, кто рискнёт обидеть тебя или навлечь на себя гнев нашего Рода…
Саша сидела тихо, замерев и не двигаясь. Девушка плотно сомкнула губы, не позволяя чувствам проступить на лице.
Оторвав свой лоб от её лба и в последний раз проведя рукой по тёплым рогам, Сергей развернулся и медленно пошёл к концу мостика, на ходу произнося, пока его образ растворялся:
— До скорой встречи, Саара, моя королева. Когда мы встретимся вновь — я больше не позволю тебе одной нести на плечах этот груз. Это — моё святое обещание тебе, а мир-корабль — свадебный подарок.
Образ растворился, не оставив после себя и искры. Саша, смотря вперёд немного тоскливым взглядом, опустила свою руку вниз, на живот, едва касаясь его.
Глава 25
Начало пути домой и череда прощаний. Прощание второе
Я стоял у обзорного окна корабля, где за толстым прозрачным полотном медленно тянулся космос — темный, бесконечный, усеянный редкими холодными огнями звезд. На фоне этой безмолвной черноты корабль Этараксийцев, на который я и смотрел, казался чем-то вечным,
