— Что это за фильм такой?
— Он показывает, чего следует ждать, когда наступает срок. Его демонстрировали будущим матерям на прошлой неделе, но я не пошла, — тихо сказала Салли.
— Можно спросить, почему?
— Мне не хотелось сидеть там одной, когда все остальные были с мужьями.
— Ох, Салли, извини. Все это для меня в новинку. Я никогда не задумывался над такими вопросами. А что, очень страшно рожать без моральной поддержки мужчины?
Салли пожала плечами.
— Начинаю потихоньку привыкать. Впрочем, я и не ждала ничего другого. Ведь в наших обстоятельствах это невозможно, правда?
Хью сдвинул книгу и видео в сторону и бережно опустил Салли на кровать.
— Вот увидишь, все будет по-другому. Сейчас не могу сказать, как именно, потому что сам не знаю. Но пока ты отдыхала, у нас с Бертрамом была очень интересная беседа. Кажется, мы нашли решение.
— Звучит интригующе.
— Угу. Но далеко не так, как эта книга, — поддразнил ее Хью, рассматривая заднюю сторону обложки.
— Может, почитаешь немного, пока я приму ванну?
Хью покачал головой.
— Лучше посмотрим видео.
— Тебе не понравится.
— Готов рискнуть, если это поможет нам понять, что значит быть родителями.
Позже, в темноте, прислушиваясь к ровному, ритмичному дыханию Салли, Хью вздохнул и положил руку на ее живот. Она была права, увиденное ему не понравилось. Видеть муки незнакомой женщины было тяжело, но еще тяжелее было представить себе, что то же самое ждет Салли.
Ладонь Хью ощутила слабое движение. Салли говорила, что ребенок начинает двигаться, когда она засыпает. Баррингтон бережно погладил крошечную ножку; Салли заворочалась и что-то пробормотала. Вскоре мать и дитя успокоились, но Хью удалось заснуть с куда большим трудом.
Когда Хью приехал домой после завтрака, его облили ушатом ледяного презрения.
— Как себя чувствует дядя Бертрам? — саркастически спросила Серена.
— Для своего возраста прекрасно. Серена, можешь ничего не говорить. Я пытаюсь понять, чем был вызван твой звонок — неприятностью с машиной или чем-то другим?
Чем-то другим, подумала Серена. Но откуда Хью узнал про ее звонок, если Бертрам сказал…
— Жаль, что ты меня не застала. Я вышел в кулинарию; ты же знаешь, как Бертрам любит китайскую кухню. Он говорит, что это приятное разнообразие после готовки миссис Бейли.
— После ее готовки что угодно покажется приятным!
Серена налила себе еще одну чашку крепкого кофе. Вчера вечером она злоупотребила виски, и сегодня у нее во рту был отвратительный вкус алкоголя, смешанного с никотином.
— Что случилось с машиной? — спросил Хью.
— Чертова шина! Она спустилась!
— А почему ты не взяла «рейнджровер»?
— Потому что не могла найти эти проклятые ключи! Искала всюду — и в твоей спальне, и в кабинете.
Фраза вырвалась у нее непроизвольно, и Хью бросил на жену подозрительный взгляд. Значит, Серена устроила у него обыск. Он медленно прошел в чулан. Жена следовала за ним.
— Почему ты не позвонила в гараж или мастерскую?
— Потому что сначала долго искала эти чертовы ключи, а когда вспомнила про мастерскую, было уже слишком поздно, магазины закрылись, и…
— И ты слишком много выпила, — добавил Хью, заметивший на полу чулана пустую бутылку из-под виски. Повернувшись к Серене, он протянул ей связку ключей.
— Черт, где они были?
— На том же крючке, что и поводок Стэнли. Иногда я все еще вешаю их туда. Должно быть, сила привычки. — Он положил ключи перед Сереной, пробормотавшей себе под нос что-то вроде «проклятая собака», и пошел осматривать спальню.
Первый же взгляд на ящики комода и шкаф подтвердил его опасения. Визитную карточку «Горшков и букетов» явно трогали. На ней осталась царапина и отчетливый след чего-то красного. Не иначе как лака Серены. Она часто жаловалась, что этот лак оставляет отметины, если держать ногти под определенным углом.
Обдумав ситуацию, Хью для собственного спокойствия положил карточку в бумажник. После просмотра видео ему хотелось иметь номер Джулии под рукой.
— Джулия — тихонько прошептал он, вспомнив текст на оборотной стороне карточки. — Так вот почему у Серены такое скверное настроение! Она нашла карточку и, конечно, решила, что Джулия женщина! Что ж, пусть. Сейчас это даже к лучшему!
ГЛАВА 19
Притащив еще один собранный Салли чемодан, Хью наморщил лоб.
— Уф! Слава Богу, это все. Остальное перенесут грузчики.
Салли налила ему кофе.
— Извини… Я знаю, что они все сделают как нужно, но эти мелочи мне хотелось упаковать самой.
— Когда они придут?
— В восемь утра.
— Ты уверена, что справишься сама? Может быть, мне приехать?
— Хью, дорогой, спасибо, но до сих пор нам удавалось не привлекать к себе внимания. Кто-нибудь из грузчиков может тебя узнать.
— Обещай мне ничего не поднимать и не делать глупостей.
— Я уже сделала это, решив устроить переезд за два дня до Рождества. Можешь ничего не говорить, я понимаю, что в данных обстоятельствах лучше переехать сейчас, чем после родов. Марион твердит, что тогда у меня не будет времени ни на что другое.
— И на меня тоже?
Салли села рядом и положила голову ему на плечо.
— На тебя у меня всегда будет время.
Хью поцеловал ее в щеку и пробормотал:
— Если бы только не надо было идти к Чарлзу и Вивьен на Рождество!
— Что ж делать. Они будут ждать вас. Насколько я понимаю, они славные люди. Ты всегда ладил с ними?
— Да, — задумчиво сказал Хью, — мы ладим, но я чувствую, что провожу с ними последнее Рождество. В следующем году они не подадут мне руки.
— Думаешь, Серена уже что-нибудь рассказала Вивьен?
— Ни в коем случае! Хотя бы потому, что она решила во что бы то ни стало отпраздновать этот дурацкий юбилей.
Глаза Салли стали задумчивыми.
— Хью, двадцать пять лет совместной жизни — это долгий срок! Я очень хочу жить с тобой, но не могу вынести мысль о том, что разрушила твою семью. Год назад, когда я соглашалась стать твоей любовницей, мне и в голову не приходило, что…
Хью взял ее за руку и прервал:
— Ты не разрушила мою семью, Салли. Серена сама сделала это: сначала историей со Стэнли, а потом своей ложью. — Он посмотрел на ее огромный живот. — А насчет любовницы… Сейчас я бы тебя так не назвал. Как-никак скоро ты станешь матерью моего ребенка.
Салли, у которой тут же улучшилось настроение, бодро встала с дивана.
— Ну, матери этого ребенка пора ехать в «Нору Лауры». И не гляди на меня такими испуганными глазами; я и там не собираюсь делать глупостей. Во-первых, мне этого ни за что не позволят Марион и Лаура, а во-вторых, так я скоротаю время. Последние дни тащатся как черепаха.
