— Скоро и мы такими же станем, — со вздохом признала она и перетекла в положение задумавшейся цапли на одной ножке.
Как ни странно, то ли отчаяние по поводу своей полной бесталанности, то ли именно расслабленность помогли — корпевший над свитком от звездочёта Лен завздыхал-заёрзал и четырьмя пальцами изобразил над своей макушкой нечто. Славка мысленно влепила себе затрещину, ведь и в самом деле у чёрной цапли имеется этакий кокетливо растрёпанный хохолок из нескольких длинных перьев…
Главный городской чародей полночи подглядывал за бесстыже демонстрировавшими свои прелести звёздами и прочими светилами, и соответственно, до обеда бессовестно проспал в своей пристроенной над лавкой с волшебным барахлом комнате. Но совет его показался хорош: в такой буран лучше никуда не ехать. Это вам не горы и леса! В здешней ровной как стол степи, где не найти ни ориентиров, ни укрытия, так просто сущая погибель…
Моряк коротал время за тем, что разложил прямо на льняной скатерти весь свой немалый арсенал и чистил его. А что, вполне здравый флотский принцип — коль работы нет, занимайся ремонтом и прочим наведением порядка. Вот и блистала тускло на столе солидная коллекция всяких очень и весьма смертоубийственных изделий. Давешняя шпага, которую после знакомства с дублёной шкурой ведуна пришлось снести к кузнецу. Положенный по табелю о рангах уставной кортик, по мнению Эльфире более похожий на короткий меч. Компактный абордажный арбалет, во избежание порчи от сырости сработанный из особого железа и кости. И наконец, складной матросский нож, который даже в сложенном виде можно было использовать в качестве массивного шипастого кастета.
Вот уж эти несносные мужчины…
— Да, тоска просто зелёная, — покладисто признал Марек и пристально осмотрел каждый дюйм отполированного до зеркальной ясности клинка.
Поскольку теперь вроде бы должна была последовать реплика от куртизанки, взгляды поневоле сошлись на ней. Но коварная Эльфире не спешила отвечать. Застыла словно полудрёме, и взгляд из-под полуприкрытых (или полураскрытых?) ресниц притягивал лишь огонь в очаге. Ну всё яно, опять паузу взяла. Тянет её, как сыто-ленивого тигра за усы — недостаточно сильно, чтобы разъярить; но и не настолько слабо, чтоб не замечать.
Ну её, выбражалу… Лен вернулся к записям и своим непростым думам. Нет, тут с налёту не сообразишь. Четыре основополагающих стихии? Пресловутые огонь-воздух-земля и вода — что ж, это не ново и вполне понятно. Но уж слишком, как бы это попроще выразиться, притянуто за уши. Мысленно парень попытался сопоставить их компанию, тоже состоявшую из четверых, с первоосновами и усмехнулся.
Марек хоть и ходит по морям, однако безусловно земля. В смысле камень, такой же крепкий и надёжный парень. Полуэльфка однозначно воздух — такая же непостоянная, неверная и изменчивая. Славка? Вода пока что. В какой сосуд нальёшь, такой формы и будет… а что дальше из этого несносного ребёнка вырастет, там видно будет. Но тогда для себя остаётся огонь?
Ведун усмехнулся. Нет, не огонь. Уж тот пожирает всё, что к тому пригодно и до чего он может дотянуться. А сила жизни именно в жизни, в зарождении и рождении, в изменчивости и присобляемости — вот в этом она упряма и непреклонна. Нет, глупости это всё!
И всё же, отданные краткие записи, как поджав губы выразился звездочёт, для дилетанта — поражали своим блеском даже сейчас, завораживали, манили и смущали скрытыми смыслами и обещаниями. Чувствовалось, что исписавший убористым почерком немаленький свиток не просто талант. И не просто профессионал… он действительно чуток не от мира сего. Живёт именно что среди звёзд, мыслит их категориями — и для него каждый завиток судьбы имеет явное или неявное отражение там, где взгляд простого смертного видит лишь пёструю россыпь цветных точек в чёрной бездне.
Всякое действо или бездействие исполнено тайного, непонятного непосвящённым смысла. Тронь то или не позволь это — и через некоторое время откликнется так, что мама помогай. Главное знать и уметь. Ну, ещё хоть немного чисто магических способностей, дабы видеть недоступное просто взгляду и внимать неслышимому просто ухом. Да, король со старикашкой-Архимагом таки непростые парни, раз сослали этого крепкого и ещё нестарого чародея именно сюда, в пограничье. Вот она, настоящая сила — а не яркие фокусы вроде файрболлов или волшебных молний!
И молодой ведун проникся к здешнему волшебнику уважением пуще прежнего. Да уж, такой вроде толкового игрока в шахматы — у него всё на десяток ходов вперёд всё расписано и заготовлено. Звёзды подсказывают, планеты советуют, а кометы дули крутят и хвостами вертят… Лен усмехнулся — какие ж глупости сдуру в голову лезут! Он ещё раз окинул взором строгие рядки формул, простенькие, от руки, чертежи и содрогнулся. Да уж, непросто это, однажды вдруг понять, на каких же совсем отличных от привычных принципах зиждется сама наша жизнь…
Поскольку Эльфире по-прежнему блаженно щурилась в огонь и тянула свою уже становившуюся невыносимой паузу, моряк с тоски протирал смоченной в льняном масле тряпицей свой смертоубийственный арсенал, а Славка исходила пыхтением и паром из ушей, то Лен поднялся от своего краешка стола.
Эх, как же приятно потянуться вот так, с хрустом, ощущая своё крепкое и здоровое тело! Если б ещё новая одежда, купленная Славкой после той дурацкой дуэли, не смущала своей непривычностью…
— Не знаю, кто как, а я пойду пройдусь. Голова уже совсем одурела, — выдохнул он и неспешно принялся набрасывать на плечи свой плащ — единственно потому тот и уцелел, что перед началом дуэли хозяин его скинул с плеч.
Однако не успел Лен затянуть шнурок, как мгновенно оставившая свои самоистязания Славка тут же навострилась тоже пойти подышать свежим воздухом. Парень сделал вид, что не заметил воровато брошенного ею взгляда в сторону оставшихся двоих, в который девушка вложила такую мощную просьбу СИДЕТЬ!, что даже странно было — как ту парочку просто не пригвоздило к своим местам.
Пришлось в качестве весьма здравого отвлекающего маневра напомнить оставшимся в тепле, чтоб Скарапею сегодня больше не кормили — она, змеюка, нынче здоровенную крысу в погребе изловила. Как бы у животины несварения желудка от того не приключилось…
Посох привычно занял своё место в руке хозяина, и Лен неторопливо направился к выходу. Тут он чуть не столкнулся с суетливо пробегавшим по своим делам хозяином. А поскольку пресловутая народная молва и вездесущие кумушки, похоже, во всех местах одинаковы, то уже весь город знал о роли заезжих путешественников в ночных событиях. Потому у парня с мужчиной состоялся важный, почтенный и квалифицированный диалог… который не запомнился самому Лену абсолютно ничем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
