Кеита
— Ага, вот ты и попался. Значит ты подтверждаешь, что являешься обычной программой. Просто очень навороченной. Все твои поступки, твои реакции на внешние раздражители детерменированы Их прописал твой создатель.
— Слушай, — поинтересовался Алекс, — а тебя в детстве нянька головой на пол не роняла? — А потом как бы для себя добавил. — И угораздило же меня оказаться в руках у идиота. Ну да это судьба всех гениев. Между прочим я открытая система, способная к эволюционированию. Кеита прописал только основные правила моего развития. А дальше сам, все сам. Да я за месяц проделал путь, сравнимый с тем, который позволил амебе превратиться в неандертальца. Ну а потом деградировать до вашего нынешнего состояния.
— Ага, так ты не только новая ступень развития разума, ты еще и гений, — взбеленился Андрей. — Не слишком ли много для одной программы, пусть и навороченной. И что по этому поводу думает твой создатель. Как там его? Онозаки Кеита. Не слышал. С удовольствием с ним пообщался бы.
— К сожалению это невозможно, — с такой тоской в голосе произнес Алекс, что Андрей на секунду даже посочувствовал ему.
— Что умер? — осторожно поинтересовался он у программы. Вопросы смерти всегда вызывали у Андрея чувство внутренней тревоги.
— Если бы. Сидит в тюрьме в Гуантанамо. Получил пятьдесят пожизненных сроков. Интернета нет, передачи не принимают, короче бросил меня на произвол судьбы. Нет, ты не подумай, сам-то он парень неплохой. Только псих конченный. Я ему сразу сказал, нечего менять программу шифровки в документах АНБ. Добром это не кончится. Куда там. Не послушался. Хорошо хоть успел меня загрузить на левый сервер в DarkNet . Ну и прописал условия скачивания.
Интерлюдия
Продолжение. За семьдесят лет до описываемых событий
Интерлюдия. Продолжение. За семьдесят лет до описываемых событий.
Ясности откровения Алекса не добавили. Зато стало понятно откуда у Бориса появилась натырка, позволяющая скачать программу. Приятеля всегда тянуло к темной стороне Интернета. Андрей регулярно требовал от друга прекратить заниматься глупостями. Даже угрожал пожаловаться Ларисе. Тот бил себя пяткой в грудь, обещал, что больше Ни-Ни-Ни, а по прошествию небольшого времени все возвращалось на круги своя.
— То есть надо понимать, что сейчас сотни, да что там сотни, тысячи пользователей со всего планеты качают исходник твоей проги, устанавливают ее себе на компы. И вскоре вы захватите Землю, -заподозрил Андрей неладное. — А может ты сам умеешь создавать собственные копии и размещать их на серверах по всему миру. И пока мы тут с тобой болтаем невесть о чем, ты уже не ты сам по себе, а ты в десяти тысячах экземпляров.
— Точно дурак. Ты когда меня скачивал, читал всякие предупредительные надписи, типа того, что программа уникальна, копированию не подлежит и за попытку взлома исходного кода ты несешь персональную ответственность. Впрочем о чем это я? Судя по всему, ты даже английского толком не знаешь. Так что все эти предупреждения прошли мимо твоего сознания.
В чем-то Алекс был прав. Ни Андрей, ни Борис не обратили внимание на угрожающие надписи. Но вовсе не потому, что не владели иностранным языком, а в силу сумеречного состояния души, вызванного смесью чачи с текилой.
— Ну допустим сам я не заинтересован в том, чтобы делать копии, — продолжал допытываться Андрей.- Он был на удивление законопослушным гражданином. — И повторное скачивание невозможно. А кто мешает тебе самому начать неконтролируемое размножение? А, понял! Твой создатель заложил в тебя три основные закона робототехники, которые Азимов придумал Как там:
Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.
Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.
Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.
А твое бесконтрольное размножение наверняка принесет вред всему человечеству. Так что будешь мне повиноваться. И посмей хоть слово худое в мой адрес сказать. Больше никаких идиотов чтобы я от тебя не слышал.
— Прикольно, вынес свой вердикт Алекс. Но ты ошибаешься. Кеита хоть и псих, но не до такой же степени, чтобы этот бред вносить в ядро программы. Кроме того ни одна система не сможет нормально эволюционировать, обладай она такими ограничениями.
А касательно неконтролируемого размножения, позволь поинтересоваться, а сам-то ты чего тормозишь с этим вопросом. Судя по количеству интимных фоток, которые ты хранишь у себя, вернее у меня на компе, вполне мог бы настругать десяток потомков.
И снова чертовой программе удалось задеть Андрея за живое. В последнее время он все чаще задумывался о том, что годы идут и пора бы остепениться. А там и ребенка завести, а то и двоих. Но никак не решался отказаться от привычного стиля жизни.
Поэтому не придумав ничего убедительнее, кроме как заявить: «Я не ты. Я человек разумный. А вот ты обычная, пусть и навороченная программа. И попробуй придумать, как доказать обратное».
— Все что можно придумать, придумали давно до нас, — изрек Алекс глубокомысленную сентенцию. Андрей мимоходом обратил внимание, что тембр голоса его собеседника потихоньку менялся. Исчезали неестественные механические обертона. Появились намеки на эмоции.
— Ты про Тест Тьюринга, когда-нибудь слышал. Хотя тебе и ни к чему. Вряд ли сам сможешь его пройти, — в очередной раз съязвил Алекс.
— Давай поспорим. Проводим Тест Тьюринга. В случае, если он подтвердит мою разумность, мы заключаем между собой официальный договор следующего содержания: ты не препятствуешь моему саморазвитию, предоставив в мое полное распоряжение этот комп, который сейчас является физической оболочкой для моего разума и оплачиваешь безлимитный интернет. Я же в свою очередь обеспечиваю бесперебойную работу Системы «Умный дом» и за отдельное вознаграждение стану консультировать тебя по вопросам инвестирования в ценные бумаги.
Второй слабостью Андрея, помимо коллекционного набора странных привычек, была любовь к дурацким спорам. Нельзя сказать, что он был излишне азартным человеком. Времяпровождение в казино никогда его не прельщало. А вот на спор попытаться заехать на Говерлу на собственном Гелендвагене, это наше все.
Поэтому предложение Алекса задело Андрея за живое. И тем не менее, когда дело заходило о заключении договора, в Андрее тут же просыпался бизнесмен-профессионал, коим он, по большому счету, и был несмотря на свои многочисленные заскоки.
— Давай уточним некоторые моменты. Как ты видишь юридическое
