Что хаос таит в себе смертельные угрозы для народа и государства — фундаментальная истина, накопленная за века знания об обществе. В американской политологии она выражается в такой сентенции: «Не пробуждайте к жизни те силы, с которыми вам нелегко будет совладать». Для России в основании ценности порядка лежал и ее собственный «специфический исторический опыт» — разрушение государственности и Гражданская война 1917—1921 гг. И что же общество наблюдало в ходе перестройки? Именно искусственное создание хаоса — с взрывом массовой преступности, кровопролития в национальных конфликтах и терроризма.
Советолог С. Бялер, директор Института международных изменений Колумбийского университета, сравнивает Горбачева с «Мартином Лютером, который стремился разрушить или существенно ослабить косные институты правящей церкви». Он точно определяет суть действий верхушки КПСС: «Начиная перестройку, Горбачев и его помощники в руководстве инициировали процесс, который не поддается полному контролю и которым нельзя всесторонне управлять» [144, с. 111].
Горбачев резко дестабилизировал состояние советской системы в целом, то есть сделал именно то, что категорически противоречило знанию. Это был колоссальный культурный срыв, такое отступление от норм рациональности, что даже профессиональные специалисты, которые к этому срыву нас и подталкивали, не могли его предвидеть. Видный американский советолог А. Брумберг признался: «Ни один советолог не предсказал, что могильщиком Советского Союза и коммунистической империи будет настоящий номенклатурный коммунист, генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза Михаил Горбачев» [15].
Но ведь сообщество обществоведов, в общем, поддерживало эту доктрину дестабилизации и в своей среде подавляло голос тех, кто пытался воззвать к здравому смыслу. Именно под таким давлением была исключена проблема угроз из обсуждения программы приватизации промышленности. Навык их предвидения сумели изъять и из массового сознания. Да, подавляющее большинство граждан не верило в благо приватизации с самого начала и тем более после ее проведения. Но 64% опрошенных ответили: «Эта мера ничего не изменит в положении людей».
Рациональное управление рисками на любом уровне требует постоянного мониторинга опасностей и их восприятия. Для этого обществоведение должно вести одновременное изучение трех «срезов реальности»: объективно существующей системы угроз и источников риска; той «карты опасностей», которой мы обладаем в данный момент; той «системы страхов», которая складывается в сознании людей.
Эти три системы взаимосвязаны. Все они должны быть структурированы. Например, «система страхов», сложившаяся в общественном сознании, должна быть изучена и преобразована в «карту страхов» — образ, адекватность которого зависит от эффективности инструментов познания, которыми располагает наука.
Эффективность в предотвращении и преодолении угроз зависит прежде всего от того, насколько адекватна та «карта опасностей», исходя из которой государство и общество планируют и реализуют свои действия, а также от наличия достоверной «карты страхов» и средств воздействия на «систему страхов». Общественное сознание и страх — факторы исключительно динамичные. При эффективном, основанном на знании, управлении общество воспринимает угрозы адекватно, и реалистичный страх служит фактором снижения рисков. При ошибках власти страхи могут легко превращаться в факторы дестабилизации и источник внутренней опасности.
Во время перестройки российское общество пережило несколько приступов неадекватного страха, доходящих до уровня психозов, которые резко дестабилизировали ситуацию и углубили кризис. Еще важнее были случаи нечувствительности к назревающим угрозам.
Кроме того, механистическое сознание с трудом осваивает представление о синергизме опасностей. Суть его в том, что если две или больше опасности действуют совместно, как система, то их эффект может многократно (даже на порядки) превосходить сумму эффектов при действии каждой из опасностей по отдельности. Когда такие системы складываются, могут быть разрушены объекты, которые были совершенно неуязвимыми для каждой опасности, взятой отдельно.
Можно высказать как общее утверждение: катастрофы происходят именно в результате синергизма опасностей, который был не предусмотрен и не просчитан. Более того, искусство разрушения в том и состоит, чтобы создать в нужном месте и в нужное время этот синергизм слабых факторов (опасностей). Напротив, искусство управления рисками состоит в том, чтобы предвидеть возможность возникновения таких кооперативных эффектов и вовремя разрушать возникающие системы опасностей — также слабыми воздействиями.
