и увиденное меня не порадовало. Схватка между вражескими пехотинцами, которые обороняли фургон с алтарем, и нашими воинами только начиналась. Там преимущество за нами. А вот бой перед храмом для нас складывался неудачно. Гурин прижал Иллира к стене, происходил размен ударами, и учитель противнику заметно уступал. А вражеские избранные воины, потеряв вместе с эльфами, которых я прикончил, всего шестерых, положили полтора десятка наших, включая четырех ламий. Видимо, сказалось кратковременное усиление, которое дало им преимущество. И это только то, что я увидел сразу. А еще я обнаружил вражеского лучника, как и мои противники, тоже серолицего эльфа. Он стоял в стороне и целился в Иллира. Листовидный наконечник его стрелы стремительно наливался ярким изумрудным светом, и помешать стрелку, кроме меня, было некому.
Я успел вовремя, метнул в лучника очередное «Копье Распада», которое зарекомендовало себя как грозное магическое оружие, и не промазал. Заклинание вошло в бок стрелка и он, резко дернув руками, выпустил уже наполненную силой стрелу в небо, а затем зашатался, выронил лук и стал водить ладонями перед собой. Наверное, хотел восстановиться. Но не тут-то было. Я подскочил к нему и на удивление легко, почти без усилия, смахнул его голову с плеч.
Снова осмотрелся. Наши паладины и ламии оклемались, так что стали давать врагам достойный отпор, а имперские диверсанты, продолжая оставаться в развалинах, время от времени, помогали союзникам и били из арбалетов. Вроде бы все складывалось неплохо. Однако Иллир заметно ослабел, меч держит уже не так уверенно и еле отмахивается. Еще немного и Гурин сможет его прикончить, а затем займется нами и неизвестно, сможем мы ему противостоять или нет. Так что придется помочь учителю. Тем более что я к двум богам ближе всего.
Перекинув меч в левую руку, правой я выхватил метательный нож из метеоритного металла. Точно такой же, каким добил Так-Цароха. И метнул его в спину Гурина. Расстояние плевое, метров девять, и клинок, которому я придал ускорение сырой силой энергопотоков, полетел в бога-наемника. Промазать я не мог. Однако бог почуял опасность и в последний момент, слегка обернувшись, своим коротким клинком отбил нож в сторону. А затем его наполненный гневом и нечеловеческой мощью взгляд остановился на мне. После чего у меня задрожали поджилки на ногах, а голова закружилась. Одно мгновение и я потеряю сознание. Но перед этим я все-таки успел кинуть мысленный приказ Кайли Станшар:
«Это Уркварт. Приказываю атаковать. Цель – Гурин».
Хлоп! Я упал на землю и все померкло…
Ментальный удар штука опасная. Он может легко превратить любого смертного в пускающего слюни идиота. Однако я уже не совсем смертный и сталкивался с гневом богов. Поэтому ничего страшного со мной не случилось, и я очнулся быстро, сразу вскочил на ноги и увидел, что Иллир по-прежнему сражается с Гурином, а перед храмом продолжается бой между избранными воинами. Сколько времени я находился в беспамятстве? Скорее всего, несколько секунд.
Голова кружилась, но я упрямо потянулся к своему меча, обхватил рукоять и воткнул клинок в грунт, а потом оперся на оружие, словно на трость, потянулся к кмитам и нащупал «Черную петлю».
«Главное не промазать и не захватить арканом Иллира», – подготовив заклинание, подумал я и в этот момент появились боевые монстры Кайли Станшар.
Тройка неестественно быстрых бронированных мутантов с длинными острыми когтями, раскидывая зелень кустов, вырвалась на площадку перед святилищем и набросилась на Гурина. Не самые серьезные противники для бога. Это ясно. Но не в то время, когда он сражается с другим богом. Пусть даже не таким сильным, как он. При таком раскладе любое вмешательство со стороны дает одному из противников преимущество, и Гурин был вынужден отвлечься.
Бог-наемник оставил уже раненого в левую ногу Иллира и мечом рассек ближайшему мутанту приплюснутый голый череп. Сделал шаг в сторону и, пронзив второго, повел клинок вверх и почти развалил монстра напополам. А за ним наступил черед третьего, которого он ударом кулака просто сбил с ног, прыгнул на него сверху и ногами буквально размолотил ему грудную клетку.
Честно говоря, от боевых монстров я ожидал гораздо большего. Но они хотя бы не отступили под взглядом бога и отвлекли его на пару секунд. Это тоже результат. И, примерившись, я накинул на Гурина аркан «Черной петли». На полную аннигиляцию бога не надеялся, просто хотел его отвлечь и дать Иллиру время, чтобы прийти в себя. И это получилось. «Черная петля» обхватила бога-наемника в районе поясницы, и я изо всех сил потянул на себя свободный конец заклинания.
«Давай! – подстегивал я себя, выкладываясь на полную катушку. – Рви жилы! Тяни!»
На краткий миг мне показалось, что «Черная петля» пересилит сопротивление бога и его защитных артефактов. Вот только Гурин все-таки выстоял. Его обтянутая тонкой кожаной перчаткой левая ладонь легла на магическую петлю и заклинание рассеялось.
Я снова упал и опять попытался подняться. Однако не успел. Разъяренный Гурин, глаза которого полыхали багровым светом, уже был рядом и опускал на мое лицо свой сапог.
«Конец?» – промелькнула у меня мысль, а затем бог-наемник отлетел в сторону и, приподнявшись, я увидел, что уже он валяется на земле, а Иллир Анхо, оседлав его спину, раз за разом наносит ему удары моим черным ножом, который после неудачной атаки улетел в сторону.
Вскоре все закончилось. Гурин Зинга, такой сильный, такой мощный, такой самоуверенный великий воитель, возможно, один из лучших и наиболее перспективных богов своего поколения, умер окончательной смертью. После чего избранные воины бога-наемника, которые еще могли сражаться, попытались сдаться. Вот только разъяренные потерями северные ведьмы и паладины не собирались брать их в плен. Они продолжили бой и тогда воины Гурина, собранные в разных мирах наемники, попытались сбежать, но не смогли и погибли. А всадники Яны Ойкерен, оборотни Южмарига и чародеи «Данце-Фар» в это самое время добивали вражескую пехоту.
В общем, для нас все закончилось хорошо. И был только один момент, который меня немного удивил. Гурин умер, но никаких проявлений его смерти не было. Ни взрывов, ни обрушений, ни природных катаклизмов, ничего иного. С чем это связано? Не знаю. Возможно, его наследие поглотил Иллир Анхо, потому что после боя он некоторое время словно светился изнутри и держался бодрячком, как если бы принял допинг. Однако самое главное,
