Она едва успела замести за собой следы и удалить оригиналы. Еще бы пол часа, и девушка покинула бы общежитие...
Но так некстати обнаруженное тело профессора, спутало ей все планы...
Рита опустила голову на сложенные на столе и скованные наручниками руки и мысленно выругалась. Это не её профиль. Она не должна была заниматься такими вещами. У неё просто не было достаточного количества опыта в подобном.
Но, приказы Фонда не обсуждаются.
Девушка вздохнула и попыталась успокоиться. Металлическая поверхность стола была приятно прохладной. Она успокаивала. Давала хоть сколько-то осязаемое чувство реальности происходящего, так необходимое ей сейчас.
Том так и не пришёл.
Сейчас, уже спустя три часа после того, как её схватили, Рита ругала себя за секундную слабость. За то, что поддалась панике и позвонила ему. Под угрозой оказаться в руках местных безопасников, это была единственная мысль, которая пришла ей в голову в тот момент. Глупая. Нелогичная и бессмысленная мысль о том, что Райн снова сможет защитить её. Спасти от происходящего точно также, как сделал это на гибнущей и разваливающейся станции.
Рита помнила их первую встречу, два года назад. Когда девушка только прилетела на Траствейн для перевода в Прайденский астрофизический университет. Сколько сил и средств было потрачено на то, чтобы обеспечить ей грамотную и «непробиваемую» легенду. Гениальная студентка с Сигмы Орихалки, которая получила возможность попасть в одно из лучших учебных заведений в галактике...
И ведь было не только это.
Привлечь внимание Отиса оказалось не так просто, как она на то рассчитывала. Этот яйцеголовый ценил в женщине, да и в любом человеке в целом лишь одну, единственную часть. Мозг. На остальное ему было по большому счёту наплевать. Если ты не отвечаешь его высоким требованиям, то он даже и не посмотрит в твою сторону. В итоге всеми правдами и неправдами, Рита добилась того, чтобы учёный её заметил и девушку включили в состав научной группы, которая работала с Отисом. Это было не очень сложно, учитывая, что, как научный сотрудник Рита на голову превосходила остальных студентов.
В конце-концов образ весёлой и беззаботной студентки, который она поддерживала всё это время, был лишь оболочкой. Шелухой. Даже само её имя было фикцией.
Почти.
Ведь настоящая Рита Фарлоу, девочка с Сигмы Орихалки, давным-давно была мертва...
В который раз Рита задавалась одним и тем же вопросом. Спас бы её тогда Том, знай он всю правду про неё?
Рискнул бы он тогда ради неё своей жизнью — ради такой, как она?
Свет в помещении моргнул и переключился в аварийный режим. Из динамиков разнеслись звуки тревожных сирен, какие обычно можно было услышать при пожаре.
Замок на двери ведущий в её камеру, неожиданно мигнул и щёлкнул. Внешние индикаторы сменили свой цвет с красного на зелёный. Как и каждый раз до этого, когда приходили люди из городской СБ.
Вот только когда дверь открылась, Рита увидела не очередного верденского безопасника, а высокого и незнакомого ей мужчину в деловом костюме.
Незнакомец смотрел на неё всего секунду, но за это время она успела заметить мелкие, едва бросающиеся в глаза детали. Такие, как крошечные капли крови, впитавшиеся в рукава его костюма. Чуть растрёпанные волосы. Холодные и механические движения его зрачков. Мужчина посмотрел на её руки, которые были скованы наручниками. Уже через мгновение те моментально щёлкнули, когда их электронные замки открылись и бесполезные кандалы упали на стол.
— Вставай, Фарлоу, мы уходим.
— К... — Рита облизнула губы, чувствуя, как страх коготками скребёт у неё в душе, — Кто вы?
— Тебе этого знать не обязательно, — отозвался он. — Фонд принял решение о прекращении твоей работы. Но ты можешь звать меня Нойнер.
Упоминание Фонда оказало практически моментальное воздействие. Будто кто-то вколол ей шприц с адреналином, вонзив иглу прямо в сердце. Рита вскочила со стула, на котором сидела и бросилась к выходу раньше, чем сама осознала это.
— А как же остальные? Они...
— Они более не твоя забота, — процедил Нойнер и схватив девушку за плечо стальной хваткой, буквально выдернул в коридор и потащил вслед за собой.
Лишь в последний момент перед тем, как он затащил Риту в кабину лифта, девушка успела бросить взгляд назад.
И то, что она увидела, повергло ее в шок. Полный растерзанных тел коридор. Двери, ведущие в другие камеры, где находились остальные студенты, были открыты, а пол залит кровью тех, кто встал на пути этого мужчины.
— Вы... Вы всех убили! Зачем?! Это было не обязательно...
Нойнер грубо впихнул её в лифт. Он не нажал ни единой кнопки, но кабина лифта послушно закрыла двери и двинулась по шахте.
— Исследования доктора Отиса противоречат политике Фонда, — отрезал он, — слишком поспешны. Мне был дан приказ на устранение всей группы.
— Но эти данные были не только у него, — запротестовала Рита, — первичные данные забрали люди из верденского флота. И профессор отправлял программу исследования на Траствейн...
— Всё это не важно, — Нойнер моргнул и перед его глазами развернулась схема здания, — банки данных университета мы вычистим и позаботимся, чтобы там не сохранилось данных о его программе. То, что сохранилось в базах данных верденского флота, даже если мы не сможем добраться до них — не сыграет большой роли. На то, чтобы повторить пройденный профессором путь у них уйдёт слишком много времени.
— Но, как же...
— Замолчи.
Одно единственное слово.
Сказанное спокойным, почти легкомысленным тоном, оно, тем не менее, погрузило кабину лифта в абсолютную тишину, нарушаемую лишь едва слышными звуками работы лифтовых механизмов. Рита практически кожей чувствовала опасность, исходящую от стоящего рядом с ней мужчины. Будто к её шее приставили бритвенно острое лезвие. Девушка с трудом проглотила застрявший в горле ком. Этот мужчина не сделал ни единого угрожающего движения. Просто стоял, с холодным взглядом наблюдая за тем, как сменяли друг друга числа на вмонтированном в стенку лифта дисплее. И всё же, сейчас, как никогда раньше, она ощущала дыхание смерти на своей шее.
Это ощущение было в сто крат острее, чем тогда, когда она находилась на гибнущей и разваливающейся на части станции.
Нойнер чуть повернул голову и посмотрел на неё.
— Всё это — результат твоей некачественной работы, Фарлоу. Тебе следует сказать спасибо за то, что с тобой не поступили также, как и с остальной частью группы. Только лишь из-за тех знаний, что сейчас находятся в твоей голове,
