В течение многих часов она ничего не могла видеть и слышала только их дыхание и какое-то бормотание, пока они спускались все глубже и глубже.
Наконец тиглос скинул ее вниз прямо на ее зад, и она услышала торопливые шаги вокруг.
Они развели огонь, и теперь она даже пожалела о том, что вновь могла видеть.
Хотя они и были заняты своим обедом — сырыми костями и мясом, — они продолжали наблюдать за ней с возобновившимся интересом.
Сабина оглядела пространство в поисках чего-либо, что могло бы помочь ей бежать. Они находились в центре пещеры, куда выходили три узких прохода. Это была обыкновенная угольная шахта, как она и представляла их себе — с поддерживающими потолок балками и рельсами на полу.
Но тут не было никаких инструментов или лопаты, чтобы обороняться. И даже меч Ридстрома находился вне ее досягаемости, лежа среди их вещей, брошенных на краю лагеря.
Как только тиглосы закончили есть, вожак, не теряя зря времени, оттащил ее в сторону и рывком дернул вниз. Он не могла сопротивляться, будучи связанной.
Я более бессильна, чем даже тогда, когда я была всего лишь девочкой.
Тягучая слюна свисала с уголка его деформированного рта, медленно приближающегося к ее лицу, когда он в клочья разорвал ее тунику…
Глава 29
Ридстром в спешке пытался выбраться из-под камней. Освободившись, он тяжело поднялся, каждое движение давалось ему с трудом. Пошатываясь от головокружения из-за ранения в голову, он вдохнул свежий ночной воздух в поисках ее запаха, одновременно оценивая ущерб, нанесенный его телу: разорваны мышцы одной ноги, сломаны ребра и ключица. Перелом руки. В черепе, возможно, трещина, — он поймал ее запах с юга. Молнией, демон рванулся на запах, стараясь опираться только на здоровую ногу и игнорировать боль, — он начал самое важное преследование в своей жизни. С каждой милей Ридстром приближался к ней все ближе.
Он не знал, были ли тиглосы посланы Омортом, не знал, пошла ли она с ними добровольно. Но то, как она прокричала его имя, когда он упал…
А потом он начал находить золотые кисточки в том месте, где тиглосы пересекали воду или шли вдоль реки.
Как только он понял, что она хочет, чтобы он нашел ее, волнение тут же сменилось страхом. Если тиглосы не были посланы как наемники, чтобы найти ее, то они могут обращаться с ней, как им вздумается.
Они уводили ее к цепи гор, вероятно, к шахтам. Их среде обитания.
Он вытер с лица кровь и пот, увеличивая скорость. Только безумное желание добраться до нее заставило его тело повиноваться, и вскоре он достиг входа в одну из шахт. Он вошел внутрь, спускаясь к центру горы.
Внезапно ее вопль отозвался эхом в темноте. У него бешено колотилось сердце, когда он бежал на звук.
С разъяренным криком Сабина ударила головой тиглоса. Он ударил ее в ответ, от чего ее голова опрокинулась на бок, а из глаз брызнули слезы.
И тут она увидела крадущегося в тени Ридстрома. Он жив!
Когда демон подошел ближе, его рожки агрессивно выпрямились, мускулы, казалось, росли на глазах. На границе падающего от костра света он подобрал свой меч.
Вожак тиглосов вновь схватил ее, переворачивая, и она зашипела:
— Тиглос, ты собираешься задать вопрос, но тебя казнят прежде, чем ты получишь ответ!
Он взревел:
— О чем ты говоришь?
Сабина лишь улыбнулась, поскольку Ридстром уже взмахнул мечом.
— Ты взял жену не того демона, — сказала она отрезанной голове, когда та покатилась в сторону.
После смерти своего лидера остальные тиглосы пришли в бешенство. Ридстром встал между нею и бандой:
— Отойди назад!
Тиглосы напали, размахивая молотами, он отбивался от них мечом и когтями. Один попытался одолеть его, зайдя сзади, но он вскинул голову, поражая его своими отравленными рогами.
Ридстром получал удары, которые свалили бы и деревья, но все же смог устоять. Даже раненый он был слишком силен, чтобы тиглосы могли одержать победу. Она в страхе смотрела, как безжалостно сражается демон, то освещаемый мерцающим от костра светом, то прячась в тенях шахты.
Муж. Боги, он был удивительным. Он сражается за меня. Никто, кроме Ланте, никогда не сражался за нее, никогда, несмотря даже на то, насколько она была необходима…
Ридстром подбросил массивное тело одного тиглоса и ударил его о поддерживающие потолок деревянные балки. Шахта, казалось, задрожала.
Когда огромный кусок скалы откололся от потолка, она прокричала имя Ридстрома.
Взревев, он схватил ее за талию и отшвырнул в сторону, как раз перед тем, как потолок рухнул и куча камней обрушилась на него и на тиглосов.
Только пыль. Она снова была беспомощна, кашляя, она могла только ждать. Выберется ли он?
Ожидание. Стук сердца. Черт побери, глупый демон, не умирай! Не делай этого…
Ридстром показался из клубов пыли. Он был весь в крови от десятка разных ран, его дыхание сбилось. Нахмурив лоб, он упал перед ней на колени, все еще в демоническом виде, глядя ей в глаза. Ее охватило облегчение, что он жив, и благодарность, что он спас ее.
И тут она вспомнила, что она была одной из самых могущественных Чародеек, которые когда-либо появлялись на свет. В момент опасности она могла бы победить всю эту шайку. Но только не мужа, который связал ее и сделал уязвимой.
Он так сильно сжал ее в руках, что она вскрикнула. Она скорее почувствовала, чем услышала, раздавшееся из его груди не то рычание, не то стон.
Теплый… безопасный… разъяренный? Она тщетно вырывалась, проклиная его. Он ничего не говорил, просто обнимал, прижав ее голову к своей груди и удерживая ее ладонью.
Она пришла в бешенство из-за случившегося, когда всего этого можно было избежать. Связав ее, он рисковал ее жизнью.
Но из-за чего она на самом деле сердилась — из-за того, что оказалась под угрозой, или из-за того, что угроза нависла над ним?
В конце концов, он отступил назад, его взгляд пробежался по ней, оценивая повреждения. Его глаза все больше темнели от каждого увиденного им синяка. Когда он приподнял ее юбку, то сглотнул — как будто боялся того, что мог увидеть там.
— Они не изнасиловали меня. Нет, благодаря тебе.
Он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь восстановить контроль, и его демонический облик стал отступать.
Когда он стал вытирать кровь с ее губ, она вздрогнула от его прикосновения.
— Сабина, я здесь…
— А я избита. Связана, словно подарок для них.
Он взял два конца разорванной туники и связал их под ее грудью, потом оглядел лагерь тиглосов в поисках ее вещей. Он отошел от нее только для того, чтобы подобрать ее ботинки.
