Фоменко не скрывал сожаления по поводу высказывания Сагаши. Он и сам понимал, что наука, особенно медицина, постоянно балансирует на грани между этикой и профессиональным интересом. Банальное понятие о монете и её двух сторонах, как никогда было актуально именно сейчас.
— Я могу добиться, чтобы «New Generation Research» участвовала в разработках по программе, — после паузы сказал Сагаши. — Это новые возможности и средства. После смерти учителя компания нуждается в свежих идеях. А в Бэйвиле есть прекрасная база для этого.
— Что ж, идея хорошая, — подтвердил Андрей. — Я изучу все материалы и соберу совет директоров.
— Я рассчитываю возглавить один из проектов, — серьёзно сказал Сагаши и прислушался к мыслям Фоменко. — Молодость не тот пункт, который мы будем обсуждать. Я знаю свои способности и не сомневаюсь в собственных возможностях ни на йоту.
— Хорошо, — ответил Андрей. — И это мы тоже обсудим на совете директоров.
Выходя из кабинета, Сагаши отчётливо слышал мысли Фоменко, понявшего, что молодой японец готовится занять место покойного гения. Удивлённый открытием молодой человек хотел проникнуть глубже в мысли Андрея, но как только кабинет закрылся, энергетический фон учёного исчез. Парень посмотрел на чудо-дверь.
— Отец, Фоменко умеет читать мысли? — спросил Сагаши старшего Нузама.
— Я не знаю, — последовал безэмоциональный ответ.
После собрания старейшин, Артур поздравил Арнольда с победой. Три голоса против одного, и одного воздержавшегося, показали, что тандем врач — шериф имеет право на существование. Расставшись с другом у клиники, Артур вернулся в участок, проверить электронную почту. После прочтения сообщений, перед тем как закрыть программу, его взгляд упал на строку, где читалось имя Александра Фостана, а заголовок гласил:
«На всякий случай, от Джоша Фостана, по поводу нашей встречи».
«Джош, ничего личного», — подумал шериф, кликнув ссылку. В приложении к письму были добавлены два графических файла. Шериф собирался закрыть окно, но почему-то нажал на значок вложения. В отдельной программе открылись фотографии двух русских парней.
— Чёрт, — выругался Артур, — надеюсь, они последовали моему совету убраться из города.
Вспомнив, что за последние часы ничего не слышал о приезжих, шериф успокоился и вышел из кабинета. По принципу «Дураки легки на помине», у табачной лавки он увидел две знакомые фигуры.
— Серый, глянь, опять этот коп, — дёрнул друга за рукав Виталий. — К нам идёт.
— А ты не парся, — последовал ответ. — Нам ничего не грозит. Мы же ничего не натворили. Америка — свободная страна, где есть клеевые законы, хе-хе.
Предусмотрительно поздоровавшись, ребята заметили, что во взгляде шерифа мелькнула тень сомнения. Попросив документы, тот задал дежурный вопрос:
— Что вы до сих пор делаете в моём городе?
— Просто отдыхаем, — ответил Сергей. — Это запрещено?
Артур хотел ответить грубо, но счёл это лишним. Два молодых человека имели все необходимые бумаги и не были замечены ни в чём противозаконном, по крайней мере, в его владениях. «То, что Фостан предупреждал о возможной опасности, могло быть игрой экстрасенса за место в совете», — счёл шериф.
— Где вы остановились? — снова спросил Артур, возвращая документы.
— В гостинице какой-то фирмы, медицинской…
— Вы что, участвуете в эксперименте? — удивился шериф.
— Это он что, про сперму? — спросил Виталий по-русски.
— Мой друг ради науки опустошил свои яйца, — быстро найдясь, схохмил Сергей. — В нём почти не осталось тестостерона.
— Ладно, юмористы, отдыхайте, — пожелал Артур.
В этот момент к ним подбежал Сагаши:
— Мистер Министи, помните меня?
— Нузама младший! — обрадовался шериф. — Ты вернулся в город?
— Да сэр, что-то не так с ребятами?
— Вы знакомы? — уточнил Артур.
— Я привлёк этих молодых людей для наших работ, возможно в скором времени Бэйвиль станет центром больших событий.
Сагаши уловил напряжение в мыслях шерифа.
— Бэйвиль тихий, незаметный городок, мне бы не хотелось делать его чем-то супер известным…
«Вот в чём была причина борьбы на совете», — понял Сагаши и поспешил успокоить полицейского:
— Не в смысле наплыва людей, сэр. Я имел в виду науку.
Артур довольно улыбнулся, похлопал высокого черноволосого парня по плечу:
— Развлекайтесь.
Сергей смутился, уловив в ответе Сагаши подозрительные нотки. Не зная, что японец уже считал все его мысли, парень спросил:
— Что за работы?
— Компания, где вы вчера были, занимается исследованиями в области медицины, — пояснил Сагаши. — Вы стали частью эксперимента.
— Я думал, что это банк спермы, — вставил Виталий.
— Почти, — подтвердил Сагаши. — Но это вас не должно волновать.
— Подожди, — Сергей решил всё выяснить сразу, — если мы сдали сперму, не будут же из неё делать кирпичи.
Сагаши ещё не встречал подобного волнения. Обычно, люди сдающие семя не тревожились по поводу дальнейшей судьбы своего материала. Слил, получил деньги и пошел на все четыре стороны. Что волновало русского парня, ему было не совсем понятно. Даже читая мысли, Сагаши не мог уловить истинную причину тревоги Сергея.
— А в чём дело?
— Ну это дети… Так?
— Не факт, — ответил Сагаши.
— В смысле?
Японец подумал, что понял причину волнения Сергея:
— Ты хочешь знать подробности работ? Это сложная программа, связанная с очень замысловатыми терминами и понятиями. Скажем, в лаборатории изучат твой материал и выяснят, что в твоём организме не так, что-то вроде этого.
— А дальше?
Сагаши снова был озадачен. Мысли русского парня менялись неожиданно, протекая в непривычно алогичном русле. Человеческая натура японца отказалась участвовать в этой головоломке, уступив место любознательности учёного.
— Дальше… Дальше не знаю ещё. Всё будет зависеть от качества представленного материала.
— Веталь, — обратился Сергей к другу по-русски, — я же говорил, что америкосы не такие как все.
— Он же японец, — удивился друг.
— Какая разница, у них что африканцы, что азиаты — все американ, чёртов африкан или эйжен, — Сергей глянул на Сагаши, продолжив по-английски: — Прости, мы в курсе политкорректности. Азиан-Американ, конечно круто. Ты только скажи, дети у меня будут?
Сагаши перебрал несколько вариантов ответа, не зная, что хочет услышать Сергей. В голове парня он читал только мысли о деньгах, визах и виде на жительство. «Никогда бы не подумал, что на земле, у одного вида могут быть различно мыслящие существа!» подумал японец.
