Нас повели по, уже ставшей мне хорошо знакомой, дорожке, к особняку. Впереди шел Трамий, а позади нас Одир.
Фабиан же крепко сжимал мою руку, словно боялся даже на миг ее отпустить. Он быстро подстроился под мой неуклюжий шаг, стараясь не торопиться. Когда мы взошли по ступеням, нас тут же хотели обступить охранники, но Трамий лишь махнул им рукой, и они испарились. Проводили в знакомую столовую, и рядом засуетились слуги, накрывая на стол.
Мы отошли к диванчику у стены, и все так же молча на него опустились. Братья же основались во главе стола, в полголоса обсуждая разложенный перед ними документ, и совсем не обращая на остальных, присутствующих здесь, внимания. Один за одним в комнату вошли Мастий и Азар, они так же склонились над столом. Послышалось тихое рычание и ругательства.
Вдруг Мастий резко вышел, громыхнув при этом дверью, и все опять стало тихо.
Все это время старалась не обращать внимания на горячую ладонь, в которой затерялись мои пальцы. Рука стала влажной, и казалось, стоит немного постараться, и я выскользну, но вряд ли мне это поможет…
Он молчал, и это его состояние, угнетало. На него даже взглянуть было страшно. Увидеть, что написано на его лице было соблазнительно, но страшно увидеть его гнев и отчуждение.
Но он решил эту дилемму.
— Джес, посмотри на меня. — глухо прозвучал его голос.
Пересиливая себя, и словно рывками, повернулась к нему. Меня вбирали его бездонные глаза, побуждая во мне неведомые мне чувства. Он был слишком близко, мы только что носами не соприкасались.
— Как ты? — его простой вопрос ввел меня в новый ступор.
Что ему сказать? Нормально? Вот так выйдет нелепая ложь…
— Не знаю. — зато честно.
Дышал глубоко и прерывисто, и даже сейчас не выпустил моей руки. А по его лицу, все равно не смогла ничего прочесть, его каменная маска вжилась в него намертво. Он убрал клыки, но все остальное выдавало в нем его готовность, обратно принять полный оборот.
— Ты не хочешь уходить со мной? — и, не дождавшись ответа, помрачнел лицом. — Ты хочешь вернуться к Драгмэлам? — и я опять промолчала. — Так чего же ты хочешь?! — прошептал он.
— Я не знаю! — в тон ему отбрила. — Я уже запуталась…
Последнее пришлось почти простонать.
Ребенок тут же пришел в движение, и заколыхался. Не успела, и моргнуть, на живот опустилась мужская ладонь, и все успокоилось, как по волшебству. Точно так же она успокаивалась и от прикосновений Трамия, но не от моих. Он поглаживал, поверх ягодной ткани сарафана, и задумчиво склонил голову набок. Дитя опять шевельнулось, и автоматически накрыла его ладонь сверху, своей. Мы опять замерли, как в ловушке, которую сами же и создали.
Все настолько запуталось, что вряд ли получиться распутать.
Мы так и не заметили, как в столовую стали заходить мои и его родственники. Но они решили нас не беспокоить и прошли за стол.
И над столом тут же прогремело.
— Кто из вас Савиан?
Савиан остался на ногах, пока остальные сели.
— Где она? — вторил Трамию, Одир. — Где Фаиза? Где наша сестра?
Сестра? Та, которую они считают погибшей?!
Всеобщее внимание сосредоточилось на нем, а на его лице расцвела обычная насмешливая улыбка, которая сопровождает его всю жизнь.
— Если вы внимательно изучили Договор, то понимаете, что теперь она под моей защитой, и пока она сама не захочет, я о ее местоположении вам не сообщу. А она вас видеть не хочет.
И тут братья Фрад закипели. Стулья полетели на пол, а разгорячённые восточники учащенно пыхтели, прожигая в Савиане дыры.
— Пусть скажет нам об этом сама! — хрипло каркнул Мастий.
Но больший эффект произвел шепот Одира.
— Почему?
— А у нее на то нет причин? — насмешливо бросил мой брат. — Как по мне, так даже больше чем надо.
