— Нечего ребенку в лагере делать, — проворчала я.
— Я уже не ребенок! — возразил Пардок, — но в лагере мне действительно сегодня делать нечего. Я, дядя Горнорыл, пока осмотрел бы Вашу новую машину для шлифовки алмазов.
— Толковый парень растет, — умилился гном, — давай, Дульсинея, телепортируй меня к Вальдору.
Глава 19
Мать знатный концерт закатила, и шумиху нехилую устроила. Вот чего у нее не отнять, так это умения наделать много шума. Блонда моя тоже молодец, так красиво эльфов отшила, а потом так убедительно возмущалась и топала ногами, требуя у Николая, чтобы сию секунду бежал за галопирующим с нереальной скоростью кентавром и не дал сбежавшим телепортироваться. Вот если бы я ее не знал, сам бы поверил, что это стервочка, жаждущая власти, а не любящая дочь и подруга. Эльфы, кстати, поверили. Но почему-то убраться из Зулкибара не поспешили. Напросились погостить. Поскольку выкидывать силой послов не есть хорошо, даже если королева изображает из себя стерву, пришлось Ханне с любезным оскалом «обрадоваться» такому повороту и велеть расселить господ эльфов в южном крыле. Там испокон веков знатные гости размещались.
Саффа осталась при Иоханне, а меня отправила проверить, как там Кардагол. Зачем спрашивается его проверять, если он под присмотром Юсара? И вообще, если ворона эта так о Кардаголе беспокоится, сама бы шла и проверяла, а я бы с Ханной остался. Я так и сказал. Однако тут уперлась Ханна, заявив, что Саффе она как телохранителю доверяет больше, чем мне.
— Спасибо на добром слове, дорогая Иоханна Третья, — буркнул я и гордо удалился. Чувствовал, что девушки мне в след смотрят. Иду, спина прямая, весь из себя такой оскорбленный в лучших чувствах герой. Главное до первого поворота так дотопать, а потом они меня видеть не смогут, тогда можно выругаться, как следует, и пнуть что-нибудь или кого-нибудь, это как повезет. Завернул. И пинаться или еще какие пакости устраивать расхотелось, потому что я увидел такое… Вот честно не ожидал!
Стоит наш Шеоннель и прижимает к стеночке эльфийку. Что это эльфийка, а не какая-нибудь местная красотка, я понял сразу потому, что ее черные волосы, собранные в хвост, совсем не скрывали острых ушек. Судя по наряду, эльфийка эта — воин. У Брианны похожие костюмчики имеются, да и меч у девушки на боку явно не для красоты. Интересно, как наш тихоня Шеон умудрился прижать эту воительницу к стене? А она вроде бы и не против. Стоит, смотрит на него снизу вверх, улыбается.
— А ты, Шеоннель, не скучаешь, пока у нас свергнутый король по дворцу верхом на кентавре носится.
Парочка тут же друг от друга отодвинулась.
— Мы слышали, — спокойно отозвался Шеоннель, — но сочли, что такие сильные маги как ты и Саффа сами справятся и предотвратят побег.
— Ты, наверно, не в курсе, Шеон, там маменька моя участвовала, а я пока еще не самоубийца идти против ведьмы с тапком… а, ты же не знаешь! Это ее так в народе прозвали, после того как дядька Горнорыл книжицу с ругательствами издал… ой, да ты же понятия не имеешь кто такой Горнорыл. Я вас познакомлю как-нибудь, он тебе понравится. Занятный гномище.
— Гном твой дядя? — подала голос эльфийка.
— Конечно, разве не видно? — одаривая ее обаятельной улыбкой, отвечал я. — Мы с дядюшкой практически на одно лицо, оба красавцы.
Шеоннель неодобрительно нахмурился. Видно, ему не понравилось, что я ей так улыбаюсь.
