– Это тот самый орк, который веселил Оргбург в таверне Моба? – спросила Хельна, с интересом глядя на меня.
– Тот самый, госпожа, – ответила Лия.
– Рада тебя видеть, – обратилась ко мне Хельна.
– Я тоже эээ… – замялся я, так как совершенно не знал местного этикета, и как обращаться к Хельне просто не представлял. – Очень рад!
– Он у нас грымский, – извиняющимся тоном сказала гоблинка.
– Вижу уже, – засмеялась тролька, чем окончательно повергла меня в смущение. – Лия посади орков и возвращайся ко мне – надо кое-что обсудить.
После этого Хельна махнула рукой в уголок своей ложи и потеряла к нам интерес. Ложа представляла собой пять рядов лавок десятиметровой длинны и полуметровой ширины огороженные с боков и со спины двухметровыми стенами. Между стенами и скамейками оставался полутораметровый проход с лестницами, и все сидения были снабжены кожаными подушками. У самого парапета, отделяющего ложу от арены, находилось единственное каменное кресло, напоминающее миниатюрный трон, и его естественно занимала Хельна. Нам с Джиной достались, конечно же, самые последние места в ложе (на пятом ряду), да еще и с краю. Впрочем, моя прекрасная оркитянка была очень довольна и этим. Лия провела нас к местам и упорхнула обратно к хозяйке ложи, где обе аристократки склонились друг к другу и начали шептаться с видом опытных заговорщиц. Меня наши не престижные места (по меркам данной ложи) ничуть не расстроили, и я продолжил в восхищении вертеть головой по сторонам, полностью оправдывая свое деревенское происхождение. Джина ехидно поглядывала на меня, тихонько хихикая над моей восторженной реакцией на оргбуржское чудо света, и только Рыжик улегся у моих ног с невозмутимостью прирожденного аристократа. Уши Кот плотно прижал, и общаться телепатически полностью отказался – очень много вокруг было неприятных для него мыслей. Впрочем, в случае надобности я его всегда мог позвать при помощи кольца-когтя.
В стене, окружающей центральную арену амфитеатра, напротив друг друга (по большой оси эллипса), находились ворота, через которые, скорее всего, выходили участники состязаний и представлений. Большая ось аренного эллипса составляла метров сто двадцать, малая ось была примерно сто метров. Окружность арены имела длину метров триста пятьдесят. Вип-зона, состоящая из пяти рядов, разделялась на двадцать лож и в центре каждой стояло большое каменное кресло. Ложа Хельны находилась почти на малой оси эллипса арены, что было серьезным показателем высокого положения хозяйки этого места в табели о рангах оргбуржской аристократии. Более авторитетная ложа, имеющая целых три каменных трона (в центре большой, а с краев два поменьше), была всего одна, превосходила по размеру остальных ложи в два раза и находилась прямо напротив нас.
– А кто такая Хельна? – тихо спросил я у Джины.
– Тихо, – прошипела оркитянка и испуганно оглянулась. Потом посмотрела на меня укоризненно, наклонилась к моему уху и так же тихонько сказала: – Милый, я понимаю, что ты грымский, но всему же есть пределы. Неприлично не знать ничего о хозяйке ложи, в которой мы сидим.
– А меня кто-то о чем-то спрашивал? – так же тихонько прошипел я. – Или кто-то меня просвещал? Используете как мебель…
Джина отстранилась и посмотрела на меня с сомнением. Потом, видимо согласившись, что определенный резон в моих словах имеется, опять наклонилась к моему уху и зашептала, из чего я узнал следующее:
Хельна – глава оргбуржкой диаспоры троллей. Что-то вроде великой княжны. Номинально главой должен был быть ее старший брат, Кепеб, но тот ненавидит светскую жизнь, предпочитая богатому наряду простые воинские доспехи. Все свои обязанности он с радостью свалил на сестру. В принципе то, что глава – женщина (этот момент Джина прошептала с огромным удовольствием), в свое время вызывало много недовольства у трольской диаспоры. Но против слова Кепеба тролли идти не посмели (да, Кепеб авторитетный командир – в этом я убедился в свое время), а со временем Хельна и сама доказала что лучше нее для этого места никого нет. Тролли самое многочисленное, после орков, население Той Стороны, так что фактически Хельна по положению была третьей а Оргбурге, после Правителя орков (он был главой Той стороны в этой части света) и губернатора Оргбурга (который был, естественно, огром). Поэтому ее ложа находилась рядом с губернаторской (от нее нас отделяла стена) и прямо напротив ложи Великого Правителя Орков.
– Когда в ложу войдет Правитель – встань на ноги, возьми в руку колотушку и постучи ей об скамейку, – закончила оркитянка свой тихий инструктаж.
Я осмотрел на свое сидение и увидел в маленьком углублении небольшую деревянную дубинку. Рядом с ней имелась полированная каменная площадка, вся в царапинах и легких сколах. По-видимому, стук палкой об камень было местной разновидностью аплодисментов. Я встал на ноги, посмотрел назад и увидел, что все зрители верхних ярусов сжимали в руках разнообразные колотушки, всех видов и форм. Скорее всего, простым зрителям штатные колотушки не полагались и они должны были приносить устройство для аплодирования с собой.
– Расскажи, что тут будет за представление, – попросил я Джину усевшись рядом.
– Сначала выступят жонглеры, – стала рассказывать девушка. – Это лучшие комедианты этой части света. Чтобы выступить на оргбуржской арене они должны победить в конкурсе жонглеров. Для любого артиста выступление тут – большая честь.
– Понятно, а потом?
– Потом будут шутейные бои. Бои каждый раз разные. Это сюрприз для всех. Какие именно будут бои – является самой охраняемой тайной Амфитеатра, – гордо сказала Джина.
– Жаль что тебя Тим, не было тут в прошлом месяца, – восторженно влилась в разговор подошедшая к нам гоблинка. – Месяц назад арена была заполнена водой, и давали морское сражение! Два потопленных корабля, четыре сожженных маленьких судна!
– Двадцать магов Стихий обеспечивали ураганы и ветры на самой арене, – вторила ей Джина.
Я слушал широко раскрыв глаза. Да, представляю себе – зрелище наверняка было просто феерическое! Девушки сидели довольные произведенным на меня впечатлением, и обменивались многозначительными взглядами.
– На этом все заканчивается? – не стал я их разочаровывать и продолжил игру в деревенского увальня.
– Нет! – гордо сказала Лия. – Потом наступает время самого главного представления. Гонка!
– Сначала верховая гонка, – весело продолжила Джина. – Верховые животные – ездовые волки! Но бои между всадниками запрещены.
– И под самый занавес главное – гонка на рапторных колесницах! – сияя, провозгласила Лия и в этот момент все начали вставать. Девушки прервали свой рассказ и тоже вскочили со своих мест, взяв в руки колотушки. Я тоже встал на ноги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
