что он сбрасывает скорость.
- На красный?
- Пох@й.
Вспоминаю, что последние дни она была слишком бледная и часто вела себя странно. Молчала, глядя в одну точку.
Откинувшись на спинку сидения, втягиваю в себя воздух. Еще немного, и мне самому помощь медиков понадобится.
В клинике сразу поднимаюсь на третий этаж, туда, где находится кабинет реабилитолога. В коридоре пусто, кабинет заперт.
- Макс, вы где?! – рычу в трубку.
- На четвертом этаже, тут…
Отбиваюсь, не дослушав, и лечу на четвертый по лестнице.
Охрана расположена как надо. На входе в коридор Витя. На скамье по центру – Макс.
- Где она?
- Там, - показывает рукой на дверь кабинета УЗИ.
Присаживаюсь с ним рядом, пытаюсь успокоиться. В руках телефон кручу.
- Ничего странного не заметил? – спрашиваю у него.
- Что именно?..
Да хрен знает! Что угодно, что могло бы насторожить.
- Все как обычно, - пожимая плечами, бормочет Макс.
В этот момент из-за дверей кабинета начинают доносятся неясные звуки. Похожие на гул с ритмичными ударами.
Действую на инстинктах, соскакиваю и врываюсь внутрь.
Ирма лежит на кушетке и, закрыв лицо руками, плачет. Держащий датчик на ее животе докторишка, ссутулившись пялится в экран аппарата, а стоящая над ним Сарматова тычет пальцем в монитор.
- Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?!
Ирма отнимает ладони от лица и ошарашенно смотрит на меня.
Она в слезах, но не плачет, а смеется!
И вот тут до меня начинает доходить.
Счастье в ее глазах, оголенный живот и крошечная точка на экране, на которую она указывает кивком головы.
Да ладно… Этот звук… это сердцебиение нашего ребенка?!
Медленно приблизившись, сажусь на край кушетки и целую мокрое лицо.
- Мы еще не закончили, Алекс! – ворчит Сарматова.
- Все, молчу…
Вместе с ней пялюсь в экран, вслушиваюсь в какие-то цифры, будто хоть что-то в этом понимаю и вдруг чувствую, как стягивает горло.
- Семь недель, - проговаривает узист, - плюс – минус три дня… Тонуса нет, прикрепление по задней стенке…
- Это норма? Хорошо все?
- Хорошо, - отвечает Ирма за медиков.
- Все прекрасно! – подтверждает Сарматова, - пора на учет вставать.
Поворачивает ко мне и подмигивает.
- Поздравляю, папаша! – и обращается к докторишке, - идем, Володя…
Они выходят, неслышно прикрыв дверь, а мы с женой остаемся наедине. Я, как дебил, продолжаю смотреть на застывшее изображение на экране, и понятия не имею, что говорить.
- Ты рад? – выводит из ступора тихий голос Ирмы.
Поворачиваю к ней голову, скольжу взглядом по раскрасневшемуся лицу, часто вздымающейся груди, торможу на оголенном животе.
Рад?.. Мне кажется, это не совсем то слово, которым можно было бы описать сейчас мое состояние.
- Я счастлив.
Они заливисто смеется. Подает мне руку, и я помогаю ей подняться. Обхватываю лицо руками и прижимаюсь к мягким губам. Целую жадно, пока Ирма не начинает колотить кулачками по плечам.
- Алекс, сюда могут войти!..
- Кто?.. Не посмеют!
Снова впиваюсь в губы, а одну руку спускаю вниз и осторожно кладу на ее живот. Страшно переусердствовать и навредить, поэтому сильно не давлю, но жена льнет ко мне сама, словно намекая, чтобы я действовал смелее.
- Тебе не больно? Как ты себя чувствуешь?
- Все хорошо, даже не тошнит еще… - с улыбкой шепчет в губы, - поедем домой?
По ходу, с рестораном я обломался. И с подарком Ирма меня уделала. Но идейка одна у меня все же есть.
Помогаю жене подняться и одеться и вывожу ее из кабинета. Ребята тут же вскакивают со своих мест, и по протоколу один из них идет впереди, второй – замыкает шествие.
Сам слежу, чтобы Ирма надела шубу как следует, а не как всегда. Любит она без шапки и в верхней одежде нараспашку ходить. Застегиваю верхнюю пуговицу и надеваю капюшон.
Она фыркает, смеется, но перечить даже не пытается.
Послушная девочка…
- Куда мы едем? – спрашивает тихо, заметив, что машина свернула с трассы раньше положенного.
- Увидишь…
- Ооо… - игриво хлопает ресницами и, подтянувшись, шепчет в ухо, - это романтическое свидание?
- Как сказать… - отвечаю неопределенно, чем еще больше ее заинтересовываю.
Выпрямив спину, она начинает ерзать на месте и крутить головой по сторонам.
Я же, глядя на нее, любуюсь. Капюшон с головы съехал, а выбившиеся из прически волнистые пряди обрамляют оживленное лицо. А румянец на щеках и блеск в глазах полностью преобразили ее аристократические черты.
Ирма больше не похожа на фарфоровую статуэтку.
- Что это? Куда мы приехали? – спрашивает взволнованно, когда Андрюха паркуется у высокого каменного забора.
Молча выхожу из машины и, обойдя ее, открываю дверь.
- Капюшон надень.
Закатив глаза, делает, как велю и только после этого, обхватив тонкую талию, снимаю ее с высокой подножки.
Андрей отворяет ворота и пропускает нас внутрь.
- Что это, Алекс? – глядя на большой недостроенный каменный особняк, спрашивает шепотом.
- Наш будущий дом.
Тот момент, которого я ждал. Огромные глаза становятся еще больше, пухлые губы приоткрываются, ладони взлетают к щекам.
Смотрит на меня так, что я себя, сука, всемогущим ощущать начинаю.
- Наш собственный дом?!
- Ну, да. С видом на залив, бассейном, хамамом и… детской площадкой.
Закинув руки на шею, Ирма жмется ко мне.
- Спасибо, любимый… Нам с дочкой здесь нравится.
- С дочкой? Думаешь, девочка будет?
Загадочно улыбаясь, жена кивает.
- Лиза.
Склонившись, целую любимые губы.
Пусть будет Лиза.
