– В любом случае уже поздно, – заявил маг. – Уже свершилось. Сэр Баннистер, сытый и довольный, спит, а где, позвольте вас спросить, труп нашего горячо обожаемого Гарри? Угадайте с трех раз!
Роксбридж и Мэри-Джейн посмотрели и убедились, что на том месте, где лежало тело хозяина дома, оно больше не лежит.
– Разве драконы едят повелителей? – дрожащим голосом поинтересовалась ведьма.
– Нет, конечно. Будь не так, какие тогда из нас повелители? Но человек и его труп – это совсем разное. Особенно с точки зрения дракона. Кстати, никто не слышит шагов?
– Чьих? – осведомился стряпчий.
– Призрака, – пояснил маг. – Если повелитель драконов заканчивает свой жизненный путь в желудке одного из них, его душа не может найти успокоения рядом с Сатаной и, неприкаянная, бродит по земле. Это все знают.
– Джо, ты уверен, что призраки и неприкаянные души – это не мистические бредни?
– Не бойся, любимая. Скоро рассветет, как ты уже сказала, а с первыми лучами солнца привидения исчезают. Но ты привыкай. Жить мы будем в этом доме, а как изгнать из него мятущийся дух Гарри, я не знаю. Магия против призраков бессильна. Придется смириться с таким соседством.
Шаги теперь слышали все. Размеренные, четкие шаги, и они явно приближались. Наконец, из непроглядно-черного проема двери в свет факела шагнул призрак. Вопреки расхожему представлению об этих существах, он не скользил, а шел походкой уверенного в себе человека. Это явно был Гарри, но пребывание в ином мире наложило на его облик инфернальные черты. Глаза излучали неземной свет, причем отнюдь не добрый, волосы соломенного цвета стояли дыбом, а исходивший от него запах содержал аромат серы.
– Что вы делаете в моем доме? – остановившись, гневно поинтересовался призрак загробным голосом.
– Я сейчас упаду в обморок, – предупредила Мэри-Джейн. – Никогда не падала, а сейчас упаду. Только перед этим скажи мне, Джо, откуда на Гарри взялись волосы? Он же был абсолютно лыс!
– Климат в Аду весьма способствует росту волос, – авторитетно пояснил Джозеф.
– Но они же должны быть седыми! А они – совсем как у молодого.
– Я пришел указать на своего убийцу! Это он! – продолжал тем временем Гарри, направив светящуюся руку с указующим перстом на Джозефа. – Смертью отблагодарил он меня за всю мою доброту!
– Все это сильно смахивает на глупую постановку дешевых комедиантов, – заявил Роксбридж.
– Весь мир – театр, – сообщил ему Джозеф. – В данном случае – одного актера. Старый пень решил изобразить призрака. Нанес светящуюся косметику, нацепил парик, подобно дешевой шлюхе, и обсыпал себя порошком серы. А зачем он это делает, ума не приложу. Наверно, потому, что старый пень.
– Гарри, так ты живой! – обрадовалась Мэри-Джейн. – А действительно, зачем ты все это делаешь?
– Я хотел узнать, как ко мне относятся на самом деле, – смутился старик.
– Теперь знаешь. Тебе от этого что, легче стало?
– Да! Теперь выяснилось, что и ты, и Барт, и Боб меня ни во что не ставите! А я думал, что вы – мои друзья! Что вы обо мне говорили, когда думали, что я мертв? Это же просто ужасно!
– Гарри, неужели ты думал обмануть Боба? Он видел мертвых тел больше, чем любой копатель могил. Мне вот интересно, если бы он их не исцелял, они бы выжили? А я твои глупые мыслишки прочитал, когда Барт привозил сюда Боба и мистера Роксбриджа, и дракона поблизости не было.
– А почему баба не распознала липу? Она ведь тоже якобы целительница.
– Потому что Мэри-Джейн людей в основном спасает, и трупов она видела значительно меньше, чем Боб.
– Нет, ты ничего не понимаешь, Джо! До нее не дошло, потому что она баба!
– Похоже, Джо прав, и ты, Гарри, действительно старый пень, – вздохнула ведьма.
– Ах так? Ну, я вам сейчас покажу! Мистер Роксбридж, доставай перо и бумагу, будем составлять новое завещание! Пиши: все мое имущество, движимое и недвижимое, после моей смерти переходит к…
Стряпчий старательно записывал, а Джозеф и Мэри-Джейн тихонько выскользнули из драконюшни, забрались в кровать Гарри (постель Мэри-Джейн предварительно сменила) и чудесно провели время вплоть до полудня.
* * *
Барт, отъявленный и, можно сказать, профессиональный бездельник, обычно спал до полудня. Но в это утро ему пришлось подняться ни свет ни заря, несмотря на то что полночи он, вместо сна, мотался на драконе по разным концам столицы. Юноша чувствовал, что не следует приглашать в гости Роберта, но тот так ловко напросился, что выбора не оставил.
Толком еще не рассвело, а целитель уже успел проснуться, заправить постель, привести в порядок себя и одежду и облачиться в нее, приняв свой обычный элегантный вид. Те, кто встречал его впервые, даже не сомневались, что перед ними богатый аристократ, причем не исключено, что королевских кровей. На самом деле Роберт был сыном двух нищих черных магов, живущих на вспомоществование ордена и хорошо освоивших только два занятия: производить на свет детей и пропивать жалкие гроши пособия.
Всего у этой пары пережило младенчество семнадцать потомков обоего пола. Всех приняли в академию с оплатой обучения в кредит, и все после ее окончания зарабатывали достаточно, чтобы без труда расплатиться с орденом. Трое ясновидцев, два неплохих целителя, остальные – боевые маги средней силы, все они нашли себе занятие по душе, хотя уже сейчас боевых магов осталось в живых всего четверо, а война продолжалась. Что ж, они знали, на что шли – всех пленных магов и ведьм противник отправлял на костер как пособников Сатаны, невзирая на то, действительно ли им попался сатанист или перед ними ревностный христианин.
Роберт тоже был не прочь вступить в королевскую армию, там ему платили бы в несколько раз больше, чем он зарабатывал в столице. Сказать, что целители его специальности на войне востребованы, – это ничего не сказать, и король в таких случаях отнюдь не скупился. Но против этого категорически возразила жена, заявившая, что ей нужен живой супруг, а не королевское пособие вдове доблестно погибшего воина.
Можно было подумать, что этот маг представляет собой исключительно скопище достоинств, но по меньшей мере один недостаток у него был – Роберт вставал очень рано и, более того, считал, что и окружающие должны следовать его примеру. Даже если они, подобно Барту, категорически не желали этого делать.
– Просыпайся, лентяй, – предложил он юному магу, менее всего желавшему воспользоваться этим предложением. – Солнышко поднялось, вставай, быть может, сегодня тебя ждут великие дела! Рано вставать полезно, это я тебе как целитель говорю!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
