нотка вниз, словно упала.
Погорелов подождал минут десять, несколько раз набрал безответный номер Светланы и решил выйти на воздух: находиться в этом орущем пространстве он больше не мог. На улице хорошо припекало солнце, ветер приносил из ближайшего пролеска ароматы хвои, сладкие нотки каких-то цветов, и вокруг царило полное спокойствие. Сейчас Погорелов вспомнил о Кире и вдруг осознал, что в тот миг знакомства с девушкой, ему было точно так же хорошо, как сейчас. Краем глаза Сергей зацепил выбежавшую из лесополосы женщину, он встал навстречу, подумав, что это Светлана, но заметив слёзы и корчивший гримасы страха рот, быстро пошёл навстречу.
— Вы кто?! — крикнула женщина. — Не приближайтесь! — завизжала она.
— Я из полиции, — быстро сказал Погорелов. — Что случилось?
— Там, — икая и крестясь, крикнула женщина. — Там! Лежит на земле… Кровь везде!
Сергей бросился в указанном направлении, пролетел десяток метров по узкой тропинке и остановился возле наспех спрятанного в кустах тела. Кровь ещё не успела свернуться, и по всему было видно, что нападение произошло совсем недавно.
— Света? — услышал он испуганный голос позади себя. — А я услышала через приоткрытое окно. Я крики услышала, — сказала женщина из студии.
— Это Хворостина? — быстро спросил Погорелов.
— Да, — тихо уронила женщина.
Несколько секунд подумав, Сергей быстро набрал Лисицыну, позвонил в местное РУВД, и через пятнадцать минут пространство вокруг занервничало, закружилось в тревожной дымке напряжения от снующих во все стороны полицейских.
— Что здесь, Серёжа? — первым делом спросила прибывшая на место Анна.
— Ну, так как совпадения слишком частыми стали, то я считаю, что Катю, которая в магазине работает, нужно срочно взять под охрану, — Погорелов сосредоточенно пересказал Лисицыной предшествующие трагическому моменту события.
— Здравствуй, Анечка, — сказала Нинель Павловна, проходя мимо. — Кто следователь на месте? Ты?
— Да, — задумчиво отозвалась Лисицына. — Я через минуту подойду. Ладно, Серёжа, в управлении всё подробно распишем, — набрав номер, она дождалась, пока ответит Глаша, и сказала: — Я не знаю, как ты это сделаешь, но Катю нужно привезти к нам. И учти, пожалуйста, что она боится полицейских. И под контроль её нужно взять немедленно, к вам в помощь сейчас выдвинутся несколько людей Ковбойкина.
* * *
Глафира вышла на нужной остановке, посмотрела на замолчавший телефон, перевела взгляд на Артёма и задумалась.
— Проблемы? — спросил молодой человек.
— Ну да. Нужна машина срочно. И ещё нам нужно как-то девушку уговорить с нами поехать, учитывая, что она немного, — Глаша осеклась, подбирая слова, — не в себе, что ли.
— С машиной решу. А девушку можно попробовать убедить с помощью человека, которому она доверяет, — быстро сказал Артём.
— Точно! Мать пропавшей. Как же её, — нахмурилась Глаша, — сейчас я ей позвоню, а вы решите пока с автомобилем.
Буквально через несколько минут Глаша с Артёмом уже ехали в полностью заваленной всякой снедью машине, весёлый балагур-водитель рассказывал местные небылицы, постоянно смеялся и смолил жутко вонючую папиросу.
— А я чё? А ничё! — поминутно повторяя любимую присказку, говорил он. — Я-то за продуктами езжу, меня начальство-то ценит. Так я с города еду, и когда электрон подъезжает, я сразу к перрону, если по дороге. Всё копейка, моей Леське на трусы и помаду.
— Вы слышали, что у вас здесь девушки пропадают? — в лоб задала вопрос Глаша, понимая, что прятаться бесполезно и нужно добыть хоть какую-то информацию.
— Куды? Сами наверняка ходули навострили. У кажной контры с родаками были или с мужиками. А у нас же теперь модно стало к психологам всяким бегать.
— В смысле? — не поняла Глаша.
— Ну баба к нам одна стала приезжать. Рекламу дала в группах, типа психолог для жертв домашнего насилия. А кто их там насиловал? Если родители ремнём по жопе протянули, то это значит было за что. А то юбки задерут, сиськи отрастят и ходют по посёлку, а мы-то все не железные, — зло буркнул мужик. — Приехали. Вам куды?
— К магазину, — быстро сказала Глаша, фиксируя информацию. — Артём, подожди меня на улице.
Проскочив по ступенькам, Глафира сразу направилась в отдел, где Погорелов встретил Катю. В магазине было пусто и тихо, слышалось только жужжание мух и неисправного вентилятора, а дверь в подсобку была приоткрыта. Глафира быстро огляделась, набрала Артёму сообщение, а сама пошла в виднеющийся за прилавками коридор.
Везде было тихо и безлюдно, только где-то вдалеке слышался грохот разгружаемой машины.
— Ну что? — спросил появившийся со стороны чёрного хода Артём.
— Не знаю. Ничего. Никого, — Глафира набрала мать пропавшей девушки, но на долгие гудки никто не отвечал. — Я попросила встретиться с нами здесь, — девушка стала открывать двери в подсобки, но везде был лишь бардак, валялись какие-то ящики и гниющие овощи. — Нет нигде, — выдохнула она.
Металлический звук в другом конце коридора заставил Глашу замереть. Они с Артёмом несколько секунд прислушивались, потом начали осторожно продвигаться к месту, откуда теперь слышался шёпот. Артём, дойдя до лестницы, ведущей вниз в темноту, движением руки остановил Глафиру, а сам стал спускаться. Через несколько секунд молодой человек вдруг странно замычал, потом закричал, а вдогонку за его воплем послышался женский торжествующий крик:
— Вот тебе, паразитина!
— Остановитесь, — заорала Глаша, бросаясь вдогонку, — это я, Глафира, я вам звонила. Это наш сотрудник.
Спустя несколько минут в одном из складов расположились Артём с синеющей кожей вокруг глаза, насупленная Катя и несколько смущённая Ольга Санна.
— Простите, молодой человек. Я же не знала, — она явно подбирала приличные слова, чтобы не сбиться на приличествующую ситуации брань.
— Ну ничего, первое боевое ранение, — усмехнулся Артём. — А чем вы меня?
— Так это… шваброй, — повела плечом женщина.
— Оружие для славы, конечно, сомнительное, — усмехнулся мужчина.
— Так! Ольга Александровна, как и договаривались, — Глаша сделала большие глаза, — вас с Катей сейчас отвезут на беседу. Да?
— Да, да. Катеньку я уговорила, она понимает, что нужно.
— Ольга Александровна, — Глаша задумалась, — а вы знаете о таком кабинете психологической помощи? Мне рассказали, что у вас такой работал.
Из угла, где сидела Катя, вдруг послышался всхлип, девушка задрожала, выставила вперёд руки и стала рычать, потом вдруг вскочила, забилась между стеной и стеллажом и, упёршись в угол лицом, часто задышала.
— Анна Михайловна, — тихо сказала Глаша, набрав номер Лисицыной, — у нас очень большая проблема: просто на машине я её не довезу. Я вызываю психиатрическую помощь.
* * *
Вечером все, кроме Визгликова, сидели за круглым столом, ковыряли ужин и молча пили вино, которое Лисицына просто заставила поставить на стол, мотивируя это тем, что нужен какой-то спусковой крючок в этом напряжённом хаосе.
— Где Стас? — спросил появившийся на пороге Казаков.
— Он Андрея отправил в