— Шеон, представишь меня даме? — мурлыкнул я, продолжая любоваться эльфийкой. Она красивая, почему бы и не полюбоваться? И не виноват я, что полуэльфу нашему это не нравится.
— Данаэль, познакомься, это Лин Эрраде. Лин, это Данаэль.
— Просто Данаэль? Не килька какая-нибудь как твоя мама? — умилился я, — это радует. Приятно познакомиться, Данаэль.
— Мне тоже приятно, — неуверенно сказала эльфийка и протянула руку. Явно для рукопожатия, но меня такой вариант не устраивал, неинтересно это — хорошеньким девушкам руку пожимать, поэтому я ее к губам поднес и поцеловал.
— Вы, наверно, в свите посольской состоите, Дана? Можно называть Вас так?
— Можно на «ты», — заулыбалась эльфийка.
— Шеоннель, ты не говорил, что у тебя есть такая подруга… или вы только что познакомились?
— Мы с детства друг друга знаем, наши родители дружат, — отвечала за Шеоннеля девушка.
Так, кажется, если я и дальше буду ее за руку держать, Шеон меня просто испепелит взглядом. Тоже мне эмпат! Не видит разве, что я дурака валяю? Хм, он-то, может быть, и видит, а вот Данаэль, кажется, мой восторженный взгляд за чистую монету принимает, и кто ее знает, что при этом с ней творится… ага, Шеоннель знает. Все-таки не хотел бы я быть эмпатом.
— Ты, кажется, куда-то направлялся, — намекнул полуэльф.
— Я не спешу, — заверил я, — а хочешь, Дана, я тебе дворец покажу? Шеон, ты не против, если я украду твою девушку?
— Она не моя девушка.
Шеоннель помрачнел. А, ну да, как же я забыл, он же сам рассказывал, что эльфийки его избегают, потому что он не чистокровный эльф. Однако это не помешало ему с этой Даной с детства дружить. Интересно получается.
— Я сам ей дворец покажу, — продолжал Шеон.
Судя по его взгляду, он сейчас был бы рад, если бы я куда-нибудь исчез. Желательно, как можно дальше. А вот взгляд Данаэли говорил об обратном. Это что же такое я делаю? Заигрываю с девушкой, которая явно нравится Шеоннелю? А зачем, если мне она безразлична? Уверен, полуэльф это чувствует и наверняка от этого ему еще более неприятно. Для меня шалость, а для него-то все всерьез. Я бы на его месте врезал за такое. Точно! Врезал бы и выглядел героем в глазах дамы. Только Шеон вряд ли на такое пойдет… если его не спровоцировать как следует.
— Ты еще плохо во дворце ориентируешься, а я знаю здесь такие интересные места, — я наклонился и многозначительно шепнул, обращаясь непосредственно к девушке, — уединенные места, где нам никто не помешает.
Глупо и грубо, но может быть сработает. Сработало. Не знаю даже, то ли Шеон уловил каким-то образом мои размышления по поводу битья морды, то ли это была его личная инициатива, только он ухватил меня за плечо развернул к себе и так мне по носу засветил, что увидел я небо в алмазах.
Очнулся, чувствую — лежу. Судя по всему — на полу. А голова на коленях чьих-то. Ну, прямо как в старые добрые времена! Любит Саффа эту позицию, однако.
— Если ты меня не поцелуешь, я умру, не приходя в сознание, — мурлыкнул я, не открывая глаз.
— Думаю, это плохая идея, — серьезно отвечали мне.
Я подскочил как ошпаренный и вытаращился на Шеоннеля. Нет, ну я сам дурак. С чего я взял, что это обязательно Саффа мою голову к себе на колени положила? В одном я не ошибся — мы были в покоях именно Саффы, в спальне, на шкуре расстеленной на полу, у кровати Кардагола. Я заматерился и отполз подальше от полуэльфа, а то еще подумает что-нибудь не то. И тут раздается такое миленькое «хрю-хрю». Смешно этой морде ушастой!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