Фабиан рядом со мной напрягся, готовый закрыть меня, если конфликт выйдет из-под контроля. Он склонился еще ближе ко мне, затапливая мои легкие своим запахом. Его рука, лежащая на животе, переместилась так, что теперь он ею прижимал мою. Стараясь даже в малом защитить…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Как мне не хватало именно его заботы… Мимолетной и надежной, как будто, так и должно быть.
Эти идиоты, что, решили устроить свару? Прямо сейчас?!
Оооо…
Что еще за эфемерная сестра?
В голове вяло зашевелились мысли не относящиеся к Джес. Договор…
Отсекая один возможный вариант за другим, пришел только к тому, что Савиан где-то нашел сестру братьев Фрад, и умудрился жениться. Причем буквально только что. Все его отлучки и недомолвки вдруг приобрели реальные основания и пришлось взглянуть на него под другим углом.
Он молчал до последнего! Хотя мог надавить и раньше, и тогда бы Джес не сидела бы тут так долго!
Но вся злость и негодование сошли на нет, стоило только взглянуть на его застывшую фигуру. Савиан стоял, заложив руки в карманы пыльных штанов и чуть склонив голову набок. Но я был готов дать руку на отсечение, он готов дать отпор. Это часть самоуверенной игры, мужчин, которые не привыкли показывать свои слабости. А показать сейчас свой страх, было бы наихудшим промахом.
— Вы ее не увидите, опять же, пока она не пожелает. — повторив еще раз этот ультиматум, Савиан демонстративно сел.
Громко пододвинув свой стул и откидываясь на нем, как будто четверо вполне серьезных противников не дышали ему практически в затылок.
— Может, все же, стоит это обсудить? — Трамий как истинный глава, первым пришел в себя. — Мы ей точно не враги, да и к тому же, будь то ваш Кровный Договор или же наш, мы чтим их одинаково.
Савиана качнул головой, отчего его светлые волосы упали на лоб, и рассыпали облачко пыли.
— Я не стану ее принуждать.
Их взгляды скрестились и Фраду пришлось отступить.
Была ли она его сестрой или же нет, теперь она Драгмэл, и ее сможет ограничить только ее супруг. А он по-видимому это делать и не собирается.
Все опять с видимым напряжением, но все же расселись по своим местам. На нас бросили пару вопросительных взглядов, но не увидев нашего желания ко всем присоединиться, отстали. К нам подкатили тележку с едой, вполне понятной и привычной, и только одно меня насторожило. Большой бокал с кровью.
Джес ко всем у этому интереса не проявляла и просто сидела чуть наклонив голову, все так же прижимая свою руку к животу.
Ребенок больше не шевелился, хотя его сердцебиение было отчетливо слышно и это порождало какой-то непонятный мне трепет.
В этом ребенке и моя кровь, она так же течет по его венам как и по моим.
И пока я под мерный стук приборов и негромких редких фраз, зациклился на своих ощущениях, к нам подошел Трамий. Опустившись на корточки по ту сторону тележки он обратился ко мне.
— Ей нужно питаться. Она очень слаба. — переведя взгляд на нее, он проронил. — Пей, Джес, это надо для нее.
Она нервно схватила бокал, но поднеся к губам не отпила и глотка, и вернула его обратно.
— Не хочу…
Голосок у нее был слабенький, и секунду помедлив Трамий оставил нас опять одних, возвращаясь к остальным.
— Джес…
— Нам надо поговорить, не так ли? — она сверкнула на меня рассерженными глазами. — Но не находишь, что здесь слишком много ушей?
Она как будто ожила. Опять язвительна и спесива. Такой я ее запомнил, и рад снова увидеть.
— Когда это тебя останавливало, птичка? — и правда?
— Я тебе не "птичка"! — если бы она не была так тяжела сейчас, то уже стояла на ногах. — Заявляешься столько времени спустя, как ни в чем не бывало, и в своей излюбленной манере собираешься надо мной подшучивать?! Не выйдет! — она опять потянулась к бокалу, и теперь жадно его осушала. — Как будто ничего не произошло!
Столько всего хотелось ей сказать, но один только ее убитый событиями вид не дал раскрыть рта сразу, а теперь… Эта фурия бросилась в бой, и все казалось не таким уж и безнадежным.
— Я очень скучал. — пара слов заставила ее замереть. — И если бы только имел возможность забрать тебя отсюда безопасным способом, сделал бы это уже давно.
