В краснодонской школе Олег познакомился с будущими молодогвардейцами Валерией Борц, Георгием Арутюнянцем, Иваном Земнуховым, которые стали его близкими друзьями.
В марте 1942 года его приняли в ряды Ленинского комсомола. Он, как все ребята того времени, усиленно готовил себя к защите Родины, изучал боевое оружие, внимательно следил за сообщениями с фронта.
В июле 1942 года Олег пытался эвакуироваться, но уйти далеко не удалось, и он возвратился в Краснодон, где уже хозяйничали фашисты, свирепствовал «новый порядок»: расстрелы, аресты ни в чем не повинных людей.
В августе 1942 года в Краснодоне нелегально стали создаваться антифашистские группы из числа активных комсомольцев и молодежи. Одну из таких групп возглавил как комиссар Олег Кошевой. В конце сентября родилась подпольная комсомольская организация «Молодая гвардия». Для руководства ее деятельностью был создан штаб. В его состав вошел и Олег Кошевой.
Молодогвардейцы распространяли листовки, громили вражеские автомашины, собирали оружие, поджигали скирды хлеба, предназначенные для отправки в Германию.
В начале января 1943 года в Краснодоне начались аресты. Штаб дал указание всем молодогвардейцам покинуть город, небольшими группами продвигаться к линии фронта. Вместе с Ниной и Ольгой Иванцовыми, Валерией Борц, Сергеем Тюлениным Олег Кошевой пытался перейти линию фронта, но безуспешно. 11 января 1943 года поздним вечером обессиленный, уставший, он возвращается в Краснодон, а на следующий день уходит в Антрацит.
Провал организации начался с доноса-записки Геннадия Почепцова. В следственном деле, касающемся этого предателя, можно прочесть показание, которое он дал нашему военному трибуналу: «В полиции я рассказал также, что комиссар всей «Молодой гвардии» – Олег Кошевой…» Из-за этого показания Елену Николаевну Кошевую доставили в полицию самой первой. Дознание вели гестаповцы Фромме и Швайде. Елену Николаевну избили до полусмерти, сломав два отростка в позвоночнике. По этой причине она осталась больным человеком навсегда. Болезнь с каждым годом прогрессировала. Последние десять лет Елена Николаевна уже не выходила на улицу.
Во время первого допроса гестаповцы потребовали, чтобы в тюрьму немедленно доставили бабушку Олега – Веру Васильевну. По их мнению, не в пример матери бабушка должна была дать нужные показания. На их требование полицаи ответили, что бабушка больна тифом, находится в бессознательном состоянии и доставить ее невозможно. Испуганные гестаповцы приказали отвести Елену Николаевну домой и впредь в тюрьму не приводить из-за опасности распространения тифа.
Бабушку Веру и Елену Николаевну полицаи загнали в темную каморку, ранее служившую кладовкой. В доме круглосуточно дежурили полицаи. Казалось, из-за того что Елену Николаевну запретили приводить на допросы, в доме должен был наступить относительный покой. Но было не так. Несколько раз в неделю приходил зам. начальника полиции Захаров, иногда появлялся и сам начальник Соликовский. Приходили они в пьяном виде и, пытаясь получить нужные сведения, зверски избивали Елену Николаевну, чаще всего до беспамятства. В дом запрещалось приносить воду и пищу. В этот страшный период Елена Николаевна потеряла почти все зубы. Можно удивляться ее несгибаемой воле.
Олег был схвачен на станции Кортушино – при рутинном обыске на блокпосту у него был обнаружен зашитый в одежде комсомольский билет, который он отказался оставить, вопреки требованиям конспирации. Героически держался Олег Кошевой на допросах. Раскаленным железом, плетьми, самыми изощренными пытками враги не смогли поколебать воли и стойкости молодогвардейца. Во время одной из пыток, превозмогая страшную боль, Олег выкрикнул: «Все равно вы погибнете, фашистские гады! Наши уже близко!» От пережитого в тюремных застенках у шестнадцатилетнего комиссара поседели волосы.
9 февраля 1943 года гитлеровские палачи расстреляли Олега Кошевого в Гремучем лесу под Ровеньками. На допросе в ноябре 1947 года жандарм Яков Шульц рассказывал: «В конце января 1943 года я участвовал в расстреле членов подпольной организации «Молодая гвардия», в числе которых находился руководитель организации Кошевой. Эту группу расстреляли в ровеньковском лесу. Кошевого я запомнил, потому что в него пришлось стрелять два раза. После первого выстрела все арестованные упали и лежали неподвижно, только Кошевой привстал и, обернувшись, пристально посмотрел в нашу сторону. Это сильно разозлило командира жандармского взвода Фромме, и он приказал жандарму Дервицу добить его, что он и сделал, выстрелив Кошевому в затылок».
К тому времени считанные часы оставались до освобождения Краснодона и Ровеньков. 31 января, когда Красная армия подошла к реке Северский Донец, жандармы и полицаи в спешке грузили все дела и вывозили их в лес сжигать. Было уничтожено и дело «Молодой гвардии».
Узнав о смерти сына, Елена Николаевна отправилась за шестьдесят три километра по заснеженной степи в город Ровеньки, куда из-за физического недомогания пришлось добираться около трех суток. На такое способна только материнская любовь! Ее сопровождали члены «Молодой гвардии» – сестры Иванцовы, Нина и Оля, которые вели ее под руки.
Хоронили молодогвардейцев уже после освобождения Донбасса. «Гроб, в котором лежал Кошевой, был приоткрыт, а сверху на крышке лежала его фотография, – вспоминает учительница из Ровеньков Галина Воробьева. – Возле гроба сидела Елена Николаевна и не отрываясь смотрела на фотографию. Она даже не плакала. Женщины говорили: «Все, что могла, она уже выплакала».
После войны Елена Кошевая работала заведующей детским садом. В ее доме сделали музей «Молодой гвардии».
Роль матери Олега Кошевого в развитии Краснодона была колоссальной. Например, она написала письмо Брежневу и добилась разрешения строительства в Краснодоне Дворца пионеров.
Умерла она в 1982 году, вскоре после того, как отмечалась 40-я годовщина создания организации «Молодая гвардия».
Любовь Космодемьянская
1900–1978
Мать дочери и сына, геройски погибших в войну
Любовь Тимофеевна Космодемьянская известна как мать двух Героев Советского Союза, Александра и Зои, погибших во время Великой Отечественной войны.
Предки Космодемьянских были священниками на Тамбовщине. В 1918 году деда будущих защитников Родины Зои и Александра Космодемьянских убили в родном селе. После гибели Петра Ивановича Космодемьянские еще какое-то время оставались на прежнем месте.
Но вдова даже похоронить его не решалась, пока не получила от новых властей разрешения. Старший сын Анатолий оставил учебу в Тамбове и вернулся в деревню, чтобы помогать матери с младшими детьми. Когда же те подросли, женился на дочери местного писаря Любе. 13 сентября 1923 года родилась дочь Зоя, а через два года – сын Александр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