Например, для СССР очень опасны оказались местные (национальные) элиты, складывающиеся на межведомственной клановой основе. Вплоть до 60-х годов эти системы регулярно разделялись с устранением назревающего в них синергизма. Благодаря этому сложилась изощренная система обратных связей, которая автоматически «гасила» зародыши опасных конфликтов, когда их динамика подводила к заданному порогу. Это касалось, например, конфликтов в межэтнических отношениях. Создание этой системы было великолепным достижением советского «общества знания», и она действовала так незаметно, что стабильность казалась естественным состоянием. Уже в 1986—1987 гг. эта система была разрушена, и очень быстро сложилась система обратных связей, ускоряющих развитие конфликтов. Изучение динамики развития конфликтов в Нагорном Карабахе, Приднестровье и в Чечне показывает, насколько неадекватными были действия власти и ее советников из «перестроечного» обществоведения.
Фундаментом для составления новой «карты опасностей» служит определение векторов и динамики, происходящих в России и в мире главных процессов и возникающих при этом противоречий. Пока что обществоведение от этого уклоняется: либералы и марксисты трактуют происходящее в понятиях истмата, «государственники» — в державной риторике, малопригодной для «инженерного» анализа.
События в России развиваются на фоне общего кризиса индустриальной цивилизации при большой открытости и ослаблении защитных сил Российского государства и общества. Следует учесть при этом, что кризис индустриализма порождает и в западном обществе целую систему страхов, искаженных неадекватным восприятием порождаемых им угроз.
Примечания
1. Амосов Н.М. Мое мировоззрение. // «Вопросы философии». 1992, № 6.
2. Анисков В.Т. Война и судьбы российского крестьянства. Вологда—Ярославль: Изд-во Вологодского ИПК. 1998.
3. АртемовВ.А. Изменения условий и образа жизни в Сибири (1972—1993). // «СОЦИС». 1995, № 1.
4. АхутинА.В. Понятие «природа» в античности и в Новое время («фюсис» и «натура»). М.: Наука. 1988.
5.Баграмов Э.А. Национальный вопрос в борьбе идей. М.: Политиздат. 1982.
6. Баландин Р.К. Философия техники от Бердяева. // «ВИЕТ». 1991, № 2.
7. Белая книга России. // «Человек». 1993, № 4.
8. Беляев Е.Л., Пышкова Н.С. Формирование и развитие сети научных учреждений СССР. М.: Наука. 1979.
9. Беляков А.А. План ГОЭЛРО в технико-экономическом контексте
эпохи. // «Альманах Центра общественных наук (МГУ)». 1998, № 7, с. 67—89.
10. Бердяев Н. Смысл истории // «Смысл творчества». М., 1989. 11 .Бердяев Н.А. Философия свободы. М., 1989, с. 39.
11. Бердяев Н.А. Человек и машина. // «Вопросы философии». 1989, № 2.
12. Бородкин Ф.М. Социальная политика: власть и перестройка. // В кн.: Постижение. Перестройка: гласность, демократия, социализм. М.: Прогресс. 1989.
13. Бронфенбреннер У. Два мира детства. Дети в США и СССР. М.:
Прогресс. 1976.
14. БрумбергА. Советология и распад Советского Союза. // Куда идет Россия?.. Альтернативы общественного развития. М.: Ас- пект-Пресс. 1995.
Булгаков С.Н. Христианство и социализм. // В кн.: Христиан
ский социализм. Новосибирск: Наука. 1991.
Бурдье П. Описывать и предписывать. Заметка об условиях
возможности и границах политической действенности. М.: Логос. 2003, No 4—5 (39).
Бурдье П. Оппозиции современной социологии. // «СОЦИС».
1996, № 5.
Бухарин Н.И. Избранные произведения. М.: Политиздат. 1988.
Бухарин Н.И. Избранные труды. JL: Наука. 1988, с. 256.
Вавилов С.И. О достоинстве советского ученого. Речь на выбо
рах суда чести АН СССР 21 октября 1947 г. // «ВИЕТ». 1991, № 2.
ВаловойД.В. Экономика: взгляды разных лет. М.: Наука. 1989.
Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. //В кн.:
М. Вебер. Избранные произведения. М.: Прогресс. 1990.
Вернадский В.И. Философские мысли натуралиста. М.: Наука.
1988.
Визгин В.П. Эксперимент и чудо: религиозно-теологический
фактор генезиса науки Нового времени. // «Вопросы философии». 1995, № 3.
