— Здравствуйте, Мадлона. Мне солгать о том, что я рад Вас видеть или обойдемся без обмена любезностями?
— Что ты здесь делаешь?
— Живу. А Вы?
Мне тоже интересно — а она? В опечатанную башню?
— И Вы здесь, принц, — цедит сквозь зубы магичка, а глаза так и бегают, — а Вас там ищут.
— Ничего, — радостно заявляю я, — скоро у них появится возможность меня найти. Так какими Вы судьбами в наших пенатах? Потеряли, может, что?
Мадлона прямо-таки вперивает взгляд в физиономию чернокнижника.
— Мне тоже интересно, — холодно проговаривает он, — что Вы забыли в моей башне.
— А она Ваша?
— Моя-моя.
Терин достает нож (кстати, а чего это вдруг ради мой нож вместе с ножнами к нему перекочевал?!) и начинает со скучающим видом выковыривать из броши Мадлоны камушек.
— Что ты делаешь?! — шипит волшебница.
— Ну, так она все равно Вам больше не нужна, — поясняет маг, не поднимая глаз, — а я ей воспользоваться не смогу. Продам по частям. Даже из магического предмета можно достать камни. А остальное — на лом.
Лицо волшебницы покрывается красными пятнами, губы поджимаются и тут же начинают трястись.
— Вы что-то хотите мне сказать? — интересуется маг.
— Что ты от меня хочешь?
Терин держит паузу, и тут уже терпение заканчивается у меня:
— Давайте, милая Мадлона, пока Терин думает, Вы мне скажете, где моя дражайшая невеста обитает, а то соскучился я очень.
Мадлона переводит на меня полный презрения взгляд.
— Отвечайте, — велит маг.
— Да все с ней в порядке, с вашей рыжей ведьмой с башмаком. Сидит у себя в покоях… и у Таурисара на коленях вот тоже сидит, мурлычет с ним днями напролет. Так что, не знаю я, Вальдор, твоя ли она теперь невеста.
Внешне безучастный до того момента чернокнижник вдруг срывается с места и резко, хлестко бьет Мадлону по холеному лицу.
— Подробнее, — рычит он.
На глаза Мадлоны наворачиваются слезы, она прижимает ладонь к щеке и хнычет:
— Не знаю я подробностей. Говорят, артефакт он у нее какой-то обнаружил. И как бы не тот самый, Повелитель порталов. Башмак ее у него где-то спрятан.
— Хорошо, — уже спокойно произносит Терин, — я понял. Теперь ответьте мне на другой вопрос — откуда у Вас медальон Главы Совета?
Глаза ведьмы расширяются, а потом она тоже вдруг как-то резко приходит в себя.
— Нашел, значит, — цедит она сквозь зубы.
Чернокнижник небрежно так плечом дергает.
— Конечно, нашел, это же моя башня.
— Одного такого находчивого уже упокоили и с тобой разберемся!
— Что же Вы, Мадлона, — вмешиваюсь я, — так плохо вещи прячете? И кто тот счастливчик, который первый нашел?
Терин вопросительно смотрит на волшебницу.
— Папаша Дуси вашей ненормальной, кто же еще! — выплевывает Мадлона. — Совал везде свой длинный нос. И ты туда же, глупец! — поворачивается к магу. — Тебе не активировать медальон Главы без согласия семи членов Совета!
— А я знаю. Но это при условии, что в Совет входит пятнадцать магов. Простое, знаете ли, большинство. Так что, простите меня, Мадлона, кворум придется уменьшить. В том числе и за счет Вас.
Он что, убивать ее сейчас будет? Ну, если так надо…
Терин, глядя в глаза жертве и нехорошо усмехаясь, начинает плести заклинание. Судя по тому, какое количество жестов ему для этого требуется — достаточно сложное. К чему такие старания? Ударил бы ножом, и все.
И вот уже в башне нет Мадлоны. А на полу, грустно шмыгая носом, сидит большая крыса с поседевшей мордой.
— Слушай меня внимательно, волшебница, — говорит чернокнижник, — ты сможешь снять с себя заклятие, если тебе поможет в этом Мерлин. Да, и ты не можешь говорить. Чао!
После чего он открывает дверь и крыса, едва успев увернуться от его ноги, несется вниз по лестнице.
А у меня приключается приступ плохо контролируемого ржания, потому что смехом я этот истерический припадок назвать не могу. Мерлин… Мерлин, целующий крысу! Во-первых, если слухи верны, Мерлин живет в полутора тысячах километров отсюда, где-то в горах. Во-вторых, Мерлину четыреста лет, и триста из них он пьет все, что горит, не исключая, наверное, и нефть. Алкоголик наш Мерлин и чудак. Ну-ну, дражайшая Мадлона, удачи Вам.
— Закончил? — сухо интересуется Терин, — а теперь не хочешь подумать о том, что нам делать с Дульсинеей?
Да я-то, может, и хотел бы, только что-то вот тревожит меня одна мысль — ну где я слышал про Эрраде? Потому размышления Терина по поводу дальнейших планов я тщательно пропускаю мимо ушей. Ничего, потом еще повторит. Он, пока не убедится в том, что я все понял правильно, все равно не успокоится.
Эрраде, Эрраде… Отчего мне кажется, что это должно быть важным? Стоп. Вспомнил. Княжество Эрраде.
Еще во времена одного из предков нашего Мерлина, великого мага, когда было созвано общее собрание магов и тех земных правителей, за которыми маги этот статус признавали, было принято решение, которое изменило ход развития истории. Без всяких там натяжек. Понимаю, что все об этом знают, но повторение — мать учения и все такое. Этим решением было закреплено некое решение — маги не претендуют на роль правителей государств, а правители государств, в свою очередь, обязуются обеспечивать этих самых магов работой при дворе. Если последним такое вдруг приспичит. Тогда же и был разработан типовой контракт между волшебником и сюзереном. Кстати, он и до сих пор применяется, хотя и с некоторыми поправками.
Решение было обусловлено тем, что со временем маги заметили — волшебник, полностью отдающий себя управлению, теряет навык и вообще, перестает тренироваться и заниматься теоретическими изысканиями. Теоретик же становится отвратительным и, в большинстве случаев, недолго живущим государем.
Может, там еще какая подоплека была — история об этом умалчивает.
Тогда же, то ли в порядке эксперимента, то ли потому, что король Эрраде (а по совместительству — маг) обладал определенным весом, и его не хотели слишком уж сильно обижать, но Эрраде было оставлено в качестве исключения. Только вот королевством оно с тех пор перестало именоваться. А только княжеством. Может, статус его хотели принизить, может, по каким другим причинам.
У нас с княжеством дипломатические отношения установлены не были. Помню, отец даже ворчал как-то, что мол дед его не хотел с ними общаться, отец тоже, а потому и ему не следует знакомиться с этими ненормальными. Что он подразумевал под ненормальностью — понятия не имею.
Совет, похоже, ожидал, что со временем княжество загнется. А нет. Даже расширилось немного. Говорят, в семье князей с тех пор толковых магов рождалось все меньше. Но вот с Терином им, вроде как, повезло. Хотя это с какой стороны посмотреть. Хм, а я его простолюдином называл…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
