тут же наполнил его вновь
– Не думаю, что стоит делать большой перерыв между первой и второй.
Китти кивнула, они вновь выпили, после чего принялись за еду.
– Интересно как вы попали к Маунду? – поинтересовался Керм.
– Долгая и невесёлая история, только концовка хорошая.
– Вы раньше служили в подобных должностях?
– В штабе армии, потом был перерыв.
– Родила? – вмешалась в разговор Века и тут же поняла по лицу Китти, что ошиблась.
– Нет, я не хочу об этом говорить, давайте о другом.
И они начали болтать обо всем подряд, не возвращаясь к этой теме. Керм рассказывал, как работал в провинциальной газете и уходил в запои, когда оставался без работы. Он рассказал, как сам того не понимая, стал ценным сотрудником и объехал всю страну. Поведал он и о том, как ушла от него жена с детьми и как живёт теперь один, любя только страну и свою работу. Грустные истории пересекались с весёлыми рассказами из бурной молодости и трудовой деятельности Керма, который многое успел и многое повидал. Века же с придыханием рассказывала о своих романах и знакомствах, Китти узнала, как какой-то офицер обещал забрать её к себе домой после войны, что у него большой дом и, что он очень обеспеченный человек и сможет исполнить все её капризы. После долгого рассказа про все достоинства этого человека Века подытожила, что он полный мудак и просто пользовался ей и именно по этому она имеет право пользоваться мужчинами для получения своих выгод. Вскоре градус алкоголя ударил Китти в голову и она начала рассказывать своим новым друзьям про Марка, Гинзу-3, Ирк и Аппор. Керм и Века слушали с придыханием и изредка переспрашивали, каюта наполнилась алкогольным ароматом вперемешку с сигаретным дымом.
– И всё-таки этот капитан редкий мудак. – подытожила Века, имея в виду Чака Зита. – Как и все мужики. Прости Керм, я не про тебя, – тут же поправилась она.
– Как зовут капитана, напомните, пожалуйста, – заплетающимся языком спросил Керм.
– Чак Зит, – ответила Китти, это имя она запомнила хорошо.
Керм задумался, и лишь докурив сигарету и раздавив в пепельнице окурок, он начал говорить, глаза его были пьяны, речь невнятной.
– Я, я слышал это имя. Я писал статью, будучи на северном фронте, мне довелось вести беседу с одним ветераном войны в Анбарских княжествах, хороший мужик, много видел и знает. Инвалид, его после плена и пыток комиссовали, вот он теперь распределяет провинившихся солдат, кого в ШРОНы, кого в лагерь, кого в штрафники. Рассказывал мне про одного дурака, что полез за линию фронта, дабы ограбить медивский склад и попал в засаду, все кто с ним был, погибли, а он жив остался. Это случилось за день до моего визита в город Крупп, который наши с тяжёлыми боями отбили у неприятеля. Так вот этот дурак и был Чак Зит. Может и не он, но имя на слуху было, могу и ошибаться конечно.
– Если это он то и поделом ему, карьерист проклятый, также Китти? – таким же пьяным голосом сказала Века. – Я же говорила, мудак.
– Я простила его, он хоть и сволочь, но…
– Что но? Сволочь и всё! – перебила её Века и, допив остатки настойки, закрыла глаза и тут же уснула.
– Нам, наверное, пора, – сказал Керм и, взяв спящую Веку на свои руки, понёс её к себе в каюту. – Был очень рад с вами пообщаться, Китти Лина. Всех благ вам. Ложитесь спать. А то скоро рассветёт.
Совет был верный, стояла уже глубокая ночь, Киттины глаза уже смыкались, не наводя порядка, она упала на кровать в одежде. Сон быстро овладел её телом, и вот она уже была не на корабле, а дома, в своей кровати, а где то возле уха урчала кошка Ара.
***
Утро наступило рано. Китти проснулась от раскатистого гула залпов корабельных орудий. Всё, что стояло на столе с грохотом покатилось на пол и стаканы и бутылка, и прочая посуда. У девушки страшно болела голова, хотелось пить и спать, но нарастающий гул канонады не давал ни сомкнуть глаз, ни прийти в себя. Она с трудом добралась до раковины и умыла лицо холодной водой. В зеркале ей показалось помятое лицо с красными глазами и взъерошенными волосами. В каюту ворвался солдат, и громко закричал, пытаясь перекричать гул.
– Лейтенант Китти Лина! Вас срочно вызывает генерал Маут. Пойдёмте со мной.
– Хорошо, только дайте привести себя в порядок.
– На это нет времени. Пойдёмте.
– Вот дрянь, – выругалась Китти, поправляя свою измятую форму.
Только выйдя на палубу, в глаза девушки тут же ударил яркий свет, что ослепил её на несколько секунд, но уже спустя несколько мгновений она могла разглядеть, что творилось вокруг. Вся эскадра, выстроившись в боевом порядке, нещадно поливали беркский берег огнём. Стоял сильный шум и в нос бил едкий пороховой запах.
Маунд стоял на палубе с ульянским генералом. Как только он увидел Лину, глаза тут же округлились, стали серьёзными, даже злыми. Китти понимала, что сейчас будет трёпка и морально приготовилась выслушивать поучительные речи начальника.
– Это, что за вид? Лейтенант Лина? – возмутился Маунд, ульянский генерал тут же удалился.
– Простите, товарищ генерал, я вчера имела неосторожность выпить с сотрудниками министерства информации. Больше такого не повториться. Я обещаю. – Киттины глаза были как у шкодливого ребёнка и смотрели Маунду в ноги.
– Я распоряжусь этих двух алкоголиков выбросить за борт, чтоб добирались домой вплавь. А если увижу вас в таком состоянии, то отправитесь следом за ними. А теперь бегом приводить себя в приличный вид. Вы моё официальное лицо, а сейчас вы больше похожи на попрошайку. – Маунд без сомнения был зол, но не настолько, насколько бы следовало. К Китти он относился снисходительно.
– Товарищ генерал, а ваше обращение?
– Я передумал с ними говорить, пусть говорят пушки!
– Что делать с обращением?
– Оставьте себе на память и приведите себя в порядок наконец-то!
Маунд получил из штаба новый приказ, Мурзан потребовал начать немедленный штурм Исумира без переговоров и лишнего промедления. Армия генерала Маута требовалась на брелимском участке, где разгорались кровопролитные бои.
Генерал Вел Шапт командовал ульянской армией и являлся советником Маунда, чего последний не мог терпеть в ввиду жуткой неприязни ко всей нынешней власти Ульяна. Он был штабным генералом и войну видел лишь на полигоне и от того был крайне неловок в его новой роли. Он подошёл к Маунду и, постояв минуту молча, спросил.
– Товарищ Маут, как вы предполагаете, удастся ли нам овладеть берегом сходу?
